По воле рока
Шрифт:
– Нас кто-нибудь увидит.
– запротестовала она, когда он прижал ее тело к перилам.
– Мы на верхнем этаже. Никто нас не увидит.
Он прижался к ее спине и вошел сзади. Он целовал ее шею, гладил идеальную грудь, плоский живот, ноги. Они смотрели на заходящее солнце, и двигались в такт набегающих на берег волн. Наступили сумерки, когда она испытала следующий по счету оргазм.
– Еще один?
– прошептала она, почти без сил.
– Ага, давай в джакузи, будет хорошо, и ты не замерзнешь.
– Он радовался, что подумал его включить перед ее приездом.
Они сели в горячую ванну, она опустилась к нему на колени, лицом к нему. В этой позе его член почти болел и он не был уверен, что вообще сможет кончить. Неизвестно откуда у нее открылось второе дыхание, и она поскакала на нем, сжимая его и расслабляя. В этот раз он позволил себе прочувствовать ее. Не отгонять наступающий оргазм, хорошо лишь слегка.
– Детка, ты уже близко?
– спросил он, стараясь не сводить с нее глаз.
Она неразборчиво стонала, ее кожа была влажной и распаренной, при каждом движении брызги летели во все стороны.
– Да, я снова скоро кончу.
– она закусила губу и покрутила бедрами. Его член дернулся от набухшей головки до основания.
– Хорошо, ох, как хорошо.
– Его оргазм был неожиданным, он излился в нее как извергшийся вулкан. Ее тело принимало его, спазмы усилились, удовольствие накрывало. Он перестал дышать, изливаясь в нее, ослепленный от блаженства.
– Джессика. О боже, Джессика!
– Он не мог дышать. Только продолжал кончать и кончать. Даже после того, как он перестал изливаться, мышцы у основания члена продолжали сжиматься. Он схватил ее за попку и опустил ее ниже, рыча, то ли от наслаждения, то ли от агонии. Когда он успокоился, он сделал глубокий вдох-выдох и откинулся на стенку ванной.
– Ты успела кончить?
– спросил он. Он был так увлечен своим удовольствием, что совсем забыл про нее.
– Сед, мне и девяти оргазмов было достаточно.
– пробормотала она, отдыхая у него на груди.
Он обнял ее и прижал одной рукой к себе, а другой - закрывая свои глаза.
– Ладно, но в следующий раз дождемся десятого.
– Ага, в следующий раз.
– Ее пальцы ласкали его ребра, как раз над уровнем воды. Она поцеловала его ключицу. Если бы она не была так вымотана как он, то просто поцеловала его в губы и все. Они долго сидели, не двигаясь, просто отдыхая в горячей воде, восстанавливая силы.
– Детка, ты по мне соскучилась? Ты поэтому звонила и умоляла приютить тебя?
– сказал он. Его мозг совсем не соображал.
Джессика дернулась, встала с его колен, вылезая из ванной.
Он открыл глаза, глядя на нее.
– Джесс, ты куда?
Если бы взглядом можно было убить, то Сед сейчас бы лежал замертво.
– Я не звонила и не умоляла приютить меня.
– выпалила она.
Ее влажная кожа просто умоляла о прикосновении, когда она вышла из ванной и пошла сквозь стеклянные двери в квартиру. Он громко выдохнул и заставил себя подняться, даже не желая вытираться. Он не это имел в виду. Он когда-нибудь научится говорить ей правильные слова? Он, правда, не знал, как это сделать и эта трудность сводила его с ума.
Сед вернулся в дом. Когда он нашел ее в спальне, она была почти одетой. Ее одежда прилипла к ее мокрому телу, но ее это не волновало.
– Джесс, не уходи. Я не думал, что ты, и правда, умоляла. Я не правильно выразился. Я рад, что ты здесь.
– Он должен уговорить ее остаться. Чего бы этого не стоило. Ни за что он не позволит ей уйти дважды за один день.
– Я возвращаюсь в дом матери.
– Она обула сандалии и закинула сумку на плечо.
– Ты предпочтешь остаться с Эдом, а не со мной?
– Он не мог поверить, что она готова жить под одной крыше со своим ублюдком отчимом.
Кровь отхлынула от ее лица, и она закрыла рот рукой.
– Не делай этого, - сказала она.
– Не заставляй меня чувствовать себя тут как в ловушке.
Если это поможет, он так и сделает.
– Твоя мать все еще замужем за этим мужиком?
Джессика кивнула, ее сумка соскользнула с плеча.
– Могу поклясться, пока тебя нет, он голый залазит в твою постель. Трется о твои простыни. Трахает твою подушку. Дрочит, думая о тебе и кончает прямо на матрас.
– Заткнись!
– Наслаждайся воссоединением со своей родней!
– он ушел в ванну за полотенцем.
Она пошла за ним.
– Ты такой придурок. Ты готов на все, чтобы добиться своего, да?
– Я не понимаю, почему ты уходишь. Я же сказал, что неправильно выразился. Но если хочешь, то уходи.
– Он не знал, что будет делать, если она уйдет. Злость затмила его разум, и он продолжил: - Я уверен, что найду того, кто сможет меня развлечь, пока мы не вернемся в турне.
– Иногда ложь может сработать, и он должен переубедить ее.
– И ты знаешь, твоя мать и Эд будут счастливы тебя видеть.
Ее сумка упала на пол. Она выглядела так, будто он дал ей пощечину.
– Я останусь, но буду спать в комнате для гостей, и как только Мирна мне заплатит, я отдам тебе деньги за аренду.
Он победил.
– Джессика, мне не нужны твои деньги. Можешь мне отсасывать дважды в день в качестве оплаты.
Он потянулся к ней, но она отступила на шаг. Ее брови нахмурились, ноздри раздувались от злости.
– Только я думала, что ты не самый большой ублюдок на земле, ты тут же открываешь свой рот.
Черт. Он что опять сказал, что-то не то?
Глава 25
Сед пожал Эрику руку и похлопал по плечу.
– Ну что, принес?
– Ага, - Эрик протянул Седу огромную кипу листов, исписанных гитарной музыкой. Музыкой, которую Брайан сочинил, занимаясь любовью с Мирной. Количество превышало необходимое. А качество? Качество- как всегда идеальное.
– Офигенно, - сказал Сед.
– Кстати, я пригласил Джейса.
Эрик закатил глаза.
– Зачем?
– А затем, что он наш басист.
– Сед шел по квартире, неся подмышкой кипу бумаг, провожая Эрика внутрь.
– Он уже ждет в студии.
– Если он будет меня раздражать, отправим его домой. Я не могу писать музыку, когда я на взводе.
– Он не будет тебя раздражать. Так, слегка побесит и все.
Эрик зашел за Седом в огромную комнату, которую он переделал под студию звукозаписи. Сегодня они впервые ее воспользуются по назначению.
– Пиво есть?
– спросил Эрик.