Чтение онлайн

В студенческие годы юный князь открыл для себя с качественно новой стороны и театр. Библиотека Архангельского до сих пор хранит некогда приобретенные князем в Лейдене сборники театральных пьес, и даже трехтомник «Новый театр Гааги», 1759 года издания.

В то старое время иностранному студенту необходимо было иметь рекомендательные письма для путешествий. Французский академик Виллаузон с большой доброжелательностью писал Л. К. Фалькенару о его прилежном ученике. Он же передал Юсупову рекомендательное письмо в Копенгаген советнику Юстиции Трескову, в котором просил посодействовать Николаю Борисовичу в период его поездки в Данию. В письме были такие слова: «Князь Юсупов, который передаст Вам это письмо, является русским господином… Не буду повторять то, что я уже имел честь Вам сказать о широте и глубине его обширных знаний, особенно в греческом языке… Это один из самых выдающихся людей Европы!».

В подтверждении этих лестных слов в 1779 г. Общество древностей в Касселе, которое основал ланграф Гессенский Фридрих Второй, избрав «знаменитого своими знаниями» князя Юсупова своим Почетным членом.

Современникам также была известна история о лестной оценке, данной Николаю Борисовичу знаменитым Вольтером. Известный и ядовитый философ преподавал в Лейдене и из всего русского студенческого братства выбрал именно Юсупова. А в плане маршрутов после завершения обучения в феврале 1776 года, после Голландии стояла Англия. Там Юсупова привлекал знаменитый Оксфорд, там он смог почерпнуть немало полезного и интересного. Юсупов отправляется в ставшее традиционным для аристократической молодежи большое путешествие, Grande Tour, позволявшее познакомиться с историческими и художественными достопримечательностями разных стран.

По прибытии в Лондон в марте 1776 г. князь Юсупов был вскоре представлен королевскому обществу. Среди его новых знакомых оказался Пьер Огюстен Карон де Бомарше (1732–1799), известный драматург тогда выполнял секретную миссию правительства Франции, вступившего в борьбу с Англией за североамериканские колонии. В течение нескольких месяцев, проведенный в лондонском обществе у них сложились весьма теплые дружеские отношения. Кроме того, уже более двухсот лет существует легенда о том, что князь и великий драматург соперничали из-за женщины и, разумеется, князь в этом «поединке» одержал победу. Известно, что внешний облик Бомарше не отличался красотой, а князь наш был писаный красавец. Говорили, что Бомарше даже хотел отравить князя, но передумал, Моцарт и Сальери, одним словом.

Путешествуя, Николай Борисович всегда держал при себе небольшой альбом в красном сафьяновом тиснении, на котором золотом было выбито: «ALBUM AMICORUM PRINCIPIS DE YOUSSOUPOFF», что в переводе значило «Альбом друзей князя Юсупова». Именно в этом, утерянном позже княжеском альбоме оставил свой след Бомарше, записав в нем собственноручно стихотворение «Прощальный привет», тщательно выписывая буквы. Николай Борисович очень гордился этим автографом, показывая его только избранным знакомым, в том числе и А. С. Пушкину.

«Вольтер – его благословил…!» Летом 1776 года молодой князь посещает Португалию и Испанию, пользуясь покровительством бывшего посла в Лондоне маркиза де Помбала, получил путевые листы для дальнейшей поездки. В Португалии Юсупов посещает университет в Коимбре, осматривает Лиссабон, Порту, Альмейду. В испанской Саламанке знакомится с коллекцией рукописей в университетской библиотеке, в Мадриде его принимает король Карл III, а в Эскориале он посещает библиотеку и едет в Сеговию. От чрезвычайного посланника французского короля маркиза де Оссуна, 26 июля 1776 года получает путевой билет для въезда во Францию и через Байонну и Бордо в сентябре приезжает в Париж, где встречался с Дидро и стремился увидеть Вольтера. Продолжая путешествие, он посетил Швейцарию, где Вольтер принял Юсупова в Фернее, о чем философ сообщил в письме императрице Екатерине II. В ответном письме Вольтеру 1 октября 1776 года она не преминула заметить, «если Вы довольны князем Юсуповым, то я должна за него засвидетельствовать, что он восхищен Вашим приемом и всем, что Вы говорили в то время, когда он имел удовольствие видеть вас».

Великий Вольтер не был чужд коммерции. Этот гениальный французский мыслитель под старость лет, как вспоминает современник, «сделался торгашом». В 1776 году в городе Фернье Вольтером основана часовая мануфактура. Точнейшие и красивейшие часы рождением своим обязаны Вольтеру! Ибо первые швейцарские часы вышли из его мастерских… Екатерина Вторая с жадностью поглощала не только мысли философа, но и явилась первой покупательницей часовой продукции: в Россию по ее просьбе отправили партию часов на 8000 рублей.

Насмотревшись на Вольтера, вздумал было позже и Николай Борисович Юсупов, заняться торговлей. Он организовал у себя зеркальный завод, ибо зеркала были тогда в большой цене и их привозили из-за границы. Увы, то что удалось Вольтеру и получалось у купцов, абсолютно чуждо было природному князю. Зеркальный бизнес у него не пошел, и он потерпел большие убытки. Вольтер написал ему из Парижа: «Князь не может быть торгашом», и Николай Борисович немедленно прекратил свое зеркальное производство. Много позже его праправнук Феликс тоже окажется плохим коммерсантом.

Во Франции, русского князя еще более покорила приветливость Людовика XVI и Марии-Антуанет ты. Николай Борисович немало времени провел в Версале и видел французский двор во всем блеске. После Франции Юсупов через Швейцарию и Германию приехал в ноябре 1776 года в Италию – страну классического искусства. В январе 1777 года он посетил Неаполь, где в то время «ожил» вулкан Везувий и началось его извержение.

Обратный путь в Россию лежал через Вену, где Николай Борисович был представлен австрийскому императору Иосифу I, там же он не мог не встретиться с родственником, русским посланником Дмитрием Михайловичем Голицыным – известным дипломатом и большим коллекционером, собиравшим произведения живописи, скульптуры и графики европейских мастеров. Его собрание для начинающего коллекционера Юсупова, несомненно представляло интерес, ведь в период своего первого путешествия князь начал приобретать популярных в то время признанных голландцев и фламандцев, работы талантов итальянского Возрождения. Экспонаты своей коллекции Николай Борисович размещал в доме своего отца на Английской набережной, где прошли его детство и отрочество.

Небольшое количество официальных биографий Николая Борисовича Юсупова преимущественно умалчивают о событиях периода 1778–1781 годов. Известно только, что в 1781 году князя пожаловали в действительные камергеры Императорского Двора. Стоит отметить, что к претенденту на столь высокое звание предъявлялись весьма серьезные требования особенно к внешним данным, как тогда деликатно выражались, претендент мог «попасть в случай». Князь, как раз соответствовал этим требованиям как своим образованием, богатством, положением семьи, возрастом, так и незаурядной внешностью. Видимо, именно в тот жизненный период с Николаем Борисовичем произошла история, на которую стыдливо указывала одна картина с мифологическим сюжетом из коллекции князя.

Император Павел Первый позже, оказавшись на престоле очень уважительно относился к князю Юсупову, но все-таки он обратился к нему с вежливой просьбой: убрать куда-нибудь «подальше» одну из картин княжеской коллекции с сюжетом союза античных богов Венеры и Аполлона, на которых странным образом изображения полуголых небожителей очень уж напоминали князя Юсупова и саму императрицу Екатерину Великую. Павел Первый нередко испытывал чувство стыда за свою мать. Тем более, что некоторые фавориты по возрасту годились ей в сыновья.