Чтение онлайн

Николай Петрович потерял сознание, когда пытался оттащить от груды булыжников своего добермана. Причину своего беспамятства он объяснить не мог. Придя в себя на какое-то мгновение, он увидел, что находится в заточении, но дышать было легко. Рядом с ним на чем-то мягком спала темноволосая женщина. Николай вспомнил, что перед тем, как потерять сознание, он услышал женский крик. Это соответствовало фактическим обстоятельствам дела. Виктория Сергеевна, с которой Николай познакомился лишь после своего освобождения, действительно шла вдоль леса со своей таксой. Неожиданно собака бросилась в лес. Сделав несколько шагов в ту сторону, куда побежал Кокос, она увидела, как двое неизвестных схватили мужчину и бросили его в какую-то яму. Она громко закричала, но сзади кто-то закрыл ей рот платком, пропитанным какой-то гадостью. Женщина провалилась в небытие и, видимо, надолго. Было темно, и Виктория ничего не смогла разглядеть. Но все же ей показалось, что похитителями были мужчина и женщина. Выяснилось, что Викторию Сергеевну никто не разыскивал, потому что её муж уехал в командировку. На работе её не хватились, потому что Вика находилась в очередном отпуске. Она собиралась сделать сюрприз дочери, у которой недавно родился ребенок. Виктория хотела помочь дочери по хозяйству и побыть с маленькой внучкой. В общем, можно было считать, что все закончилось, не так плохо, как могло бы. Женщина лишь переживала за свою собаку. Такса по кличке Кокос умчалась в неизвестном направлении. Во всяком случае, так хотелось думать её хозяйке. Она верила в то, что с собакой не случилось ничего плохого. Татьяна была рада и за Елену, к которой вернулся её ненаглядный Николай, и за Босса, который вновь обрел любимого хозяина. Вот и Виктория вернулась домой к обычной жизни. Она еще успеет съездить к дочери. Вот только в жизни Тани не произошло долгожданных перемен. Неожиданно возникла проблема в лице хищницы Екатерины, положившей глаз на Виталия. Действовать нужно было срочно. И Татьяна начала обдумывать план работы над новым делом, расследование которого вновь приведет к тесному общению с Виталиком. В конце концов, после спасения Николая и Виктории в деле осталось множество белых пятен. Кроме того, до настоящего времени не была найдена некая Свирская Жанна Львовна, пропавшая практически в одно время с Николаем Петровичем.

Татьяна вдруг вспомнила о записке, обнаруженной ею в кармане пальто. Да ведь ей реально кто-то угрожает! Девушка совершенно не представляла себе, кому и каким образом она могла помешать. «Записки с угрозами пишет тот, кто опасается разоблачения, – рассуждала Таня, – Но самого главного-то я так и не выяснила! И кому вообще понадобилось похищать Николая и Викторию?» Итогом рассуждений Татьяны стал вывод о том, что Николай и Виктория оказались «изолированными от общества» только потому, что стали неудобными свидетелями. Они могли видеть преступника, который зачем-то оказался у железного люка-двери. Темной дождливой ночью вероятность появления нежелательных свидетелей была близка к «0», и злоумышленник рассчитывал на то, что останется незамеченным. Однако хозяева Босса и Кокоса отправились на прогулку со своими питомцами.

Учитывая неопределенность ситуации и поступившие в её адрес угрозы, Татьяна решила встретиться с Павлом Игоревичем Березиным. Девушке необходимо было поделиться своими догадками с профессионалом и выяснить план дальнейших действий сотрудников полиции. Татьяна боялась не за себя, а за единственного родного человека. Девушка считала, что всегда сможет за себя постоять. Однако содержащиеся в записке угрозы касались и её бабушки. Что же делать? Вообще не посещать занятия в университете? Таня не имела ни малейшего представления о том, кто мог написать эту угрожающую записку.

Желающих зла скромной девушке и её бабушке, сотрудниками полиции установлено не было. Поскольку странные угрозы неизвестного злодея Татьяна все же не восприняла, как реально существующие, негласное наблюдение с квартиры Володиных было снято. Зато после беспокойной ночи с привидениями и таинственными шагами стажёр Толик стал частенько захаживать к Татьяне и её бабушке. Анна Родионовна угощала паренька чаем с пирогами и рассказывала истории из своей жизни. Но Толика преимущественно интересовало то, что было связано со строительством замка – прародителем дома с привидениями в современном виде.

«Странный у вас дом, – рассуждал Толик, набив рот вкусностями Анны Родионовны, – Мало того, что по ночам здесь бесцеремонно разгуливают приведения, так еще и людям не спится. Я точно слышал, как открылась соседняя квартира, и из нее вышли двое. Кажется, это были мужчина и женщина. Они, явно были чем-то очень взволнованы». «Друг мой, Анатолий, – убеждала его умудренная опытом женщина, – Это тебе приснилось. Не было никаких шагов. Нет у нас никаких привидений, и все добрые люди по ночам спят. Ну, или почти все. Я вот, например, слышала ночью только твои шаги. Ты топал, как слон, разбудил старушку».

Но стажер полиции Анатолий был абсолютно убежден в том, что во время ночного дежурства в квартире Володиных он определенно слышал шаги, причем ходили и привидения, и люди. «Ужас! Сумасшедший дом какой-то! Когда пройдет зима и немного потеплеет, построю шалаш на месте бывшего оцепления и буду наблюдать. Что-то здесь не чисто! Поймаю охотников за привидениями и самих незваных представителей тонкого мира!» – мечтал немного наивный Толик. Более опытные сослуживцы подшучивали над пареньком, хотя и признавали то, что некоторая логика в его рассуждениях все же имелась. Ведь кто-то же открыл потайную дверь! И если тайного хода за этой дверью не было, то зачем её вообще нужно было устанавливать? И, самое главное, кто и для чего это сделал? Несмотря на сложность вопроса и неоднозначность ситуации, через несколько дней предварительного расследования у Анатолия все же нашлись единомышленники. Шуточки в отношении стажера Толика прекратились, что подняло самооценку впечатлительного паренька.

Татьяна Володина пришла к Павлу Игоревичу без предупреждения. Девушка знала о том, что за глаза майор Березин называл её внештатным сотрудником полиции и совсем не осуждал за излишнюю бдительность. Вот почему за помощью в собственном расследовании Татьяна решила обратиться именно к Павлу Березину. Несмотря на большую занятость, полицейский с интересом выслушал рассказ Татьяны. Леди-детектив изложила ему свой взгляд на события последней недели, а Павел Игоревич поделился с ней новой информацией по делу.

Оказалось, что муж Свирской Жанны Львовны, уехавшей в неизвестном направлении, нашел в кармане куртки супруги записку аналогичную той, что была подброшена в карман пальто Татьяны. «Получается, что я как-то связана с этой женщиной?! Но как? Я ведь её не знаю и, как мне кажется, никогда не видела!» – воскликнула начинающая сыщица. Полицейский вынул фотографию пропавшей женщины из ящика своего стола и протянул её Тане. «Ты уверена в том, что никогда не пересекалась с Жанной Свирской? – серьезно спросил майор, – Если записка с угрозами попала к тебе не случайно, то есть не вследствие технической ошибки «почтальона», то ты не можешь не знать гражданку Свирскую. Татьяна понимала то, что Павел Игоревич абсолютно прав, но как ни вглядывалась в фотографию пропавшей женщины, ничего не могла сообразить. Когда разговор зашел о месте обнаружения неизвестно для чего похищенных Николая и Виктории, полицейский по большому секрету сообщил о том, что в оцепленном районе лесопарка установлена камера видеонаблюдения. Майор Березин был уверен в том, что сотрудниками оперативного отдела полиции был обнаружен тайный ход. Только вот куда он вел и кому мог понадобиться спустя три столетия после его обустройства? Для опытного майора полиции в этом деле было слишком много непонятного.

По возвращении домой, Татьяна почувствовала себя совершенно уставшей и сбитой с толку. Наскоро подготовившись к практической работе по математическому анализу, так нелюбимому студентами из-за несносного преподавателя Владимирова, девушка с наслаждением улеглась в свою уютную постель. Забравшись под свое теплое пуховое одеяло, Татьяна даже не заметила, как заснула. Проснувшись ночью (или это был сон?), Татьяна вновь ощутила себя другой девушкой. Как и в первый раз, юная красавица была одета в платье образца XVI – XVII века. «Я – Гертруда, – подумала Таня, укладывая в тугой узел свои прекрасные светлые волосы, – Мой брат Адлар болен. Я обязательно должна его накормить куриным бульоном и следить за тем, чтобы он потреблял как можно больше жидкости».

Кажется, кризис миновал, но временами юношу все еще мучили судороги, и Гертруда практически не отходила от брата. Они остались совсем одни на всем белом свете. Дядюшка Михаэль не присутствовал на похоронах своих близких родственников. Брат Йозеф, его супруга Августа и их дочь Федерика были убитых адским зельем Михаэля. Более того, жестокосердный химик считал, что не выживет и его племянник Адлар. Смерть близких по крови людей была на его совести. Гертруда считала, что вероломный Михаэль, как ни в чем не бывало, отбывший в свой замок, никогда не испытывал родственных чувств ни к родному брату, ни к членам его семьи. Жестокий и чёрствый дядюшка не заслуживал жизни, тем более вечной. Своих бедных племянников он бросил на произвол судьбы. Гертруда видела безразличный взгляд дядюшки в день его отъезда. В нем не было ни капли раскаяния или, хотя бы сострадания. От Михаэля не последовало никаких соболезнований по поводу трагической кончины брата Йозефа, его бедных супруги Августы и дочери Федерики. Вытирая кружевным платочком горькие слезы, Гертруда подошла к огромному зеркалу, висевшему в гостиной. Глядя на себя глазами другой, появившейся из другой реальности девушки, Татьяна узнала в своем облике….

В облике таинственной незнакомки Таня Володина узнала Жанну Свирскую. «Этого не может быть! – вздрогнула Татьяна. В каком времени я нахожусь в текущий момент? Сейчас, по всей видимости, конец XVI – начало XVII века. А Свирская Жанна Львовна осталась в XXI веке. Она отбыла в неизвестном направлении, не сообщив о месте своего пребывания даже законному супругу! Но кого могла испугаться сильная и независимая женщина? А что, если Жанне кто-то угрожал? Знакома ли эта женщина со своим недоброжелателем?» – пыталась понять Татьяна. Она никак не могла успокоить мысли, вихрем кружащиеся в её голове. В этот момент Гертруда с серебряным подносом в руках вошла в комнату брата. Юноша с трудом приоткрыл глаза и поморщился. Слегка покачав головой, покоившейся на хорошо взбитых подушках, Адлар уставился в белоснежный потолок. Он совсем не мог смотреть на еду. Гертруда поставила перед братом поднос с бульоном в фарфоровой тарелке и начала кормить его с ложечки. Молодому человеку удалось немного поесть. Он проглотил всего лишь три ложечки горячего бульона, но это была настоящая победа. Девушка улыбнулась. Это произошло впервые после похорон близких для неё людей. Брат взглянул на Гертруду с благодарностью и какой-то особой нежностью. Однако он был еще очень слаб. Через несколько минут он то ли заснул, то ли впал в забытье. «Пусть поспит. Сон – это лучшее лекарство», – подумала Татьяна (или Гертруда?). Леди-детектив понимала, что скоро проснется и не хотела терять драгоценного времени. Схватив свечу в старинном подсвечнике, она ускоренным шагом проследовала в сторону подвала.