Чтение онлайн

— Я что-то придумаю, Лив, — его рука нежно гладила её спину. — Если ты этого хочешь... Я сделаю так, что ты забудешь об этом.

Лив вздрогнула, её тело затрепетало. Забыть?

— Сделай сейчас, — её голос был полон отчаяния. — Мне нужно сейчас. Сейчас, Дориан. Спаси меня от этой боли.

Он посмотрел на неё, в его глазах читалось глубокое понимание.

— Хорошо, — прошептал он.

Он осторожно наклонился и поцеловал её. Медленно. Сначала едва касаясь её губ, затем углубляя поцелуй. Его губы были тёплыми, успокаивающими. Он гладил её по волосам, по спине, пытаясь поцелуем заглушить её боль. Лив почувствовала, как привычная волна тепла разливается по телу, и отчаянно потянулась к нему, её пальцы попытались расстегнуть пуговицы на его рубашке, инстинктивно ища привычной близости, которая должна была всё исправить. Или хотя бы заглушить. Принести забвение.

Дориан остановил её. Его рука легла поверх её ладони.

— Нет, — его голос был твёрдым, но нежным. — Не нужно. Завтра, если ты всё ещё захочешь. Не сегодня. Я знаю, что ты пытаешься сделать, Лив, но это не сработает. Это не исправит. Я не могу так с тобой.

Лив уставилась на него, в её глазах читалось полное непонимание.

— Я хочу, чтобы этого не было, — прошептала она, её голос был полон детской мольбы. — Ты просто ушёл, подышал воздухом и вернулся. Чтобы всё было, как раньше.

Дориан крепче обнял её. Его губы коснулись её виска.

— Да, — его голос был низким, успокаивающим. — Я просто подышал воздухом и вернулся к тебе. Потому что понял, что поступил как кретин.

Он поднял её на руки, будто держал самое хрупкое существо на свете, и перенёс к кровати. Аккуратно уложил и накрыл одеялом, словно защищая еe от самого себя. Он сел рядом, провёл пальцами по её волосам, чуть отстранив их с лица, и остался тихо смотреть, как её дыхание постепенно выравнивается. Каждое движение было осторожным, чтобы не потревожить, пока сон мягко не унес её из его рук.

Глава 22.

Лив стояла на террасе, глядя в серый горизонт. Лёгкий холодок утреннего воздуха заставил её обхватить себя руками. На небе проступала бледная полоска рассвета, растворяясь в туманной дымке. Слёзы жгли глаза, но она сжала губы, не позволяя им вырваться наружу.

«Хочется кричать, но всё равно никто не услышит. Никто не спасёт. Я чувствую всепоглощающий стыд, за то, что он стал для меня настолько важен, что без него я чувствую себя пустой. Словно меня и нет...

Никто и никогда не поймёт эту боль, если не чувствовал... Вот так. Он лишь моментами поднимал меня вверх, гораздо чаще — бросал вниз, и я разбивалась о скалы собственных ожиданий. Он ломал. Разрушал. И называл это любовью.

Тогда почему, когда всё рассыпается, когда понимаешь, что это конец, ты не чувствуешь себя свободной? Наоборот.

Ты почти что желаешь, чтобы всё это плохое снова вернулось к тебе, потому что только так вернётся и хорошее.»

Её пальцы сами собой потянулись к телефону, судорожно набрали сообщение.

«Мар, я в отчаянии. Мне так больно. Я знаю, что ты не ответишь. Но ты так нужна мне сейчас.»

Она нажала «отправить». И тут же, не дав себе второго шанса, удалила его только у себя. Не из страха, что увидит Дориан, а чтобы не мучиться видом непрочитанного сообщения. Чтобы не погрузиться в двойную боль.

Время плыло, вязкое и искажённое её внутренним состоянием. Лив всё ещё стояла на террасе, когда услышала шорох шин подъезжающей машины. Дверь особняка распахнулась, и он вошёл. Дориан.

Он двигался по холлу мучительно медленно. Его взгляд скользнул по ней, но он не останавливался. Прошёл мимо, будто не решаясь приблизиться, или пытаясь понять её реакцию. Лив проследила за ним взглядом, её плечи дрогнули и медленно поднялись в безмолвном вопросе. Глаза её блестели от слёз, но она не позволяла им сорваться.

Он замер, словно приняв трудное решение. Сделал шаг назад... потом ещё один. Дориан подошёл к ней, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнула усталость, изнуряющая до предела. Он протянул руки, и Лив ощутила, как он крепко прижимает её к себе.

— Иди ко мне, моя сильная девочка, — его голос был низким, бархатным, в нём слышалась почти физическая потребность, жажда её присутствия.

Лив прижалась к нему, её тело поддалось инстинкту, несмотря на весь ужас прошедшей ночи.

— Я думала, рядом с тобой не придётся быть сильной, — произнесла она, уткнувшись ему в плечо, голос звучал приглушённо. — Я ошибалась.

Дориан погладил её по волосам.

— Больше не придётся, — его голос был твёрд. — Я обещаю. Я отменил все дела, сегодня нас не побеспокоят.

Лив чуть отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза.

— И как мы это решим? — спросила она, её голос дрогнул, едва слышно.

Взгляд Дориана стал пронзительным.

— Ты всё ещё хочешь этого? Решать? — его брови чуть приподнялись. — Если да... значит, мы решим. Я решу.

Лив покачала головой, её глаза снова наполнились слезами.

— Я не знаю. Я знаю только, что сейчас во мне нет сил уйти.

— А если бы были? — в его голосе прозвучал вызов. Он проверял её, искал её предел.

— Не важно, — Лив отвернулась, её плечи поникли. — Их нет.

Дориан сжал её руки, разворачивая к себе. Его взгляд был сосредоточен, пронзительный.

— Нет смысла сейчас говорить, что мне жаль, — его голос был лишён привычной надменности. — Нет смысла говорить, что если бы вернуться в прошлое — я поступил бы иначе. Лив, я вампир. Во мне играла жажда. И если жажду крови я хорошо контролирую, то жажду тебя ещё не научился. В этом была проблема. Я не хочу тебя винить ни в чём, я не в том положении. Но хочу объяснить: когда после всех доказательств я увидел на твоём лице тот взгляд — что-то во мне сломалось. И зверь вырвался наружу. Я могу сдерживать его в любых ситуациях, но ты... Ты — моя уязвимость. И это сыграло против нас.