Чтение онлайн

Несколько десятков людей, наблюдавшие за прыжками парашютистов в этот день как зрители и по служебной необходимости, просто оцепенели, увидев воздушное происшествие. К месту предполагаемого падения немедленно отправились санитарная машина и специалисты безопасности. Как рассказывали медики позже, они не надеялись увидеть Викторию живой и собирались использовать только мешок для трупа. Но каково же было их удивление, когда они обнаружили ее сильно израненной, но подающей признаки жизни. Очевидцы не могли в это поверить!

Позже экспертиза установила, что причиной счастливого исхода стало сочетание нескольких факторов. Во-первых, Виктория, имея субтильное телосложение, была достаточно легкой. Во-вторых, запасной парашют в некоторой степени все же замедлил стремительное падение. Кроме того, Виктория приземлилась на свежевспаханное поле, что смягчило удар. Все эти факторы и элемент личной удачи сложились в настоящее чудо – Виктория была искалечена, но жива. Квалифицированная помощь была оказана сначала на месте происшествия, потом во время транспортировки в вертолете санитарной авиации до специализированного госпиталя, и уже там, по месту проведения нескольких операций и последующего лечения, доктора старались сделать все необходимое, чтобы парашютистка смогла вести полноценную жизнь. И у них это получилось!

А пока врачи боролись за жизнь жены Эмиля, он переписывался со Стефани.

Виктория довольно быстро пошла на поправку и была выписана через несколько месяцев. Для нее и ее здоровья все прошло сравнительно легко и закончилось очень удачно. А вот для ее благоверного все только начиналось.

Несчастные случаи в таком экстремальном виде спорта, конечно же, случаются. Но на удивление редко. Последний до описанного случая инцидент с нераскрывшимся парашютом в Великобритании произошел в 2003 году. Но он не был случайностью. Следствие, длившееся десять месяцев, установило, что часть строп была специально перерезана. Однако никакого чужого ДНК на парашюте тогда обнаружено не было, что позволило сделать вывод о самоубийстве парашютиста. А чуть позже в багажнике его же автомобиля были обнаружены ножницы, что только подтвердило выводы следственной бригады.

С тех пор прошло чуть более десяти лет. За это время в Великобритании было осуществлено около двух с половиной миллионов прыжков с парашютом без каких-либо инцидентов. А в случае с Викторией Силлиерс была абсолютно другая картина, предусматривающая чей-то посторонний коварный умысел, и это стало понятно практически сразу. Вначале специалистам бросилось в глаза, что все стропы с одной стороны ее парашюта были связаны. А затем, когда Викторию перекладывали на носилки на месте происшествия, обнаружилось, что два конца задних строп вообще никак не привязаны. Это однозначно не могло быть случайностью. Все остальные узлы в обвязке были целы.

Началось первичное следствие. Детально обследовав снаряжение, проверив все узлы на прочность и давление, поискав механические повреждения, следы воздействия и все остальное, необходимое в этих случаях, эксперты определили, что некий злоумышленник связал стропы основного парашюта и изъял несколько мягких звеньев, соединяющих подвеску с парашютом. Этот вывод об отсутствии механической причины отказа парашюта подтвердила комиссия Британской парашютной ассоциации. В то же время не было найдено никаких посторонних следов ДНК или отпечатков пальцев, которые могли бы указать на человека, который все это ловко и со знанием дела осуществил.

Во всей этой ситуации есть один нюанс. Если бы в результате падения Виктория Силлиерс не выжила, не было бы такого тщательного расследования и поиска причин инцидента. Никто никогда не расследовал бы это дело именно с точки зрения покушения на убийство. Это все выглядело бы как несчастный трагический случай.

И теперь начался тот самый процесс, который принято называть старой доброй детективной работой. «Ищи, кому выгодно» – гласит одно из первых правил этого дедуктивного метода. Это оказалось не так уж сложно. Мотив для убийства Виктории был только лишь у одного человека.

Эмиль Силлиерс был арестован 28 апреля 2015 года на рабочем месте, в стеклянном кабинете спортзала. Он не был удивлен или обеспокоен. Он не требовал присутствия адвоката и был очень самоуверен. Первый допрос его длился шесть часов. Эмиль отрицал свою причастность к покушению на жизнь своей жены. Он сознался в связи со Стефани Голлер, мотивируя свое поведение тем, что его брак с Викторией практически распался. Спокойно признал свой долг перед кредитными компаниями. Сам добровольно сообщил, что посещал туалет в субботу, имея с собой парашют Виктории. Эмиль как бы предлагал полиции свою версию событий, будучи абсолютно уверенным в том, что эта версия их устроит и все для него скоро закончится благополучно. На вопрос, кто, по его мнению, мог испортить парашютное снаряжение жены, он ответил, что это вполне мог сделать какой-нибудь случайный убийца. На вопрос следователя, желает ли Эмиль что-то добавить, подозреваемый ответил: «Хуже всего то, что ты арестовал меня на глазах у моих подчиненных». У полицейского натурально округлились глаза. «Психопат, социопат, крайне эгоистичный нарцисс, думающий исключительно о себе», – сделал для себя пометку дознаватель.

Пока один полицеский допрашивал Эмиля, другой сообщил Виктории, что ее муж является на данный момент главным подозреваемым. Она просто не могла в это поверить, хотя не была совсем уж невнимательной женщиной. Виктория заметила, что во время ее беременности вторым ребенком что-то изменилось в семейных отношениях. Супруг заметно охладел к ней. Виктория знала, что он переписывается с другими дамами в чатах, несколько раз она заставала случайно Эмиля за этим занятием. Женщина собиралась серьезно побеседовать с мужем на эту щекотливую тему, но оттягивала момент из-за беременности. Она не хотела сильно расстраиваться, считая, что это отрицательно скажется на ребенке. Где-то в душе она понимала, что ее муж самый настоящий сексуальный наркоман, но не хотела себе в этом признаваться.

Новость об аресте Эмиля просто опустошила Викторию. Она так сильно любила его, что хотела вернуть. Она искренне не могла понять, почему условия освобождения под залог не позволяют ему вернуться в семейный дом. Все дальнейшее расследование проходило не благодаря показаниям Виктории, а вопреки. Но истина, хоть и не сразу, все-таки была найдена.

Неторопливое следствие шло своим чередом. Телефон Эмиля оказался просто фонтаном невероятной информации, которая обрушилась на детективов. Например, одних только эсэмэсочек к Стефани Голлер копы насчитали 32 000! И это за каких-то полгода знакомства! Из интереса я посчитал: это 175 ежедневных посланий! А ведь были еще и другие женщины, которым Эмиль уделял внимание! Не знаю, как вам, мне лично такая гиперобщительность кажется пугающей. Но для Эмиля Силлиерса это было обычным делом, судя по всему. В своих сообщениях он рассказывал, что второй ребенок Виктории не от него (это якобы подтвердил тест ДНК) и выдумывал прочие подробности своего разваливающегося неудачного брака. На самом деле брак Эмиль рушил сам, своими собственными руками. «Чтобы быть с тобой, я сделаю все и откажусь от многого ради тебя. С апреля мы все сможем делать спонтанно», – писал он в одном из последних СМС. Почти так и случилось, только вся его спонтанность ограничилась пределами одной камеры предварительного заключения.

Не сразу, но удалось размотать и финансовые манипуляции Эмиля. Он ежедневно перемещал деньги по своим счетам, создавая затейливую сеть, в которой с большим трудом пришлось разбираться следователям финансового отдела. Он задолжал кругленькие суммы различным кредиторам, своим бывшим коллегам по работе и даже собственной жене: за их семилетние отношения Виктория одолжила ему более 20 000 фунтов стерлингов, которые Эмиль все время обещал вернуть. После исчезновения со сберегательного счета Виктории 6000 фунтов Эмиль заявил, что аккаунт супруги взломали. Однако одурачить следствие не удалось. Был сделан запрос в банк, там провели свое расследование и отследили IP-адрес по этой транзакции. Ответ не удивил: все манипуляции проводились с одного из домашних компьютеров семьи.

Эмиль Силлиерс проявил огромную «заботу», вкладывая средства в страхование жизни Вики: он добавил имя жены в свой собственный армейский полис и позаботился о том, чтобы у нее было максимальное страхование из возможных. Однако кое в чем наш мачо просчитался: зная о неумении мужа распоряжаться деньгами, Виктория исключила его из своего завещания, оставив все нажитое общим детям.

Девять месяцев понадобилось небольшой следственной группе, чтобы собрать все нужные данные в десятки тысяч страниц уголовного дела. Потом еще девять месяцев Королевская прокуратура изучала материалы дела и решала, насколько они убедительны и имеют ли шансы на вынесение обвинительного приговора. За это время Виктория многое узнала о своем муже. Не стали скрывать от нее и количество любовниц, отрицание Эмилем отцовства и то, как именно произошла утечка газа в их доме. Вся эта информация однозначно произвела на женщину гнетущее впечатление. Тем не менее со следствием она сотрудничать перестала.