Чтение онлайн

— Да, я знаю, — сдавленно произнёс Лейс.

Он продолжал стоять возле фонаря, но в его ранее естественной позе появилось что-то кукольное, неживое. Руки безвольно повисли вдоль туловища, подбородок слегка опустился. Фигура стражника чуть покачнулась, но устояла. По-хорошему, следовало бы его куда-нибудь посадить, но этот приказ отнял бы драгоценное время. И энергию, возможно, тоже.

— Кто это был? Как он это сделал? Почему? Рассказывайте всё, что знаете.

И Лейс послушно начал рассказывать.

Всё действительно началось с Амирты. Обитатели этого мира живут долго, очень долго — и очень медленно стареют. Кем был король Свест до того, как появится в Оклегоне, Лейс точно не знал. Но женщина, которая пришла в Путешествующий Мир после него — знала. И то ли начала шантажировать Свеста, то ли ему так показалось — но в один прекрасный момент амиртец понял, что власть, которую он взял в свои руки, может быстро исчезнуть. И дело даже было не в его тёмных делишках на родине. Просто королём Оклегона мог стать только оклегонец — а Свест сумел скрыть, что таковым не является. И был готов на всё, чтобы его тайна не вышла наружу.

Та драконица, которая погибла несколько лет назад, была драконицей супруги господина Ашши. Когда Лейс говорил, что там жили предки его будущей жены, он не лгал. Просто умолчал о том, что и мать Трельи была чистокровной жительницей Амирты. Здесь, в Оклегоне, она познакомилась с господином Ашшей и родила двоих детей. Это был долгий счастливый брак двух иномирцев, который мог бы стать ещё более долгим — если бы король Свест не увидел угрозу от жены господина Ашши. И не разобрался с ней.

— И Ашша решил отомстить, — продолжал говорить Лейс монотонно. — Однако не своими руками. По состоянию здоровья он должен был уехать на остров Керкинай. Но и там он продолжал общаться со своими детьми. Во-первых, между ними шла постоянная переписка, а во-вторых, Виис и Трелья сами приезжали к нему. Господин Ашша за это время сделался богатым человеком — на Керкинае он очень помог с сельским хозяйством, и в итоге остров поставляет столице оливковое масло, хлеб, а также кое-какие фрукты… Господина Ашшу там очень ценят. И ему очень много платят. За то, чтобы его сын разобрался с убийцей собственной матери, Ашша дал ему столько денег, что сейчас господина Вииса можно назвать одним из самых богатых людей Кадарры. Хотя он старается это не афишировать. Виис взял эти деньги. И сделал то, что хотел его отец. Они вместе спланировали это убийство, и Виис, не бывавший нигде, кроме Оклегона, надел старые вещи отца, в которых тот когда-то пришёл из Явомира. Я застал его, когда он пытался их сжечь — за собственным домом, в маленькой железной бочке… Он мне всё рассказал. Он испугался. Он почти плакал, говорил, что отец заставил его… С тех пор Виис часто прикладывается к бутылке, это очень злит его сестру — но и тревожит тоже…

— Почему вы не арестовали его? — спросила Миена.

— Я не мог. Это бросило бы тень на Трелью. И разбило бы ей сердце. Она ничего не знает.

— Поэтому вы решили, что за преступление вашего будущего родственника должен ответить невиновный?

— Да. Так я и решил.

Миена прикрыла глаза, стараясь справиться с раздражением. А ведь этот стражник начал казаться ей вполне симпатичным!

— У вас есть смертная казнь? — спросила девушка.

— Есть. Но применяется очень редко.

— А что грозит убийце короля Свеста, если его поймают?

— Его брат, будущий король, настаивает на сожжении заживо. Когда убийцу найдут, его будут судить, и суд решит, насколько такая казнь оправдана.

— И вы готовы были сжечь невиновного человека?! — не выдержала Миена.

— Его сжигал бы не я. Есть специальные…

Лейс вдруг замолчал, прикрыл глаза и слегка поморщился. Некромантка закусила губу: время действия заклинания закончилось. Она узнала всё, что хотела. Но…

Стражник распахнул глаза, и даже в полутьме камеры было видно, что те полыхнули гневом.

— Вы… — выдавил он. — Как вы посмели?..

— Кто бы говорил, — отрезала Миена. — Я, по крайней мере, не готова отправлять на смерть невинных людей!

— И это слова некромантки? — Лейс пытался усмехнуться, но вышло неубедительно. У Миены возникло чувство, что он хочет отвести глаза, но заставляет себя смотреть на неё.

— Я не убивала людей, — повторила девушка. — Послушайте…

— Вы не выйдете отсюда, — сказал стражник. — И никто вам не поверит.

— Вы же сами его ненавидите! — выкрикнула она. — Вииса! Вы поэтому так отнеслись к Корбару — ведь он очень на него похож! Вы же сами понимаете, что так нельзя! Прошу вас…

— Нет. — Лейс покачал головой. — Простите. Я не могу. Я… я оставлю вам фонарь.

Повернувшись, он пошёл к выходу, и Миена, с отчаянием глядя в его спину, поняла, что с ним уходит её последняя надежда спасти своих родных.

Дверь в камеру закрылась.

Сколько прошло времени, Миена не знала.

Вскоре стемнело. Ей принесли ужин. В камере стало холоднее, и некромантка завернулась в шерстяной плед, который полагался ей вместо одеяла.

Вдруг за дверью послышались голоса. Сначала мужской, которого Миена в этот день уже успела наслушаться:

— Может, всё-таки расскажешь, зачем тебе это нужно?

Потом женский, сердитый:

— Нет, не расскажу. Пока не расскажу.

— Лучше будет, если мы сначала всё обсудим. Я бы не хотел, чтобы ты, по незнанию, поступила необдуманно.

— Когда это я поступала необдуманно?! — зашипела женщина. Оба старались не повышать голос, хотя в гулких тюремных коридорах их попытки были обречены на неудачу. — Отдай мне ключи. И жди здесь. И не подслушивай!

Лязг, скрип. Грохот захлопнувшейся двери.

Трелья замерла, словно испугавшись получившегося шума и растерянно огляделась. Скудная обстановка камеры её явно смутила.

Но уже пару мгновений спустя она взяла себя в руки и решительно подошла к Миене, по-прежнему сидевшей на кровати с пледом в качестве шали.

Арестантка смотрела на незваную гостью настороженно и почти враждебно. Этой-то что нужно? Лейс же говорил, что его невеста ничего не знает…

— Я всё знаю, — огорошила её Трелья. В её шёпоте звучало отчаяние, хотя лицо в полутьме выглядело серьёзным и собранным. — Я подслушала разговор между Лейсом и Виисом. И когда Лейс начал говорить, что будет требовать казни вас двоих — и длительного тюремного заключения для девочки — и попытается обосновать это тем, что, дескать, так будет лучше для спокойствия населения… — Девушка вздохнула. — Я вынудила его всё мне рассказать. Лейс напрасно думал, что я не выдержу правды. Я никогда особо не любила своего брата. А отец… боюсь, жажда мести затмила его разум.

— Вы пришли сказать, как вам жаль? — холодно поинтересовалась Миена, у которой в голове пока не уложилось, что Лейс собирался выступить за то, чтобы она сгорела заживо.

— Нет, я хочу помочь вам. И Лейсу. — Трелья села на корточки, чтобы оказаться совсем близко к заключённой, и стала говорить ещё тише. От неё веяло тонким цветочным ароматом с ноткой горечи. — Он, на самом деле, очень честный и справедливый человек! — горячо заверила Трелья Миену. — Если бы он сделал то, что собирался, это бы убило его. Я попытаюсь его уговорить, но вы тоже должны мне помочь. Лейс сказал, что вы некромантка, и что вы как-то заставили его рассказать вам про Вииса. Вы можете похожую штуку проделать с ассистентом Лейса, чтобы он вам помог? Его зовут Румер, завтра вечером Лейс попросит его задержаться. Камеры будет открыты, вы с вашими друзьями подниметесь наверх и воздействуете на него своей магией. Двери откроет Лейс, но все будут думать, что это тоже ваших рук дело.

— Он не может так же открыть Леоволок? — осторожно спросила Миена.

— Для этого необходимо одновременное заклинание минимум двоих. Причём знают его только стражники.

— Вы уверены, что ваш жених на это согласится?

Трелья только отмахнулась:

— Куда он денется… Его гораздо легче уговорить, чем вам кажется. К тому же я точно знаю, что он сам не хочет вас убивать.

— Сжигать заживо, — тихо уточнила Миена.

Трелья кивнула.

— Так вы сможете это сделать? Что вам понадобится?