Чтение онлайн

— Т-тебе с нами… не справиться, уж лучше с-сразу… перережь глотки, пока мы не вгрызлись в твою! — выпалила Ингет, и сразу почувствовала, как нога надавила на горло с новой силой, практически перекрывая поток воздуха. Стараясь сохранить насмешливый вид, Ингет сжала в руке приготовленные острые шарики.

Командир тенадасеров лениво обернулась и со скучающим видом посмотрела на трепыхающуюся Ингет. Пожала плечами.

— Я уже справилась с вами, глупышка. Думаешь ты в том положении, чтобы огрызаться? Ах да, загнанные в угол крысы имеют привычку нападать от безысходности, — холодно оценив лицо сопротивленки, она грациозно махнула рукой. — Продырявь-ка ей глаз, не нравится мне её самодовольный взгляд, может это усмирит её пыл. И вгони иглу поглубже, хочу насладиться криками. Только не задень ничего лишнего, понял?

Тебресса оценила взглядом верзилу, а после закатила глаза и помахала руками.

— Нет, стой. Тебе это поручать бесполезно, ты же тупой, как пробка. Лучше сделаю всё сама, — последние слова она растянула с жутким упоением. — И забери уже ту дрянь из её руки!

Амбал неспешно убрал ногу с горла, приставил лезвие и с восторгом ударил ногой по кисти руки, вызвав новую волну колкой боли. Шарики из руки выкатились, так и не сработав. На горло вновь опустилась подошва.

Командир оказалась рядом в мгновение ока. Хактес испуганно дёрнулась. Тенадасерка хищно улыбнулась, показывая иглу в руке. Тебресса подразнила жертву, а после неспешно стала придвигать к глазу сталь. Та, словно довольно и ужасающе хихикала. Не выдержав, Ингет плюнула в лицо обидчице, но и моргнуть не успела, как правый глаз охватило огнём. От острой разъедающей боли она стала видеть вспышками. Инстинктивно зажмурившись, Ингет почувствовала, как кровь, смешавшаяся со слезами, потекла по щекам обжигая кожу. Лицо свело от невыносимого жжения, казалось ещё немного и эта тварь проковыряет иглой до самого мозга. Горло раздирало. Лишь через мгновение лидер осознала, что всё это время истошно кричала и даже не понимала, сколько прошло времени, сколько она так лежит в агонии. Во рту появился омерзительный солоноватый привкус. Слёзы, от брыканий, попали на зубы, а после побежали к горлу, вызывая приступы кашля. Ингет не могла замереть, хоть и понимала: чем больше она дёргается, тем дальше входит игла.

Голова словно отключилась. Сопротивленка ничего не понимала, ни о чём не думала и ничего не слышала. Мир превратился в сплошное кровавое месиво. Даже собственный срывающийся крик она различала с трудом. Давление на горло ослабло, но сапог по-прежнему уверенно прижимал истерично содрогающуюся Хактес к земле. Лидер и заметить не усела, как вцепилась стальной хваткой в руку тенадасерки; постаралась оттолкнуть от лица, но противница оказалась куда сильнее.

Желая, чтобы всё быстрее закончилось, она заставила себя открыть второй глаз, приказала себе убрать одну руку и потянуться к горлу тёмной приспешницы. Ингет не успела даже костюма её коснуться, как подчинённый, — что прижимал жертву пыток, — вдруг отшатнулся и убрал ногу. Командир скучающе обернулась, отвлекаясь от развлечения. Глаза её удивлённо расширились. В горле приспешника торчала стрела, пробившая шею поперёк. Из раны с обеих сторон начала сочиться кровь, пропитывающая тёмную ткань. Мужчина захрипел, сдёрнул маску с лица, а при попытке вдохнуть начал издавать характерные булькающие звуки с шипением. В ту же секунду, он повалился на землю замертво; глаза померкли, хрипы перестали сотрясать пространство, лишь багровые капли плавно скользили по светлой коже, оставляя за собой дорожки.

— Это ещё что за херня? — тихо спросила тенадасерка и поднялась на ноги.

Следом прилетело ещё несколько стрел, просвистевших в воздухе над Ингет. Она истерично подскочила и забилась у дерева. Сопротивленка дрожала подобно осиновому листу, поскуливала и боясь касаться торчащей в главу иглы. Прерывисто дыша с шипением, сопротивленка набралась храбрости и резко выдернула спицу. Боль пробежалась по лицу вспышками, а из-за непрекращающихся слёз, глаз щипало сильнее. Приложив к глазу ладонь, она злобно подняла голову и посмотрела на тенадасерку, стоящую в недоумении. Только их глаза встретились, в мучительницу кто-то влетел на бешеной скорости и ударом ноги отбросил в сторону. Пролетев не меньше полутора метров в воздухе, она рухнула на землю.

Разрыдавшись пуще прежнего, Ингет посмотрела здоровым глазам на представшего пред ней Эпкальма с грозным видом и луком в руках. Его величественная фигура заставила ослабшую девушку расслабиться и судорожно выдохнуть. Он походил на посланника Светлой Девы, которого раньше Хактес на дух не переносила, который ей был не нужен, но которого теперь она ждала с придыханием.

Аноильтенс бросился к Ингет, наскоро приложил ей к ране чистый бинт, тревожно разглядывая лицо.

— Потерпи, — тихо, но твёрдо проговорил сопротивленец, прежде чем ввести раненой заживляющий препарат. — Сиди здесь, — предупредил он сердито, а после встал на ноги, закрывая лидера собой.

Поднимая голову, Ингет обомлела. Казалось, будто перед ней стоит вовсе не тот мальчишка, которого она с небывалой отчаянностью презирала когда-то, а спаситель; пожалуй, ему не хватало лишь излучать свет всем телом. Прижимая одолженную ткань к всё ещё кровоточащему глазу, Хактес содрогнулась, когда почувствовала щекочущее чувство в груди. Она готова была поклясться, что ноги требуют подняться, а тело — броситься в бой вместе с Эпкальмом.

«Это и есть дух лидера? Меня словно нитями тянет к нему, встать рядом и идти за ним в бой, даже если он закончится смертью. Почему же… раньше я не обращала внимание на эту бешенную тягу», — глядя неверящим глазом на истинного лидера, сопротивленка стиснула руку в кулак. Понимание постепенно стало приходить к ней, ударяя по надломленной гордости.

Пока смотрела, Ингет задавалась вопросами, которые прежде игнорировала. Если вредность должна быть вредной, а зависть завистливой, то какими должны быть любовь и радость? Или желание поддержать и успокоить? Сопротивленка неоднократно задавалась ими, и искала ответы наблюдая за Эпкальмом. Будто он был тем, кто даст ей разгадку своими действиями. Вот и сейчас, ей открывалась истина, о которой даже не нужно говорить вслух, достаточно лишь смотреть за ним.

— Отпустите моих товарищей, — озлобленно заявил Аноильтенс, глядя с высока на поваленную тенадасерку.

— Бегу и волосы назад, — съехидничала та, смахивая кровь у глаза. — Вот смотри, уже пятки стёрла.

Командир убийственно посмотрела на сопротивленца и резво поднялась. Отряд сопротивления нервно наблюдали за лидером, истинным лидером.

Командир тёмных выхватила нож и бросила в Эпкальма. Тело Хактес начало двигаться на автомате, она вскочила на ноги, выхватила меч и отбила атаку; оружие с тёмным лезвием отлетело в сторону. Ослабленная, еле держащаяся на ногах ехидная девушка, окрысилась и выставив меч, предостерегая дальнейшие попытки нападения.

— Опустим часть разговора, где ты пытаешься меня унизить или убить и перейдём к делу, — скрестив на груди руки, Эпкальм устало выдохнул, точно разговор вызывал в нём скуку. — Я пришёл за своими людьми, ты пришла в поисках вот этого, — следом он достал из-под плаща свиток и играючи покрутил им. — Не так ли?

Ощетинившись, тенадасерка рыкнула и жадно уставилась на свёрток.

— Умно, сопротивленец, но я тебе не верю. Откуда мне знать, что свиток настоящий? Ты мог притащить мне фальшивку, не находишь?

— Не узнаешь, пока не проверишь, — пожал плечами собеседник. — Разумеется я не отдам тебе его первым, я тоже тебе не доверяю, да и начинать не собираюсь.

Ингет затаила дыхание, когда увидела «пустышку».

«Что он собирается с ним делать? Если она увидит содержимое, то живыми мы отсюда не выберемся. У тебя же есть план, правда, иначе я не понимаю на что ты надеешься?» — она молилась про себя.

— Эпкальм, нет! Не отдавай! Уходи! Он не должен им достаться! — истошно закричала Липедесса и задёргалась. Она брыкалась с такой силой, что сдерживающим её тёмным приспешникам пришлось зажать ей рот и ударить в живот.

— Я вас тут не оставлю, — рыкнул в ответ Аноильтенс, стиснув пальцами добычу. — Тебе придётся мне поверить на слово, командир.

Противница разразилась каркающим смехом, громким и истеричным. Её стойка и играющие пальцы говорили, что она готова вырвать свиток вместе с рукой, если понадобится.

— Поверить? Тебе? — она снова угрожающе загоготала, а после стянула с себя капюшон вместе с маской, обнажая густые переливающиеся аквамарином и кораллом волосы. Происхождение этвахаума делало её властной, угрожающей и внушающей ужас до мозга костей. — Разверни, — требовательно заявила приспешница и стала суровее.