По семейным обстоятельствам
Шрифт:
Лиля немедленно вспыхнула, но ничего сказать не успела, потому что Иен попросту заткнул ей рот поцелуем.
— Что ты… ммм… — Лиля честно пыталась сопротивляться. — Зачем?
— Ш-ш-ш, я соскучился.
— Не время…
— Да мне плевать. Кровать тут есть уже? Пора ее обновить.
Лиля Иена не понимала. Только что он прибежал в панике, с криками про прибывающего князя Алмазного, но вместо того, чтобы что-то делать, тянет её в постель. Напоследок? Боится, что больше не увидятся? Что князь его тут убьёт? Додумать мысль не успела, Иен все же бывал очень убедительным. И он точно знал, что и для чего делает.
И когда квадратный бородатый коротышка в кожаном доспехе все же ворвался в дом, попросту снеся двери, он, к своей растерянности, застал свою "обиженную и обманутую" дочь в кровати с обидчиком. Совершенно голым.
Причём обидчик, немало не смущаясь, поднялся с постели во весь свой невысокий рост, аккуратно прикрыл красную как рак жену простыней и лениво поинтересовался:
— Что, папаша, стучаться вас не учили?
Генрих Скольдович Алмазный страшно смутился. Нет, голых мужиков он видел не раз — было бы там на что смотреть. Хотя мускулатуру его нежеланный зять продемонстрировал вполне неплохую. А вот дочь, поскуливающую за спиной этого немаленького и крайне наглого цверга, было жалко.
— Доченька, этот мужлан тебя изнасиловал? — на всякий случай уточнил он.
— Это ещё кто кого, — раздался сдавленный голос из-под простыни.
— То есть добровольно?
— Ну он сопротивлялся. Но не сильно.
Иен крякнул озадаченно, почесал бороду и натянул наконец кальсоны. Какого-то сопротивления он жене не оказывал ни разу за их супружескую жизнь. Но если ей нравится так говорить — прямо сейчас она действует в его интересах. Все же любит его Лилька, хоть и глупости творит иногда.
— Так что вы хотели-то, уважаемый? — с неимоверно довольным видом оскалился Морозный, словно невзначай почесывая плечо и демонстрируя "папаше" брачную татуировку на запястье. — Если драться — то я без проблем. Только хоть оденусь и меч возьму.
— За дочкой я приехал. А ты — жулик и гад. Обманул мою кровиночку.
— Ага, да, — высунула голову из-под одеяла Лиля. — Обманул! Подтверждаю! Увёз из отчего дома, соблазнил, а потом другому отдать пытался. Но мы, Алмазные, не сдаемся! Если я сказала, что хочу именно этого, то я его заполучу!
На лицо Генриха стоило посмотреть. Он весь надулся, сдвинул чёрные брови, запыхтел. Иен едва не рассмеялся в голос, сдержался только потому, что догадывался — этот не простит. В конце концов, они уже родня. И ссориться с тестем лишний раз не стоит.
— Вы не могли бы подождать нас в гостиной? — вежливо просит Иен. — Мы выйдем… сразу же, как только оденемся.
Генрих разворачивается рывком. Громко стуча сапогами, выбегает. Иен, наконец, смеётся — очень тихо. Плечи у него вздрагивают.
— Ну ты и гад, — замечает Лиля, вылезая из постели. — Признайся, ты все просчитал?
— Ага.
— Ну и зачем?
— Чтобы он знал, что мы не просто дружим.
— А то по моему животу непонятно.
— Ну, тогда можешь считать, что я просто совместил приятное с полезным. Очень приятное.
Лиля хихикнула. Не удержалась, повисла на шее у мужа, целуя его в щеку.
— Люблю тебя, — шепнула она.
— Я знаю, лапушка, — самодовольно усмехнулся цверг и звонко шлепнул её по бедру. — Одевайся, пока твой папка не решил снова подержать свечку.
Лиля вышла в гостиную даже почти и не красная. В конце концов, она была в своём доме и со своим законным мужем. Имеет право. Но вот Алмазный явно так не считал. Он осмотрел дочь с головы до ног, удовлетворенно кивнул при виде её аккуратного животика и заявил:
— Вещи собирай. Домой поедешь.
— Ну уж нет, — мотнула головой Лиля, ныряя в надёжные руки мужа. — Никуда не поеду, даже не думай.
— А я не спрашиваю, я приказываю. Брак этот унизительный расторгнем. Не пара княжне Алмазной какой-то убогий кузнец.
— Мне наверное лучше знать, кто пара, а кто нет, — огрызнулась девушка. — Я совершеннолетняя уже, к тому же ребёнка жду. Не уйду от Иена. Люблю его одного.
— Ребёнок — это хорошо, — довольно кивнул Генрих. — Значит, не бесплодная. А если мальчик родится — будет моим наследником. А брак все равно расторгнем. Договор есть? Договора нет. Я у Холодного был. Никаких бумаг, никаких обязательств.
— Но браслеты… — заикнулась Лиля.
— Тихо, женщина, я все решу, — перебил её Иен. — Не нервничай, тебе нельзя. Я ведь обещал, что никому тебя не отдам. Иди вот… чаю нам принеси. Есть чай?
— Есть, — пискнула жена.
— Ну вот. А вы, Генрих Скольдович, только попробуйте ещё Лиле угрожать, поверьте, у меня совести хватит вас выкинуть вон.
— Совести, может, и хватит… а вот силенок…
— Ну а что вы мне сделаете? Убить не убьете — Лиля расстроится. А один на один я вас сильнее. И моложе. К тому же Холодный — все ещё мой князь и кузен. Хотите конфликта с ним? Нет? Я так и думал почему-то.
Князь Алмазный немного подумал, а потом молча уселся в единственное кресло. М-да, Лилька не всё ещё купила. В гостиной и стульев-то не было. Пришлось Иену опереться плечом на стену и сделать вид, что так и задумано.
— Брак у нас действительный, сами видите, — спокойно повертел руками Иен. — Лиля меня любит. Я люблю её. Не понимаю, какие претензии?
— Мезальянс, — булькнул Алмазный в чашку, поданную ему дочерью. — Эй, это коньяк!
— Ну да. Не нашла я чай.
— А коньяк нашла? — с подозрением спросил Иен, притягивая к себе жену и целуя в макушку.
— Ага. Северный на новоселье подарил.
— Ладно. Так что там не так с браком? Какой-такой медальонс?
— Он имеет в виду, что мы не ровня по социальному статусу, — пояснила Лиля. — Только я так думаю, что хороший кузнец ничем не хуже плохого князя. Даже и толку от него больше. Тем более, папочка, Иен с моего брака ничего не поимел… ну, кроме лично меня. Приданое осталось за Холодным. Так что смысла нет тебе меня забирать. Это ж опять женихов искать, приданое выделять. А я ж, сам знаешь, не подарок. Вот оно тебе надо- позориться перед всеми, да еще и в убыток?
— Надо. Наследник.
— Так я разве против? — удивился Иен. — Очень даже за. Вот как сыну стукнет тридцать…
— Восемнадцать, — ухмыльнулась Лиля.
— Вот, может и раньше — забирайте. Если, конечно, он согласится. А для этого надо стать нормальным дедом, а не угрожать тут направо и налево.
Алмазный задумался. Видимо, он не ожидал, что Лиля с мужем вот так запросто согласятся на его требование отдать ребёнка ему. Но все равно — зря он что ли приехал?
— А на какие шиши ты, кузнец, дочь мою содержать будешь? — прищурился князь. — Слышал я, что даже дом она сама купила…