По щелчку пальцев
Шрифт:
– Я разве хоть слово сказал о ней?
– То есть, все действительно из-за дочери? – киваю, - Если мы вернем тебе дочь, ты сможешь остаться? – неожиданно разговор приобретает тот окрас, которого я боялся.
– Вы хотите испортить жизнь еще и моему ребенку? Нет. Это не выход.
В зале резко становится холодно. И скоро мы все понимаем почему. Белый ураган проноситься по всему помещению и останавливается возле меня. Из него, как будто так и положено, выходит Лира и улыбаясь мне, поворачивается к духам.
– Ему подходит этот вариант. – говорит она уверенно, пока все вокруг приходят в себя от ее появления. В теле. На земле. Я даже не сразу понимаю смысл сказанных ею слов. А когда доходит, я перехватываю ее руку и резко разворачиваю к себе.
– Что ты делаешь? – сквозь зубы рычу, но она не меняется в лице. Стоит вся такая же уверенная и улыбается.
– Нэйт, духи делают такие предложения не часто. Подумай о том, что ты сможешь жить с Айсой и у малышки наконец-то будет родной отец. Это часто гораздо важнее, чем полноценная, но чужая семья. – она кладет ладонь мне на щеку, и в этот момент происходит то, о чем в будущем я пожалею не один раз. Я соглашаюсь, даже не понимая как.
Через мгновение все вокруг меня меняется. Картинка, которую я только что помнил исчезает из моего сознания.
Я стою на кухне своего дома и пытаюсь вспомнить что-то. Такое, о чем невозможно забыть, но я забыл. Допиваю кофе, и ставлю кружку в мойку. Потом подхожу к сковороде, которая стоит на плите и накладываю в тарелку сырники. Ставлю на стол, а рядом оказываются сгущенка и варенье.
По ступенькам кто-то бежит вниз, и когда я слышу отчетливое «папа» до меня доходит. Я сделал завтрак дочери, которая собирается в школу. Но почему такая заторможенность в действиях?
– Папа, почему ты меня не разбудил? Я же опаздываю.
– Айса, мы можем оказаться где угодно в одно мгновение, так что ешь не торопясь.
– Папочка, я об этом хотела поговорить. Можно я буду добираться до школы как все дети? На машине?
– Можно. Но, видимо, не сегодня. Иначе ты точно опоздаешь. – киваю на часы, и моя малышка начинает есть быстрее. – Прекрати так давиться едой. Сегодня я в любом случае перенесу тебя, а с завтрашнего дня будешь ездить на машине. Но только не со всеми. На личной.
– Хорошо, спасибо. Я люблю тебя. – дочь подбегает и обнимает за шею, а потом отстраняется и тянет за руку, - Все, идем, я готова.
– А можно мне надеть рубашку? – говорю и усмехаюсь. Она кивает и убегает. Пока я убираю со стола, Айса приносит мне чистую белую рубашку, и я застегиваю ее пока мы переносимся.
Мы выходим прямо в холле школы, где Айса сразу же встречает своих друзей и убегает, чмокнув меня в щеку на прощание.
Я набираю номер Кайена и жду, пока он соизволит ответить. Выхожу из школы, и когда он все-таки поднимает трубку, я замечаю нечто странное.
– Нэйт? Что?
– Мне нужен водитель. Надежный. Кто-то из твоих парней сможет поработать у меня? – говорю, а сам наблюдаю за светлым вихрем, который кружит у школы, не пытаясь остановиться. Где-то я видел эту энергию. Только где?
– У тебя сломался телепорт? – слышиться смех на том конце, - Или не дело это Покровителю ножками ходить?
– Прекращай. Это для Айсы. – теперь я начинаю подходить ближе к вихрю, но он будто этого и ждал. Начинает вести меня.
– Понял. Есть один. Пришлю сегодня вечером его. Он пока занят.
– Окей, спасибо. Заскочу позже. – сбрасываю и убираю телефон в карман, пока следую за белой энергией. Она такая чистая, что меня сжимает изнутри. Органы скручивает от боли. Но я продолжаю идти. Пока меня не выводят на поляну, которая ведет к горе, разделяющей нашу столицу напополам. Но зачем? Вихрь взлетает и пднимается на самый верх горы.
Я следую за ним, и переношусь туда же. А затем вижу перед собой девушку. Она стоит спиной ко мне. Ее белые длинные волосы развиваются от ветра на высоте, легкое белое платье тоже парит, а она будто собирается взлететь.
Делаю шаг вперед, чтобы понять в чем дело. В голову резко бьет поток силы. И я знаю эту силу. Знаю эту энергию, но откуда…
Девушка поворачивается и улыбается. Ее ярко синие глаза светятся от счастья, белая кожа будто фарфоровая, настолько нежной кажется ее внешность. И лишь черные полоски от губы идут вниз под платье и я будто падаю, осознавая кто передо мной.
Внутри все сжимается от боли, и я не могу пошевелиться. Вспышка в глазах, и я вспоминаю нашу последнюю встречу. Еще одна и я вижу каждый момент, который связал меня с ней.
Она делает шаг и еще, я выравниваюсь, прекращая ощущать внутреннее давление, а затем тоже делаю несколько шагов. Растояние между нами кажется бесконечным. Но нет, мы все же добегаем, и цепляясь друг за друга, будто за спасательный круг, выныриваем из этой иллюзии. Я вспоминаю то, что забыл. И теряюсь во времени.
– Лира… - вдох и ее запах заполняет мое тело и разум, - Теперь я тебя точно не отпущу…
– А и никуда и не уйду… - выдыхает мне в шею.
Эпилог.
Вернуть меня в мои 15 или 20 и я бы никогда не сказала такую фразу: «Как же хорошо дома». Но не сейчас.
Прошло еще два года, прежде чем я смогла отстоять свое место на земле у сфер. Но теперь я наконец-то рядом с любимым человеком и я счастлива.
Для того, что баланс не был нарушен, мне пришлось провернуть очень хитрое дело, ведь на уничтожение как меня, так и Марса сферы не соглашались. По итогу, я просто сделала так, чтобы мы переродились на земле. И если у Марса не было тела на земле ранее, то ему было проще. А мне необходимо было вернуться в облике Талирики Эстерн и никого более. А учитывая, что тело мисс Эстерн было похоронено после ее смерти, возвращаться мне было некуда.
Первый шаг на пути обратно я сделала, когда смогла убедить Нэйта послушать духов и остаться Покровителем. К тому же, ему вернули Айсу и я была несказанно счастлива тем, что у девочки был ее родной отец. Судя по их отношениям, на протяжении этих двух лет, он тоже был счастлив. И она.
Я спускалась на зеслю каждый день, стараясь уничтожить свою силу и стать обычным человеком. Пусть даже без магии. Но это был очень долгий путь, и очень болезненный для меня. Нэйт не помнил о моем существовании, и жил в некоторой иллюзии, но благо об этом он вспоминает редко, и то, только когда мы ссоримся.