По учетам мура не проходят
Шрифт:
– Ну что?
– спросили мы.
– Облом!
– ответил он, подняв на нас глаза.
– В общем, так: машины нет. Они под Смоленском попали в аварию. Врезались в пассажирский автобус. Причем в пятидесяти метрах от поста ГАИ.
– Как среагировали гаишники?
– спросил Сергеев.
– Никак, - ответил Ховрин.
– Короче, Удав сказал, чтобы я не волновался. Через пару-тройку дней машина будет. Что будем делать? Сидеть в Минске и ждать?
– Нет, - ответил я.
– Возвратимся в Москву.
Мы приземлились в Москве в ту самую минуту, когда в отделение милиции "Хамовники" вошел бледный худой человек с красными глазами. От него несло водкой. Он покачивался. Его лицо украшали синяки и ссадины. Его легкая куртка и светлые брюки были вывожены в грязи. Он подошел к дежурному и произнес:
– Скажите, к кому обратиться? На меня вчера напали неизвестные в милицейской форме и отобрали машину.
– А почему пришли сегодня?
– удивился дежурный.
– Меня всю ночь держали в лесу.
Это была девятая жертва. Нападение на него ничем не отличалось от предыдущих. Его так же, как и прочих, остановил нехилого вида инспектор с погонами капитана в тихом Озерковском переулке, сделал под козырек и потребовал документы. Затем велел следовать в милицейскую машину. Там водителю закрутили руки, надели на голову шапку и отвезли в лес, где приковали спиной к березе. Словом, никаких новых фактов, если не считать, что он краем глаза зацепил одного из нападавших. Плотный, накачанный парень выше среднего роста, лет тридцати, с густыми, коротко стриженными волосами. Это был не Толян, не Пименов, не Раевский, не Сманюк и не тот тип в очках, которого мы видели в аэропорту.
Буквально на следующий день заработал телефон Толяна:
– Алле, Серега!
– Наконец до тебя дозвонился. Ты где?
– Уж еду!
– Давай быстрей. А то я это, как его, зацепился за одного - слаще, чем вчерашний. Я стою на втором кольце, на валу. Сейчас Андрюха выскочит. Ты где сейчас?
– Еду по Щелковской. Вот уже въезжаю в Москву.
– Тогда до связи! Я тебе позвоню, если чего наклюнется. Долго не болтай по телефону!
– Интересно, - произнес Вовка, - появляются новые действующие лица, Андрей Михайлович: Серега и Андрюха!
Сразу же после этого, как бы в подтверждение, мы снова услышали голос Толяна:
– Андрюха, ты скоро там?
– Еще минут десять-пятнадцать. Ты где сейчас находишься?
– Нигде! Я от него отцепился. На хрен нужно. В него сейчас трое сели. Я думал, он один. А он просто ждал там. Ну ты когда освободишься, позвони Пятаку: 766-03-13.
– Еще один, - прокомментировал Вовка.
– Пятак! Интересная кличка. Скорее всего, какой-нибудь Пятаков. И телефончик этого Пятака у нас появился. Спасибо тебе, Толян, что ты такой общительный.
А Толян в это время продолжал диалог с Андрюхой:
– Все! Давай! Я щас может одного кого зацеплю. А вы давайте быстрей там. Все. До связи!
Это была похоже на прекрасный сон. После стольких месяцев неведения информация повалила косяком. Седьмой член банды - Пятак. Более того, нам обломился его телефон. Не успели мы записать его, как снова раздался звонок:
– Алле, Серый, ну ты где?
– А ты где?
– На набережной.
– На какой?
– На Яузе.
– Ну давай езжай до конца набережной и встретимся. Знаешь где? Железнодорожный мост упирается в "Золотое руно". Я буду ждать в конце моста.
Следом снова звонок. На этот раз от Андрюхи. Мы уже стали различать голоса.
– Ну все, я подъезжаю.
– Позвонил Пятаку?
– Позвонил! Он сейчас тоже выезжает. Но я еще не переоделся.
– Успеешь переодеться. Давай подъезжай.
– Ну давай, я сейчас к "Золотому руну" подкатываю. Мы переоденемся там, у паровоза.
– Ну давай!
– Я так понимаю, он собирается переодеваться в милицейскую форму? Значит, Андрюха - третий работник милиции?
– Или бандит, - сказал Борис.
Однако меня в данную минуту занимала другая проблема. Посылать к "Золотому руну" группу наружного наблюдения? Но что-то мне подсказывало, что они там долго не пробудут. И точно. Снова включился телефон Толяна и послышался его взволнованный голос:
– Ты далеко на набережной?
– Да нет! Где-то посередине. Да вот, это самое, Бауманская, складик тут наш неподалеку.
– Серега! Там к тебе сейчас джип пошел.
– По набережной?
– Да, по набережной! Хотя ладно, хрен с ним! Я не поеду. Он вроде толстоват. Я хотел поехать. Ладно, давай! Но он по мосту едет. Ты его увидишь. Серебристый такой. Видишь?
– Еще нет!
– Ладно, хрен с ним!
По всей видимости, началась охота. Мы ловили каждое слово.
– Алле, Андрюха!
– снова раздалось в эфире.
– Позвони, когда будешь готовый. Здесь прямо кишит, - произнес Толян.
– Да вот уже кольчугу надеваем, - ответил Андрюха.
– Давайте быстрей! Как оденетесь - позвоните. Я скажу, в каком направлении ехать. В общем, в центр.
– Я понял, мы здесь, рядышком с центром.
– Ладно. Давай!
Через минуту звонок на мобильный Толяна:
– Ну чё, мы оделись. Едем, - сообщил Андрюха.
– Вы где уже?
– Вот идем по кольцу. Проезжаем к "Распутину".
– Давай, давай! Мы гоним. Если чё, звони на Серегин телефон. У меня батарейка села.
– Да и мне не звоните тоже: у меня сто долларов только осталось. Звоните на Димкин.
Мы встрепенулись. Ну вот, восьмой член банды. Дима. Судя по всему, он в одной машине с Андрюхой. В это время снова раздался звонок:
– Алле! Ну чё? Вы уже на мосту?
– Да, на мосту.
– Какой цвет-то?
– Стальной!
– Очень хорошо. Сейчас будем принимать.
– Ты знаешь, Серега говорит: чистый х..! А я говорю, не лежит у меня к нему душа, - звучал в эфире голос Толяна.
– Может не выйти, да?
– Да, из машины может не выйти. Боюсь, что может послать. Еврей же, ё. .... мать!
– Ладно попробуем! Не сойдет так не сойдет. Не выйдет так не выйдет. Плевать! Поехали! Не клади трубу. Проезжаем это место сраное.
– Я не кладу. Куда он едет?