Чтение онлайн

Бой начался. Бкорт тут же крест на крест разрезал воздух перед Грайсом и мощный поток воздуха окатил лицо Дика. Он отошёл к краю площадки, уступив сопернику центр, а сам медленно расхаживал по площадке, следя за Бкортом. Наконец, тот ринулся в атаку и Грайсу пришлось отбиваться булавой, но движения противника были настолько быстры и напористы, что он таки пропустил удар в правый бок. Ентри зажмурился от негодования, но поделать пока ничего не мог, поединок продолжился. Дик понимал, что соперник серьёзный и на чужих ошибках этот бой не выиграть. Надо атаковать самому. Бкорт встал в стойку, выставив перед собой оружие и ожидая наступления Грайса. Тот, сделав шаг вперёд и нанеся не сильный удар по булаве соперника, тут же присел, на мгновение выпав из поля зрения Бкорта, но и этого было достаточно, чтобы неожиданно выпрыгнуть и нанести удар так, что забрало противника слетело с защёлки. Тот так ничего не понял, когда сильнейший удар снизу заставил рухнуть его на землю. Потеряв немного ориентацию, Бкорт, сразу после возобновления поединка, пропустил ещё один удар в шлем и после чего Зиторон остановил бой. Бкорт еле стоял на ногах и явно не соображал что происходит. Грайсу оставалось только два боя для победы, но именно в пятом раунде он и проиграл в том году.

Как и в том году, его соперником стал рыцарь Радира- Турит. Высокий, статный мужчина, чертовски хорош собой, отчего отбоя от женщин у него не было. Поэтому и не удивительно, что прошедшую демонстрацию шлемов выиграл он и был награждён сиреневым платком, обшитым серебром и золотом, который и красовался на макушке его шлема, вместо голубовато-салатного пера. Впрочем, тренировки он частенько заменял прогулками в женском обществе, отчего немного растерял прошлогоднюю форму.

Он с лёгкостью и грацией отбивал удары Грайса и нехотя атаковал сам. Только после того как Дику удалось вывернуться и нанести точный удар, Турит взялся за дело. От первого же серьёзного удара, что отразил Дик, его булава дала ещё большую трещину. Теперь Грайс жался к границе, стараясь больше уворачиваться от ударов, чем парировать их. В одной из атак Турита, которой он очень увлёкся, Дику удалось таки, отскочив в сторону, ударить в бок. Удар был не сильным, Турит еле почувствовал его, но точным. Вздох разочарования пронёсся по трибунам. Женские вопли подбадривали Турита и гнали в атаку. Тот чувствуя поддержку трибун, как тайфун набросился на Грайса и оттесняя того в угол площадки, нанёс ему сокрушительный удар в грудь. Булавой Дик предпочёл не защищаться, а принял удар на себя. Защита хоть и смягчила удар, но сила его была настолько сильной, что Грайс отлетел на метров пять. Ентри тут же помчался к нему.

— Дик, ты как? — Помогая подняться, спросил Ентри.

— Нормально. — Прохрипел Дикин и вошёл в площадку.

Новая мощная атака противника заставила Грайса отступить к краю и не смотря на отчаянные попытки увернуться от удара, он всё же получил его по затылку. Удар оказался не таким сильным, как предыдущий, но и он заставил присесть на одно колено Дика. Ничья. Трибуны неистовствовали. В их шуме даже не было слышно гонга, возобновление боя Дик определил только по взмаху платка Зиторона и тут же бросился на Турита. Тот не подозревая, что бой снова начался, стоял, выставив вперёд булаву, и ждал гонга. Грайс воспользовавшись неготовностью соперника, оттолкнул его булаву в сторону и нанёс удар по шлему противника. Бой объявили законченным, несмотря на возмущения Турита и большей части трибун. Соперник Грайса рвался в бой, готовый отомстить Дику, его даже пришлось оттаскивать в сторону. Грайс же, под свист трибун, вышел из площадки и направился к себе в шатёр. Грудь сильно болела, сделать поворот в сторону было трудно, а вечером Дику предстояло продемонстрировать всю свою силу. Его соперником по финалу будет Лиобур. Об этом рыцаре говорили много, как о его силе, так и о его свирепости. Облачённый во всё чёрное, он кроме злости и равнодушия не проявлял никаких чувств. Грайсу в прошлом несколько раз доставалось от него, а теперь Дик был и ранен.

Сняв доспехи, Элифер обнаружила на теле Дика здоровый синяк, который болел от любого прикосновения. Различные мази, которыми запаслась она, не ослабляли боль, по крайне мере быстро. Булава Дика тоже представляла жалкую картину. Глубокая трещина проходила практически вдоль её и после первого же приличного удара могла развалиться. В щель залили смолу и затянули верёвками. От этого она стала значительно тяжелее, но чуть прочнее. Оставалось только решить проблему со здоровьем Дика.

— Ентри! — Корпев над раной Дика, подозвала мальчика Элифер. — Тебе надо сходить в лес, он здесь не далеко, взойдешь на пригорок и увидишь. Принести из него листья чуки.

У юноши глаза округлились, когда он услышал, что ему надо идти в лес, да ещё одному.

— Я не могу, я не знаю как он выглядит.

— Длинный такой лист, розовый, с оранжевым оттенком, его не заметить нельзя. — Элифер не дала снова заговорить Ентри, подтолкнув его к выходу.

Юноша, глубоко вздохнув, вышел и медленно побрёл на пригорок. Он старался не думать о злосчастном болоте, о пирате, о бутылке, но поднявшись на возвышенность и увидев темнеющий лес справа от себя, все эти картины стеной встали перед глазами. Испугавшись, он сделал несколько шагов назад, но вспомнив о Дике, мужественно шагнул к нему. Он старался воспринимать лес как большое скопление деревьев и всё, но память будоражило сознание страшными картинами прошлого. Остановившись на границе леса, юноша, заглянул в него, но кроме первых рядов деревьев всё скрывала темнота. Набравшись смелости, Ентри вошёл в лес.

Тот встретил его приветливо, освежающая тень немного успокоила. Ентри сделал ещё с десяток осторожных шагов и совсем освоился. Теперь он мог слушать щебетание птиц и наслаждаться запахами цветов и растений, окружающих его, но чуки, нигде не было видно. Надо было двигаться вперёд, через бурелом. Поваленные деревья плотной стеной преграждали путь и Ентри пришлось не мало сил потратить, чтобы преодолеть их. Дальше лес стал гуще и почему-то без единой тропы. Юноша оглянулся назад, светлая полоса еле пробивалась через деревья. Ентри снова стало как-то не по себе, но поворачивать назад он себе не мог позволить. Робко сделав шаг вперёд, он остановился, прислушался. Ещё шаг и ещё. Ентри пробирался между деревьев, не разбирая направления, глазами выискивая розовые листки. Ему казалось, он шёл прямо, но на самом деле он делал большой крен влево. Ентри зашёл уже достаточно далеко, но никаких признаков чуки не было. Лес по-прежнему плотно смыкался перед ним, через густые кроны деревьев солнце пробивалось с трудом. Ентри прошёл ещё немного вперёд и, наконец, боясь заблудиться, повернул назад. Но пройдя достаточно в обратном направление, ни бурелома, ни просвета не было видно. Он уже с час блуждал в лесу и пора бы уже выйти из него, но дебри не заканчивались. Ентри начинало трясти, паника волной накатывалась на него, его крики о помощи разбивало эхо о кроны деревьев и ни какого ответа не слышалось. Юноша готов был заплакать от отчаянья, поиски чуки ушли на второй план, он лихорадочно всматривался в даль, пытаясь разглядеть просвет. Ентри перешёл на бег, отчего стал часто спотыкаться об торчавшие корни и ветки. Так споткнувшись в очередной раз, он упал и скатился в небольшой овраг, разодрав брючину и получив пару ссадин. Количество деревьев в овраге резко уменьшилось, зато высокая трава, поднимающаяся по пояс, укрыла землю. Где-то в центре журчал ручеёк, а чуть в стороне от него были набросано несколько камней. Один среди них сильно выделялся размерами. Сам не зная почему, Ентри направился к нему и не заметив ручья, замочил ноги. Выругавшись на ручей, он подошёл к камням. Что-то знакомое было в большом камне, Ентри знал, очень знакомое.

— Илирон? — Тихо спросил он у камня, словно боясь его потревожить. Тот зашевелился и приподнял голову. — Илирон, что вы тут делаете? — Ентри по настоящему был счастлив встретить мага. Тот, не ответив на вопрос молодого человека, достал из рукава несколько длинных, узких листьев розового цвета и протянул их юноше. — Спасибо Илирон! Но… — Что-то ещё спросить Ентри не успел, он исчез. Не Илирон. Ентри. Он и глазом не успел моргнуть, как яркий солнечный свет ударил ему в глаза. Юноша не понимая ничего, зажмурился. Только открыв глаза и развернувшись, он увидел Кишурмах и "город шатров" перед ним. Ентри стоял на том самом пригорке, с которого ушёл в лес, а в руках сжимал пять листков чуки.

— Ты что так долго? — Негодующе спросила Элифер Ентри, когда тот зашёл в шатёр. Его вид ничего хорошего сказать не мог, но в руках были листья Чуки, а это самое главное.

— Я Илирона видел! — Чуть ли не завопил Паул, считая, что эта новость подбодрит друзей, но кроме скудного вопроса Дика: " Ну и что"? — реакции никакой не было. До начала финала оставалось чуть больше двух часов, а рана Дика не давала ему покоя. Элифер выхватив листья чуки из рук Ентри, тут же принялась их мять в руке. Что сила в её руках есть, сомневаться не приходилось, поэтому никто не удивился, когда через пару минут в её руке вместо длинных листьев оказалась кашица розового цвета и издающая слишком неприятный запах. Ентри зажал нос, а Элифер, вместо того чтоб поскорей избавиться от неё, взялась ещё её и пережёвывать. Увидев, как Элифер кладёт кашицу в рот, Ентри чуть не вырвало. Он стрелой выскочил из шатра, через пару секунд к нему присоединилась Мариа. Наверное и Дик очень хотел быть в тот момент с ними, но ему пришлось терпеть и дальше. Пережевав кашу из листьев, она достала из-за рта ту же кашицу, но из которой пошел пар, словно она её подогрела. Причём зловонье от неё усилилось. Дальше эта смесь погрузилась на синяк Дика, издав характерное шипение. Кожу на груди стало стягивать и щипать. В принципе было терпимо, но вот запах. Дик держался как мог. Его голова кружилась, приступ тошноты несколько раз обострялся, но он чувствовал, как боль в груди слабеет. Через час боль позволяла ему поворачивать тело, слабо напоминая о себе.

Ровно в пять часов вечера гонг пригласил рыцарей на финал. Трибуны, переполненные зрителями, гудели как пчелиный рой. Первым появился Лиобур. В окружении троих своих слуг, что несли флаги с изображением его семейного герба, облачённый во всё чёрное вышагивал гигант. Трибуны неистово приветствовали его. На появление Грайса они отреагировали больше свистом. Зрители так и не смерились с поражением их любимца. Выглядел Дик вполне здоровым, только резкие движения причиняли лёгкую боль. Булава вызывала больше опасений, хоть смола и склеила её, но она по-прежнему была не надёжной. Бойцы встали лицом к лицу в центре площадки. Трибуны стихли, но на несколько секунд. Как только прозвучал гонг, они взорвались с новой силой. Лиобур, словно дюжина олиткопов рванулся вперёд, Грайс еле успел отскочить в сторону, но на этом натиск громилы не закончился. Он, размахивая своей булавой, наступал, загоняя Грайса в угол площадки. Трибуны подбадривали его, но Дик просто чудом смог увернуться и вырваться на центр. Пытаясь как-то запутать противника, Грайс раскачивался в разные стороны, замахиваясь оружием, то слева, то справа. Лиобур, как скола был прямолинеен и на уловки Дика не поддавался. Сильнейший удар сверху Грайс с трудом блокировал, присев на одно колено. Удары сыпались один за другим, Лиобур словно гвозди забивал кувалдой, но к счастью Грайса, булава пока справлялась с натиском. Дик старался больше двигаться, но находящийся в центре соперник, держал всё под контролем. Наконец, новая серия ударов принесла очко Лиобуру. Тот попал таки по руке Грайса и трибуны взорвались ликованием. Но как только бой возобновился, Дик ловко присел перед противником, заставив того неуклюже наклониться и пробил того в правый бок. Трибуны снова взорвались. Видимо Лиобур после этого просто озверел. Его рык доносился и до трибун, когда он ринулся в атаку, но Грайс уже нашёл его слабое место. Лиобур махал булавой, словно она была из пуха сделана, не подпуская к себе соперника. Грайс метался в разные стороны, стараясь хоть как-то достать противника. Пот заливал глаза, дышать становилось всё трудней и трудней, он чувствовал, что силы медленно его покидают. Вот уже Лиобур, отбив его атаку, пошёл в наступление и тремя могучими ударами заставил Грайса пропустить второй удар. В это мгновение сердце у Ентри ёкнуло. Один удар и всё, их надежды на удачный исход компании рухнут. Было видно как тяжело Грайсу. После удара он еле поднялся, правда, всё-таки без помощи Ентри. Снова гонг. Лиобур чувствуя близость победы, сразу же пошёл в атаку. Дик этого и дожидался. Отскочив в сторону, он нанёс удар, пока соперник разворачивался в его сторону. Лиобур взревел, сбросив шлем на землю. В его глазах была только ненависть к сопернику и больше ничего. Для каждого из них оставался последний удар. Трибуны стихли. Гонг. Теперь Лиобур не ринулся в атаку, а встал как вкопанный, размахивая булавой. Видимо он решил закончить бой одним ударом. Грайс же искал лазейку, куда он смог бы нырнуть и нанести неожиданный удар. Так они стояли с минуту, никто не хотел атаковать. Наконец Грайс бросился на соперника. Тот закрутил оружием над головой и с устрашающим рёвом готовился нанести этот один единственный удар. Он был такой силой, что мог кого-нибудь другого и по колено в землю вогнать, но не Грайса. Подняв свою булаву над головой, он отбил удар, при этом его оружие рассыпалось в щепки, и врезался в Лиобура. Тот от удара и под тяжестью своих доспех упал на спину и оказался не способным подняться. Оставшейся частью булавы, которая находилась в руках Грайса и больше походила на короткий обрубок палки, Дик, легонько коснулся шлема противника и под взорвавшиеся вновь ликованием трибуны, прозвучал гонг.

Ентри сперва не понял, что произошло, но когда осознал случившееся, набросился на Грайса, крича во всё горло: " Ура"! На площадку полетели цветы и монеты. Обливающийся потом Грайс снял свой шлем и решил помочь подняться Лиобуру, но тут же получил резкий отказ от помощи.

— Рыцарь Грайс, защитник дома Сараллонов, победитель битвы на булавах! — Провозгласил глашатай и Дик в обнимку с Ентри подошёл к центральной трибуне, где в специальной ложе, под козырьком, восседала королевская чета и Зиторон.

Прокуратор встал и поприветствовав трибуны поклоном, обратился к Дику:

— Вы доблестный, мужественный воин. Продемонстрировав нам свою ловкость и отличное владение оружием, вы по праву заслужили победу сегодня… — Он сделал паузу, обведя взглядом трибуны и снова остановив взгляд на Дике и его оруженосце, стоящего рядом. — Внимание! Рыцарь Грайс, защитник дома Сараллонов награждается четырьмястами монетами и пятью олиткопами.

Приз богат был как никогда. Дик примерно знал, что ему ожидать в качестве приза, но чтоб четыреста монет, да ещё и олиткопы тянувшие на столько же. Но больше всех радовался Ентри. Он прыгал, кричал и всячески восхвалял Дика.