Чтение онлайн

…Мог ли я тогда думать, что это поручение партии будет началом моей военной деятельности и навсегда свяжет меня с родной Красной Армией?» {8}

В Уфе к самарцам присоединилось еще 400 красногвардейцев. До Златоуста следовали почти беспрепятственно, но едва перевалили в Азию - на станциях появились казаки. Выручила отряд сметка комиссара. Он загодя распорядился вывести на вагонах надписи «Демобилизованные» и проинструктировал боевиков, как им разыгрывать эти роли. По тому же сценарию начальник эшелона Владимир Константинович Садлуцкий стал артиллерийским капитаном. Его офицерские погоны действовали на вахмистров и хорунжих убедительнее всяких словесных разъяснений.

Перехитрив и на станции Шершни казаков, «демобилизованные» получили разрешение ехать дальше, но с условием, что в Челябинск они проследуют без остановки. Однако стрелки там сработали по-иному, и эшелон остановился в одном из дальних тупиков.

Посланцев Самарского ревкома радушно встретили представители Челябинского Совета рабочих и солдатских депутатов. Они ознакомили командира и комиссара прибывшего отряда с обстановкой, сложившейся в осажденном городе, сообщили, что деятельность Совета нарушена, у власти опять городская дума, но это только номинально, поскольку Красной гвардии удалось сохранить [24] оружие, не утрачена и поддержка большинства солдат гарнизона.

Разместив бойцов, Садлуцкий и Блюхер сразу же взялись за организацию дел по усилению обороны города. На окраинах выставили сильные сторожевые заставы, а на Троицком, наиболее угрожаемом направлении, заняла огневые позиции артиллерийская батарея.

На это и ушел весь короткий ноябрьский день. В шестом часу вечера комиссар отряда направился в Народный дом {9}, на объединенное собрание Совета рабочих и солдатских депутатов, полковых и ротных комитетов, центрального бюро профессиональных союзов, районного железнодорожного комитета с участием представителей Самарского ревкома, Уфимского, Златоустовского, Курганского и Троицкого Советов.

Председательствующий объявил о переходе власти в городе Челябинске и его окрестностях в руки Совета рабочих и солдатских депутатов.

Эсеро- меньшевистский комитет «Спасение родины и революции» и городская дума были распущены. Тогда же, 20 ноября 1917 года, решился вопрос о создании в Челябинске, по примеру самарских большевиков, военно-революционного комитета. Председателем его избрали А. П. Галактионова, заместителем -Е. Л. Васенко. Отец вошел в состав комитета от Сводного Самаро-Сызранско-Уфимского отряда. Вскоре А. П. Галактионова отозвали из Челябинска в Самару и обязанности председателя ревкома члены комитета возложили на В. К. Блюхера.

* * *

Новая наша остановка у другого старинного здания, что в центре города, на углу улиц Кирова и Карла Маркса. На его фасаде мозаичное панно с портретом полководца, а рядом мемориальная доска с текстом такого содержания:

«В этом доме в 1917-1918 гг. работал Блюхер Василий Константинович. Герой гражданской войны, советский полководец. Маршал Советского Союза. Главнокомандующий Южно-Уральской партизанской армией в 1918 г. Первым в стране награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды. В Челябинске был председателем [25] ревкома и начальником штаба вооруженных сил Челябинского района.

Вечная слава герою!»

Еще до этой поездки, в годы, когда здравствовали многие ветераны борьбы за установление и упрочение Советской власти в Челябинске, я собрал немало интереснейших сведений о том, как действовал в начальный период военно-революционный комитет города во главе с В. К. Блюхером.

Особую ценность, считаю, представляют рассказы о той горячей и трудной поре младшего брата В. К. Садлуцкого - Сергея Константиновича и члена партии с мая 1917 года Михаила Дмитриевича Голубых. С их помощью я попытаюсь воссоздать хотя бы некоторые эпизоды, раскрывающие характер работы отца на посту председателя Челябинского ревкома.

Прибытие в город красногвардейцев из Самары отвело от него угрозу вторжения казаков, а когда в Челябинск вступили и крупные рабочие отряды из Екатеринбурга и Перми, контрреволюционеры поспешно сняли осаду и откатились на юг, к Троицку. Тут легко было поддаться благодушию, беспечности, но ревком остался на высоте. Одним из первых своих приказов он объявил о создании «для предотвращения могущих быть выступлений контрреволюционного характера» штаба главноначальствующего всеми вооруженными силами города. Главноначальствующим стал В. К. Садлуцкий, Блюхер - председателем ревкома и начальником штаба вооруженных сил Челябинского района {10}. Этим было обеспечено единое и твердое руководство разноликими красногвардейскими и рабочими отрядами, собравшимися в городе из многих мест Урала и Поволжья.

Нельзя было мириться с тем, что командный состав 109-го и 163-го запасных полков, находясь под воздействием вражеской пропаганды, заискивал перед казачьими атаманами.

Предревкома решительно пошел на замену командиров полков людьми, преданными делу революции. Побывал у солдат, разузнал, кто из большевиков-армейцев пользуется у них наибольшим авторитетом. Выявив достойных, заручился поддержкой городского партийного [26] комитета и лишь после этого поставил перед главноначальствующим вопрос о смене командиров полков.

Садлуцкий, узнав имена кандидатов на командирские посты, запротестовал:

–  Да этак вы под корень полки подрубите. Кого выдвигаете - солдата, прапорщика! Просто немыслимо…

–  Они - большевики, и это главное!
– ответил начштаба.
– Да и на вас много надеюсь. Верю, в делах быстро подкуете каждого. Так что вызывайте сегодня же товарищей на беседу.

А теперь слово одному из непосредственных участников того события, бывшему прапорщику М. Д. Голубых, В своих воспоминаниях Михаил Дмитриевич писал:

«Я и солдат-большевик Николай Иванов получили вызов к Садлуцкому. Приходим, докладываем… Садлуцкий высок. Одет в добротный офицерский френч. Открытые, ясные глаза.

–  Вызывал я, а говорить будете с комиссаром Блюхером.

–  Здравствуйте. Садитесь, товарищи, - пригласил тот, выходя к нам из-за письменного стола у другой стены.

Присматриваюсь к Блюхеру. Передо мной красивый мужчина лет двадцати семи-восьми. Четкий, резкий профиль, темно-русые волосы. Приятен голос - какой-то свежий, чистый.

–  Какую занимаете должность?
– спросил меня.

–  Командую маршевой ротой.

–  Получили боевой опыт?

–  Нет. На фронте не был.

Блюхер угощает папиросами. Аппетитно закуривает сам,

–  А что за человек командир вашего 163-го полка?

–  Бездельник. Пьянчуга. А по убеждениям - и богу свечку поставит, и черта не обидит.

–  А командир 109-го? Может, он лучше?

–  Что вы! Махровый монархист.

–  Так. А если вас порекомендуем избрать на его место?
– на лице Блюхера пытливая улыбка.