Чтение онлайн

Он успел вовремя. Дарья сжалась у стены под распахнутым окном. Возможно, хотела вылезти через него, но не успела. Из разбитого носа по ее лицу текла кровь, а над ней стоял Павел с занесенным для удара топором.

Времени обдумать и толком прицелиться не было, поэтому Морозов просто выстрелил. Куда именно собирался попасть, и сам не знал, но пуля угодила прямо в правую руку, которой Павел держал топор.

Мужчина взвыл от боли, выронив оружие, повернулся и двинулся на Морозова. Просто так, с голыми руками, одна из которых к тому же теперь была ранена. Вероятно, это стало следствием отчаяния. Или он забыл, что в револьвере Олеси оставалось еще два патрона.

Вторая пуля попала Павлу в левое плечо, но и это его не остановило. Он продолжил надвигаться на Морозова. Тому ничего не оставалось, кроме как перехвалить опустевший револьвер за ствол и ударить Павла рукояткой наотмашь, когда тот подошел на расстояние вытянутой руки.

Лишь этот удар в висок наконец свалил его. Или же болевой шок от двух ранений наконец сделал свое дело.

– Цела? – спросил Морозов, с трудом пытаясь восстановить дыхание. Сердце все еще колотилось так, словно он продолжал бежать по заснеженному лесу на снегоступах.

Дарья всхлипнула и только кивнула в ответ, дрожащей рукой вытирая кровь.

Морозов ощупал карманы Павла и нашел то, что искал – смартфон. Конечно, Павел не оставил себя без связи. Теперь все было правильно.

Набирая номер экстренной помощи, он проверил пульс: сердце Павла билось, а его раны не казались такими уж серьезными. Однако очнуться в ближайшее время у него было мало шансов.

Оператор наконец ответил и спросил, какая экстренная служба ему нужна.

– Говорит подполковник Следственного комитета Морозов Олег Андреевич. Нужны полиция и скорая. И следственная группа. Здесь трое убитых, один раненый – огнестрел… И да, еще нужен трактор! Дорогу снегом завалило – не проехать.

Он назвал адрес, уточнил, что нужный коттедж находится в стороне от основной деревни, добавил, что убийца задержан и что ранен именно он. После чего заверил, что ждет всех перечисленных на месте, и отключился.

С трудом встав, стянул с себя куртку, в которой уже порядком взмок, подошел к тому, что осталось от двери, отодвинул комод и вышел из комнаты.

Проверил хозяйскую спальню. Олеся сидела на том же месте, так и не пошевелившись. Похоже, ей все-таки тоже потребуется медицинская помощь. Возможно, даже психиатрическая. Но, по крайней мере, теперь можно надеяться, что она либо не была заодно с Павлом, либо просто больше не опасна.

Морозов спустился на первый этаж. Вероника уже стояла у подножия лестницы, вопросительно глядя на него.

– Я вызвал полицию. Скоро все закончится, – пообещал он ей.

– Кто это был? – почти шепотом спросила Вероника.

– Павел. Он жив, но без сознания. Ранен. Ты сама как?

Она пожала плечами. На ее губах появился призрак улыбки.

– Честно говоря, даже не знаю.

– Иди ко мне…

Морозов притянул ее к себе и крепко обнял, как хотел еще тогда, на кухне. Вероника уткнулась лицом ему в плечо, обнимая в ответ.

В повисшей тишине из гостиной донесся бой часов, отсчитывающих полночь.

Последний день года завершился. Начался новый год.

Павел Гордеев не только выжил, но и довольно быстро пришел в себя после операции. Отпираться не стал, напротив, сам сразу изъявил желание поговорить со следователем. А поскольку Морозов сделал все, чтобы забрать дело в Москву – по месту жительства всех участников событий, – он сам к нему и пришел.

Первым делом Павел сообщил, что Валерий Демин жив и находится в доме, где горел свет.

– Не думаю, что мне это зачтется, – криво усмехнулся он, – но убивать Валерку мне не очень-то и хотелось. Просто нужен был тот, на кого я смог бы повесить остальные убийства. А Валерка… Он, конечно, тоже виноват, но он все-таки мой старый друг. К тому же сам скоро сдохнет.

Морозов оставил это заявление без оценочного комментария, только сдержанно сообщил, что они уже и сами нашли Валерия. Он лично распорядился проверить тот дом, подозревая, что свет там горел все же не просто так. И не просто так машина Павла стояла у его забора. Его подозрения полностью подтвердилось, когда Валерия обнаружили на цокольном этаже запертым в одном из помещений.

У Павла эта новость не вызвала каких-либо эмоций. Он лишь безразлично кивнул и принялся рассказывать:

– План оформился у меня еще в начале декабря. Валерка тогда наконец созрел и рассказал мне о своем диагнозе. А за пару недель до этого я увидел ту запись… И все как-то сошлось у меня в голове. А о том, что Кирилл был моим сыном, я узнал еще весной, когда он погиб.

– Ты поэтому подал на развод? – уточнил Морозов.

Павел снова кивнул, на этот раз как будто даже нетерпеливо, словно это были очень скучные подробности. После чего вдруг усмехнулся и добавил:

– Потом, конечно, пришлось сделать вид, что я очень сильно жалею о своем решении и без Даши просто-таки жить не могу. Сначала я разыграл это перед Валеркой и подбил его устроить общее празднование в его загородном доме. Может, он и сам о чем-то таком думал, поскольку очень уж быстро согласился. Но мы сразу решили: никто не должен знать, что я тоже буду. Предполагалось, что я явлюсь сюрпризом ближе к новогодней полуночи, чтобы Дарья точно приехала. И уже никуда не делась.

– Но ты приехал на день раньше, так?

– На два, – с нотками самодовольства в голосе поправил Павел. – Повезло, знаешь ли, словно высшие силы были на моей стороне. Оказалось, что коттедж по соседству сдают на Новый год. Вот я его и снял, решил, что пригодится. И он пригодился. Не только как место, где я мог держать Валерку до поры до времени. Это дало мне возможность подготовить лесную тропинку между домами, как следует изучить местность. Подготовиться. А дальше все было делом техники.

Когда Демин приехал, пока он носил из машины привезенные с собой покупки и вещи, Павел проник сначала на участок, а потом и в дом. Подгадав момент, он напал на Валерия, вырубил его и оттащил в соседний коттедж, где и запер.

– Ты же понимаешь, что я не мог убить его сразу. Я собирался представить его поехавшим на почве болезни маньяком и убить как бы в порядке самообороны. Но время смерти определить довольно легко, поэтому умереть он должен был только тогда, когда дело будет сделано.

Морозов мысленно признал, что это весьма разумно, но вслух ничего не сказал.

– Потом я все подготовил в доме. Ты верно тогда сказал. Я следил по чату за вашим приближением, девчонки сами же в нем отчитывались. Досидел там до того момента, как вы приехали, а потом ушел через террасу и заднюю калитку. Чуть позже написал самому себе сообщение от лица Валеры. И посреди ночи, между двумя снегопадами, пришел к вам, мои следы к утру уже замело. Машину оставил у того дома, потому что на ней было уже не проехать, к тому же было бы слишком очевидно… Такой след не замело бы за пару часов! Но мне это в целом было на руку: я хотел создать иллюзию, что в том доме кто-то есть.