По Ту Сторону
Шрифт:
Стянуты Мышцы и Нервы,
Подняты Взоры и Выи, -
Тонут Безумцы и Жертвы
В Озере злой Тирании...
Я Верю В То
Я верю в то, что в Новую Эпоху
Умрёт столичный Гонор навсегда,
Что Град Войны, примазавшийся к Богу
Растает в Новых, Мирных Городах;
Что будет смыта Грязь Высокомерья,
И Недомерков Низость пропадёт,
И всем воздастся равно и по Вере,
Что Путь к Душе отравленной найдёт.
Я верю в Честь, что вырвется из Рабства,
Чтобы Бесчестье Выскочек унять,
В Паденье мерзкой вырожденной Касты,
Привыкшей грабить, стравливать и лгать;
В Биенье Новых, Истинных Курантов,
Что Время Воли Песней возвестит,
И в Торжество Духовности богатой,
И в то Сознанье, что опять взлетит.
Столичью - Смерть! Оно должны стать Прошлым -
Могилой Снов уродливых Химер:
Да будет всюду множественно, сложно -
Среди Единства лишь Весов и Мер!
Да будет Братство Личностей и Судеб
Среди Свободы славных Городов:
Я верю в то, что так в Итоге Будет -
Во Веки Кровью сдобренных Веков!..
Ницшеания
"Бог умер!" - произрёк Философ мрачный -
И Цепь Смертей отправилась вослед:
И Мир Гордынь умылся Бездной Плача,
Ловя Хвосты разбуженных Комет.
И Храм Ответов рухнул от Ударов
Вопросов мощных, вырвавшихся вверх, -
Но были живы в Хаосе Кошмара
И наготове Демоны для Всех.
Рожденье в Смерти Смысл истребило
Механицизм Бессмыслия создав:
В нём Царство Воли - что перебродила,
В нём Рабство Силы - в Запахе Отрав.
Идёт Борьба в Пустотах Оболочек, -
Чтоб Пустота наполненно жила, -
Всё удлинняя странное "Короче",
Всё отпуская в Темень Удила.
В Начала рухнув, стала Жизнь Конечной -
"Оригинальной" - Корни порубив,
И Мир Волков проснутля средь Овечек,
Что подражают - в собственной Крови.
"Бессмертья" ищут свергшие Бессмертье,
Стремятся к "Власти" Слуги чьих-то Слуг -
И стало Слово Громом Междометий,
Где вечным Сном почил забытый Дух...
Готическая Стильность
Стволы Камней, Лес Рук окаменевших,
Полёт застывший в Вечность из Земли, -
Органным Сердцем бьются эти Свечи,
Что в мощной Вере Чувства разожгли.
Лучей Сокрестья острыми Углами
Отвесно-ясно льются в Пустоту:
Пространство Рая чертится сквозь Храмы -
Пространства Душ читая на Свету.
Плывут Морями Музыки Страданий
Безмолвно внешне грозные Суда:
В Сплетеньях Роз - Сплетенья ясных Граней
Стеклом рисуют Слово "Чистота".
Его Оттенки в Бликах преломлённых
Скользят по Полу с Таинством Могил:
Как-будто жаждет Светоча Бездонность,
Как-будто Голос Души возродил.
Гигантский Сумрак Взоры направляет
На Точки Окон, в Своды, в Никуда,
Из Алтарей Мадонны воспаряют,
И льётся Кровь, и Слёзы, и Беда.
Застыли Длани, сложенные вместе, -
Ладонь к Ладони, Символ к Бытию, -
Поют Хорал грегорианской Мессы
О том, что Духи Ангелам поют.
Закончен Рост Строительства-Влеченья,
И стала Тайна замыслом Одним,
И Веры Смысл к Источнику Движенья
Ушёл в Мечту космических Теснин.
Плетенье Шпилей Точки заострило,
Игра Деталей Очи отвела,
Сознанье Славу Временем размыло -
Рисуя Мир отныне из Числа...
Клубок Постоянства
Клубок Судьбы Мгновения несёт,
Святой Намёк Мгновения швыряет:
Где Исполненья Сила не живёт,
Там Своеволье Разум изгоняет.
Летит по Праху лёгким Забытьём
Пустая Грёза Горя Мирового:
Остереженье Суетности Днём,
Питанье Искры Тления Ночного.
Сознанье-Время пробует во Сне
Касаньем лёгким нужное Пространство:
Ласкают Землю Призраки Теней,
Неся с собой слепое Постоянство...
Дунь-Хуан
Будды в Пыли золотой,
Музыка знойных Ветров,
Смерти унылый Покой
Уголь забытых Костров.
Лёсса пологий Провал,
Мудрые Гнёзда Пещер,
Путника тайный Привал,
время в своём Неглиже.
Образы, Лики, Цвета,
Цель Медитаций во Тьме,
Вера - как-будто Вода:
Грёза о вечной Весне.
Внешних Проекций Ряды
Прячут внутри Двойников:
Мягкие Камни Святых
Дышат Куреньем Веков...
Стезя Своя
Себе я не принадлежу...
Когда бы думать мог о Счастье
Духовно в странную Межу
Не упирался в одночасье:
Не ощущал бы Горечь Ран,
Что мне Шипы её наносят,
Не ощущал бы чей-то План -
И свои Планы под Вопросом;
Смотрел бы в Прошлое, шутя,
И ждал бы Будущего сытым,
Себя-любимого щадя,
Пыхтел Дорогою избитой;
Травой питаясь, Шерсть растя,
Плодя Навоз и тихо блея...
Но у меня - Стезя Своя.
И я сойти с неё не смею...
Маяк
Моря разбиваются в Пыль,
Маяк погружается в Шторм:
Огонь среди мертвенных Миль,
Трубящих в неистовый Горн.
Звездою глядит ледяной
Сквозь стылый разреженный Мрак:
Мистической стянут Стеной,
Над Гибелью светит Маяк!
Он - Память о чьих-то Костях, -
и Слёз бесконечный Прибой,
Проклятие с Пеной неся,
Поёт ему Бранью слепой.
У Мыса Легенда своя, -
И он из Легенды растёт,
Где Молнии злая Змея
Взрывает глухой Небосвод...
Надежда бессильная в нём,
Когда всё кругом супротив:
Построенный сумрачным Днём,