Чтение онлайн

Усевшись на стул, Энджи разрыдалась. Слезы заливали ее щеки, рыдания душили, она плакала, как маленькая девочка.

Глава 20

Кармен очень расстроилась из-за реакции Энджи на ее предложение. Было бы понятно, если бы любовница Гидеона оскорбилась, рассердилась, но та вдруг расплакалась, даже не успев положить трубку. Подобной реакции Кармен не ожидала.

А на следующий день позвонил Кевин.

– О Господи, Кармен, ты совершенно обезумела?! – заорал он. – Ты видела «Дейли дог» сегодня утром? Разве я не предупреждал, разве не говорил, чтобы ты держалась подальше от них?

– Но я не...

– Мы все утро говорили об этом, – продолжал Кевин. – Я сомневаюсь, что мы сможем погасить еще один скандал такого масштаба. Одно дело – выйти замуж за убийцу. Но совсем другое – продемонстрировать тайны твоей спальни во всех бульварных газетах. Ведь мы канал, который придерживается традиционных семейных ценностей. О Господи!..

– Но, Кевин, конечно же, ты не думаешь... Я...

– Если быть честным с тобой, дорогая, моя, то скажу: правда это или нет – не имеет значения. Конечно, я замолвлю за тебя словечко, но все-таки вот мой совет: подумай о другом варианте твоей карьеры.

– Но я даже не знаю, что они написали обо мне.

– Дорогая, я тороплюсь. Через несколько минут встреча у шефа. Позвоню тебе попозже и скажу, как все закончится.

Кармен вышла к газетному киоску и купила свежий номер «Дейли дог». Одного взгляда на первую полосу оказалось достаточно, чтобы понять: она может забыть о возвращении на «Конквест ТВ». «СКАНДАЛ КАРМЕН ГЕЙТ», – трубил заголовок. – «Сексуальные» эксклюзивные тайны, расследованные журналистом Роном Лерчером. Хозяйка «Переделки». Откровения».

Женщина в киоске взглянула на нее с презрением.

– Постыдились бы сюда приходить после того, что натворили, – проворчала она. – Больше никогда не буду смотреть вашу программу.

Вернувшись домой, Кармен просмотрела газету и со вздохом бросила ее на стол. Ее обвинили во всех возможных сексуальных извращениях, включая те, о которых она никогда даже не слышала. Неудивительно, что Энджи не захотела говорить с ней по телефону. Кармен взглянула на фотографию. Энджи распростерлась на шкуре тигра в нижнем белье. Были также две фотографии этой женщины в постели с Гидеоном. Но почему она это сделала? Разве не понимала, что смешно выглядит?

Что ж, теперь Энджи может забыть о работе на телевидении. Теперь она, Кармен, не в том положении, чтобы помочь кому-то. Но что же делать?.. Ведь именно работа являлась смыслом ее жизни, только она позволяла ей сохранять чувство собственного достоинства. И в то же время Кармен начинала понимать: ее жизнь была слишком мелкой, чего-то в ней не хватало, что-то она упустила, если ее единственное удовольствие состояло в том, чтобы смотреть на свое отражение, искаженное кривым зеркалом телевизионного экрана. Вспоминая Хейзл из Санбери и бесчисленное множество других, похожих на нее, Кармен испытывала острейшую душевную боль, вернее – чувство вины. Она была виновна в том, что втянула их в это дело, она занималась промыванием мозгов, заставляя женщин тратить с трудом заработанные деньги на одежду и косметику, заставляя их гнаться за недосягаемым идеалом.

Концепция «Переделки» была основана на том условии, что все женщины несчастны из-за своей внешности. Иначе ничего бы не получилось, как ни старайся. Ну кто бы стал тратить деньги и покупать косметику, если бы все были довольны собой и хотели бы остаться такими, какие есть? Если бы она была посмелее, то заявила бы во всеуслышание: весь смысл «Переделки» – в эксплуатации женщин, и выгодно это лишь самим телевизионщикам и производителям косметики.

Но что ее останавливает? У нее теперь достаточно времени, а деньги для нее не проблема. У нее нет никаких обязательств перед «Конквест ТВ», и у нее есть имя – весьма ценный товар, который можно теперь использовать как угодно, как ей самой захочется, как ей будет интересно.

Усевшись за туалетный столик, Кармен зачесала назад волосы, убрав их со лба, и сняла с лица косметику ватным шариком. Теперь она с трудом узнавала Кармен Берд, настоящую Кармен Берд, а не искаженную экраном телезвезду.

Потом она позвонила Кевину. Ей надо было спросить у него кое-что и кое-что сообщить ему.

– Я рад, что ты сама все поняла, моя дорогая, – проговорил Кевин с облегчением, словно у него гора с плеч свалилась. – Действительно, нет смысла идти против общественного мнения. И послушай мой совет. Ты материально выиграешь, если будешь держаться подальше от телевидения несколько лет.

Она положила трубку, и телефон тотчас же зазвонил. Оказалось – Барри.

– Не волнуйся насчет «Дейли дог», – сказал он. – Ни один разумный человек не верит ни единому слову из того, что они там у себя лепят. Все это прекратится через несколько недель.

– Не уверена, Барри, – пробормотала Кармен. Однако она была тронута его заботой.

Барри немного помолчал, потом снова заговорил:

– Тебе сейчас, наверное, не слишком весело. Вот я и подумал, не захочешь ли составить мне компанию сегодня вечером. Может, это немного взбодрило бы тебя?

– Это было бы замечательно. – Кармен улыбнулась. – Но позволь предупредить тебя: я немного изменилась с тех пор, как ты меня видел в последний раз. Ты можешь удивиться, я думаю.

Через несколько дней Кармен подъехала на такси к ресторану «Фоккаччо» в Сохо, чтобы встретиться с Монтегю Ларджем, известным литературным агентом. Возможно, Лардж не согласился бы иметь с ней дело, но Кевин потянул за свои ниточки, устроив ей эту встречу, заверил, что такой агент – самый лучший для нее вариант.

– Рад возможности с вами встретиться, – пробормотал Лардж, протягивая Кармен пухлую, с прекрасным маникюром, руку. – Присоединяйтесь ко мне, – добавил он, указывая на стоявшие перед ним блюда – маслины, анчоусы и что-то сушеное, пропитанное маслом. – Никаких макарон, – улыбнулся он. – Призываю вас сначала поесть. Ничто так не способствует деловому разговору, как хороший стол.

Кармен молча наблюдала за Ларджем – тот с жадностью набросился на еду.

– Это безумно интересно, – заговорил он наконец. – Кевин сказал мне, что вы решили взяться за перо, писать. Автобиографическое что-то, не так ли? Ваша жизнь с убийцей, детали роскошного образа жизни, известные друзья и так далее... – Он взглянул на нее с улыбкой. Его подбородок блестел от масла. – В этом случае мы можем говорить о куче денег. Вполне серьезно.

– Гм... конечно, – кивнула Кармен. – Но это совсем не то, что я имела в виду.

– Как так? – Лардж нахмурился. – Ведь это, наверное, самый очевидный вариант, разве нет? Разве вы так не думаете? Я имею в виду – в сложившейся ситуации? – Он вздохнул. – Ужасный стыд, конечно, – история с той глупой женщиной в «Дейли дог». Если бы она пришла ко мне...

Тут подошел официант и поменял тарелки.

– Я, может быть, не великий литератор, – продолжал Лардж, просматривая меню, – но я знаю, как вам извлечь наибольшую выгоду. Только дайте мне в общих чертах идею того, что хотите. Книги по кулинарии хорошо идут, тайны кухонь звезд и прочее в этом роде. Или, может быть, у вас есть идея новой диеты?