Чтение онлайн

Два часа спустя…

– Началось!

– Всем на землю! Пригнули головы!

Заработала румынская артиллерия, смертоносный град посыпался на головы пограничников. Румыны, уже пристреляв свои орудия, били намного точнее, чем вчера. Луговой вжался в окоп, у него было ощущение, что каждый румынский снаряд летит именно в него. В Юрия летели комья земли, стоял невыносимый грохот, в ушах звенело. После артподготовки с сопредельной стороны ударил ураганный пулеметный огонь, целью которого было прижать пограничников к земле и не дать им высунуть головы. Атака на мост началась.

– Застава к бою! – скомандовал Константинов.

– Стрелять прицельно! – выкрикнул политрук, – патроны беречь!

Юрий передернул затвор винтовки и выглянул из окопа.

– Ну, Сокол, вот и началось.

– Наконец-то, а то я уже заскучал, – улыбнулся снайпер.

– Не высовывайся лишний раз, Саня.

– Тебя тоже касается.

Румынские штурмовые отряды начали наступать на мост. Заработали наши пулеметы, застава открыла по врагу ответный огонь.

– Держись, Юра, прорвемся! – выкрикивал Сокол, снимая очередного румынского пулемётчика. Луговой стрелял по врагам, укрывшимся за уничтоженной техникой в центре моста. В опасной близости от его лица чиркнула об землю пуля, пограничник отпрянул и пригнулся, у него перехватило дыхание. Инстинктивно ощупал лицо, все было в порядке, его не задело.

– Юрок, ты живой?! – испуганно выкрикнул Сашка.

– Не дождешься, Сокол! – крикнул в ответ сержант и снова прицелился в румын.

– Молодец, чертяка! – обрадовался друг, – бей сволочей!

" Это вам за парней, уроды, – думал Луговой, пуская пулю в очередного вражеского солдата, мелькнувшего в перекрестии прицела, – за всю мою погибшую роту, сволочи, за Ваню, на еще!" – вылетела последняя гильза, и сержант полез за новой обоймой.

По румынам также работала наша артиллерия. Корректировщики вычисляли места дислокации румынской артиллерии и били по ней. Противник снова попытался переправиться на лодках. По ним ударили два пулемета «Дегтярева», и румыны быстро передумали. Основные силы нацелились на мосты. Отделение пулеметчиков, державшее под прицелом мост, несло потери, три бойца-кавалериста были убиты, четвертый тяжело ранен. С сопредельной стороны по нашим пулеметчикам работал румынский снайпер. После предупредительного окрика Константинова о снайпере Соколов вознамерился убрать его, и пока Юрий был занят наступающими румынами, незаметно испарился со своей лежанки.

– Вот же неуемный, – выругался Юрий, – ну куда его понесло, сейчас же завалят дурня!

Тем временем Соколов, перебравшись чуть левее за оборонительные позиции пограничников, устроился в зарослях камыша, удобно и уже с какой-то любовью устроив свою винтовку, взял в прицел противоположный берег.

– Ну, где же ты, сволочь? – шептал Александр, водя прицелом по берегу.

Солнце уже было высоко, вид в прицел был хороший, рано или поздно эта гадина выдаст себя, и Сокол будет готов.

Под прикрытием артиллерии, которая прижала советских бойцов к земле, румынам удалось снова прорваться через мост, но закрепиться на вновь занятых позициях им не дали. Быстро опомнившись, пограничники слаженной контратакой отбросили врага обратно, понеся при этом незначительные потери – одного бойца ранило. Румыны отошли на свои прежние позиции и прекратили атаку.

Константинов, оставив политрука за главного, двинулся осмотреть позиции и проверить потери. Пограничники держались молодцами, лица уставшие, но злые. Пробравшись до Юрия и Миколы, Константинов оглядел бойцов и одобрительно кивнул.

– Ну, как тут у вас? – спросил командир.

– Да в поряде все, товарищ старший лейтенант, – ответил Рудко, – держим с хлопцами оборону, не одна падла не проскочит, уж будьте спокойны.

– Молодцы, ребятки, молодцы, так держать! – лейтенант присел на пустой ящик из-под гранат и достал из нагрудного кармана пачку папирос.

– Курить хотите?

– Я не курю, – ответил Юрий.

– А я бы не отказался, – обрадовался Микола и сразу с наслаждением понюхал протянутую командиром папиросу.

– Спасибо, товарищ старший лейтенант, – поблагодарил радостный ефрейтор.

– Да не за что, – улыбнулся командир, – курите, неизвестно когда еще удастся.

– Как думаете, сколько это еще продлится? – спросил Луговой, – когда наши подойдут, когда мы этих мразей добьем уже?

– Подойдут, Луговой, скоро подойдут, – ответил командир и выпустил струйку дыма.

– А с вами же третий был еще, как там его…Соколов, кажется, раненый, где он? – командир оглядел бойцов, – неужто погиб?

– Да нет, не погиб, – ответил Луговой и посмотрел на пустую лежанку, – он собрался на снайпера румынского охоту устроить и уполз.

– На снайпера значит? – Константинов снова выпустил струйку дыма, – Да уж, эта мразь четверых моих пулеметчиков убила.

Константинов привстал с ящика, щелчком отправил окурок в сторону реки и аккуратно выглянул из-за бруствера.

– Осторожно, командир, он же тут, – Рудко бросился к Константинову и сбил его с ног, у лейтенанта с головы вихрем слетела фуражка, продырявленная пулей, в эту же секунду из камышей, слева от позиций, прогремел выстрел, и вскоре с той стороны на головы ошалевших бойцов и командира с бруствера в окоп свалился довольный Соколов.

– Достал! – широко улыбаясь, твердил снайпер, – достал гада!

– А он меня чуть не достал, – пробормотал командир, держа в руках дырявую фуражку.

– Если бы не вы, он бы и не высунулся, – растерянно ответил Александр, – благодаря вам мне удалось его завалить.

– Ну вот, на что-то я сегодня сгодился, – поднял глаза на снайпера командир и рассмеялся.

Трое солдат тоже улыбнулись, все – таки все остались живы, а румынский снайпер – нет.

– Молодец, Соколов, – похвалил Константинов, – вот уж точно глаз-алмаз, – и, пригнувшись, двинулся в обратном направлении.

Довольный снайпер повернулся к друзьям и тут же получил оплеуху от Лугового.

– Хоть бы предупредил, дуралей, – недобро глянул на снайпера Юрий.

– Да иди ты, – Александр потер затылок, – ну получилось же.

– Да брось ты, Юрок, красиво хлопчик сработал, ну скажи же.

– Красиво, но в следующий раз хоть предупреждай, когда вздумаешь уползти.

– Заметано, ребята, – улыбнулся Соколов и занял свою прежнюю позицию.

До вечера обстановка на участке оставалась достаточно спокойной. Румынские войска больше не предпринимали попыток перейти границу и сосредоточились на артиллерийском обстреле позиций пограничников.

К вечеру вернулась машина с саперами. Предстояло самое тяжелое – под ураганным пулеметным и артиллерийским огнем противника прорваться к мостам, заминировать их и взорвать.

Константинов собрал бойцов и поделил их на две группы, в которые входили пограничники и саперы. Первая под руководством старшего политрука Бойко должна была с боем прорваться к деревянному мосту и взорвать его. Вторую группу, которую возглавил сам Константинов, должна была прорваться к железнодорожному мосту и уничтожить его.