По следам исчезнувших. Дилогия
Шрифт:
Только когда речь зашла о размещении, Морозов задался вопросом, хватит ли на всех отдельных спален или придется как-то уплотняться. Насколько он знал, даже в довольно больших домах бывает не так много комнат: количеству проектировщики предпочитают простор. Их было три пары, хозяин дома – вероятнее всего, один, поскольку речь ни разу не заходила ни о его жене, ни о подруге, а также Олеся. Итого требовалось пять спален.
И как ни странно, они нашлись. Олеся сразу выбрала себе ту, что находилась на первом этаже: самая маленькая, она соседствовала с таким же скромным кабинетом. На втором этаже спален оказалось четыре: две побольше, в том числе хозяйская спальня, и две поменьше. Марк сразу заявил, что забирает себе ту, что служила зеркальным отражением хозяйской: в ней имелись гардеробная и отдельный санузел, тогда как в двух других ничего подобного не было. Спорить с ним никто не стал, в том числе и Морозов. В этом доме он планировал провести всего четыре ночи и не сомневался, что поделить на пятерых два других общедоступных санузла они как-нибудь смогут.
Дарье доставшаяся им комната тоже пришлась по душе. В основном тем, что ее окна выходили на переднюю часть двора и восток.
– Здорово, когда в комнате с самого утра есть солнце! – заявила она. – Легче просыпаться.
Морозов сомневался, что завтра утром – или в любое другое время дня – они увидят солнце: прогноз в этом отношении был неумолим и обещал облачность и осадки чуть ли не в течение полных суток. Дарья, скорее всего, тоже прекрасно это понимала, просто при своем легком характере и отсутствии склонности к конфликтам искала положительные стороны во всем. Главное, в комнате имелось все необходимое: кровать, две тумбочки при ней, платяной шкаф с вешалками, небольшой комод и даже удобное кресло с торшером над ним, пуфом для ног перед ним и маленьким кофейным столиком рядом. Чего в комнате не было, так это телевизора, но они и не ради новогодних телепередач сюда приехали.
Вещи Морозов планировал разобрать чуть позже, ограничился лишь тем, что снял и повесил в шкаф пиджак: в доме оказалось достаточно тепло, тонкого свитера вполне хватало. Однако Дарья принялась разбирать сумку: вероятно, не хотела, чтобы вещи и дальше мялись в ней.
– У меня для тебя кое-что есть, – заговорщицким тоном сообщила она, переместив почти все содержимое сумки в шкаф.
Помимо вещей, там оказалась еще и небольшая коробочка, завернутая в подарочную бумагу и перехваченная лентой с бантиком. Увидев ее, Морозов с трудом подавил улыбку и постарался посмотреть на Дарью с осуждением.
– Я думал, формат вечеринки – без подарков. Был ведь такой уговор?
– Да, конечно, но мне захотелось! В конце концов, это наш первый совместный праздник… Хочу, чтобы у тебя осталось что-то о нем на память. Там ничего особенного, сущая безделушка, я не жду ответного…
Дарья еще не успела договорить, когда он извлек из сумки слегка помявшийся подарочный пакет с футляром для украшений внутри. Морозов слишком долго был женат, чтобы действительно вестись на фразы в духе: «Подарки дарить не будем, просто как следует вместе повеселимся, для себя я тоже ничего не жду, ты, главное, сам приезжай…»
– О, ну что ты! Не стоило… – пробормотала Дарья, но ее глаза радостно зажглись.
Она крепко обняла его и вдумчиво поцеловала, даже несколько дразня прикосновениями. Однако открывать подарок не стала, предложив сделать это в новогоднюю ночь. Морозов согласился, и они оба спрятали полученные презенты каждый в свою прикроватную тумбочку. После чего наконец спустились на первый этаж. Следовало выяснить, что там с Валерой и с ужином.
Дарья уверенно направилась в гостиную, через которую можно было пройти в просторную, если не сказать огромную, кухню. Именно оттуда доносились голоса ее друзей. Оказалось, что большинство уже собралось вокруг кухонного острова, не хватало только Вероники и Олеси. Судя по хмурым лицам и напряженным интонациям, хозяин дома так и не появился.
– И на звонки не отвечает: я уже три раза его набирал, – сообщил Григорий в ответ на вопрос Дарьи. – Гудки идут, но трубку никто не берет.
– В чате тоже молчок, – добавила Женя, но это они и так знали: чат у ребят был общим. Морозов, конечно, в нем не состоял, но Дарья держала его в курсе того, что там происходит.
– Может, с ним что-то случилось? – предположила она.
– Что с ним могло случиться? – с нотками возмущения возразил Марк.
– Не знаю… Поехал в магазин и попал в аварию… Или поскользнулся, упал и сломал ногу, – принялась фантазировать Дарья.
– И что нам теперь делать? – задался вопросом Григорий. – Искать его? Где? Как? И, вообще-то, есть хочется… Не все перекусывали слойками с кофе, а тут такие запахи!
С последним Морозов мог легко согласиться: в кухне и даже немного в гостиной умопомрачительно пахло запеченным мясом, чесноком и какими-то специями. Женя с любопытством заглянула в духовку и вытащила оттуда противень с пакетом, внутри которого лежало явно что-то очень вкусное и вполне готовое. И даже порядком остывшее, поскольку Жене не понадобились прихватки.
– Может, поедим, пока ждем Валеру? – предложил Марк. – Появится он, никуда не денется.
– Как-то это неправильно, – неуверенно возразил Григорий. – Надо бы сначала выяснить, где он, что с ним…
Он, кажется, собирался еще что-то сказать, но в этот момент пиликнули, уведомляя о новом сообщении, сразу четыре смартфона. Морозов заглянул через плечо Дарьи в экран, где открылся общий чат. Писал тот самый Валерий Демин: «Простите, ребят, не могу говорить! Кое-что случилось, пришлось срочно отъехать. Вернусь завтра утром и все расскажу. Пока располагайтесь, ужинайте. Мясо в духовке, картофель фри в морозилке, салаты и закуски в холодильнике, шампанское там же, остальные напитки в гостиной. Скоро увидимся!»
– Ну вот! – Марк торжествующе улыбнулся. – Я же говорил: никуда он не денется, вернется. Давайте ужинать. Девчат, накрывайте!
Дарья с Женей переглянулись, почти синхронно пожали плечами и принялись исследовать холодильник на предмет закусок, а шкафчики – в поисках посуды. Морозов предложил свою помощь, Григорий с заметным облегчением и некоторым предвкушением направился в гостиную для изучения местных запасов алкоголя, а Марк уселся во главе длинного стола и достал смартфон.
Морозов как раз забрал у Дарьи довольно тяжелую стопку больших плоских тарелок и отнес ее на стол, когда в кухню вошла Вероника, несколько растерянно глядя на остальных. Ее явно обрадовала бурная деятельность по подготовке к ужину, но в ее глазах читался вопрос: а где же Валера?
Подруги быстро рассказали ей про сообщение, которое она, по всей видимости, пропустила, и она с удовольствием присоединилась к процессу, взявшись расставлять на столе бокалы для напитков: они стояли в отдельном шкафу в углу комнаты и к нему проще всего было подобраться, не мешая деятельности остальных.
Марк тем временем отвлекся от экрана смартфона, посмотрел на жену и недовольно нахмурился.
– Зачем ты взяла с собой это платье? Не говоря уже о том, зачем его надела?
Вероника замерла, бросила на стоявшего рядом Морозова немного испуганный взгляд, а потом посмотрела на платье. Оно было насыщенного зеленого цвета, в мелких белых цветочках, с рукавом три четверти, приталенное и с расклешенной юбкой почти до колена.
– Мне нравится это платье, – не слишком уверенно отозвалась Вероника, с преувеличенным вниманием расставляя на столе винные бокалы. – И оно удобное.
– Сколько раз я говорил, что оно тебе не идет? Ты в нем выглядишь как простушка! – продолжил отчитывать жену Марк. – Почему ты до сих пор его не выбросила? Иди и переоденься! Надеюсь, ты взяла нормальную одежду.
Женя и Дарья определенно слышали Марка, но упорно делали вид, что ничего не замечают. Светлокожая Вероника мгновенно вспыхнула, Морозов слышал, как она тяжело задышала, но выполнять приказ мужа пока не торопилась, продолжая ходить между шкафом и столом.