По воле рока
Шрифт:
Джессика закатила глаза. Сколько раз ей еще придется выслушивать все это? Тысячу? Миллион?
– До свидания, мама.
– Береги себя.
– тихо ответила та.
Джессика закончила разговор и вернула телефон Седу.
Он обнял ее.
– Мне жаль, что тебе не вернули стипендию.
– Как раз-то и вернули. Но мне нужно самой заплатить за один курс лекций.
– Вернули?
– Он убрал руки и посмотрел на нее.
– Тогда почему ты не прыгаешь от радости?
Она пожала плечами. Семестр начинается через пару недель, и ее время с Седом подходило к концу. Да и исследования Мирны тоже. Она вернется в Канзас-Сити, будет читать лекции. У Джессики не было повода оставаться здесь, за исключением ее чувств к Седу.
– Я тебя люблю.
– прошептала она сквозь ком в горле.
Он улыбнулся, показывая всему миру свои ямочки на щеках.
– Я тоже тебя люблю.
Она поцеловала его, стараясь позабыть все мысли и тревоги, хотя бы на пару часов. Сед все понял, взял ее за руку и повел в спальню.
Глава 37
Джессика стояла и кусала губу, когда она и Мирна ждали возле раздевалок, когда парни выйдут на сцену в Далласе, в Техасе. Мирна больше не проводила опросы, поэтому в последнюю неделю она смотрела за выступлениями. Завтра Мирна вернется в Канзас-Сити, а послезавтра… Джессика не хотела об этом думать.
– Тебя что-то беспокоит?
– спросила Мирна.
Джессика подняла на нее глаза.
– Не хочу, чтобы лето заканчивалось.
Мирна понимающе кивнула.
– Мне знакомо это чувство. Но не переживай, Сед будет приезжать к тебе каждый раз, когда у них будет перерыв между гастролями.
– Ага, раз в пару месяцев.
Мирна свела брови.
– Согласна, отстой полный. Мне нужно уже думать о новом отпуске.
– Прекрасно тебя понимаю.
– Тебя только это беспокоит?
Джессика пожала плечами.
– Раньше я радовалась, когда начинался семестр. Но сейчас, я даже не уверена, что хочу быть юристом.
– Если честно, мне сложно представить тебя юристом. Ты такая… - Мирна на секунду задумалась.
– …хорошая.
– А разве плохо быть хорошим юристом?
– Нет, конечно. Просто ты не подходишь под стереотип жадной и продажной.
– Знаешь, я начала бороться со стереотипом, с того момента, как у меня выросла грудь. Никто меня не воспринимает серьезно. Все думают, я… - Она даже не знала, как толком все объяснить. Мужчины хотели ее. Женщины ненавидели с первого взгляда.
– Слишком сексуальная.
Джессика опять пожала плечами.
– Ага, именно так. Ты думаешь это из-за моей одежды или что-то еще?
– Джесс, большую часть времени ты была в трико да шлепках. Дело вовсе не в твоей одежде. Ты просто выглядишь сексуально. Твое тело, лицо. То, как ты себя подаешь. Но тебе не стоит этого стыдиться. Женщины тратят тысячи долларов на пластических хирургов, а у тебя все от природы.
– Я не стыжусь, я просто устала от такого отношения. Я думала, что став юристом, смогу заслужить хоть капельку уважения.
– Ты поэтому захотела стать юристом? Дорогая, работа юристом как раз менее уважаемая.
– Уважение - это только малая часть. Я, правда, хотела помогать людям. Защищать их от проблем.
Мирна усмехнулась.
– Ты такая же, как Сед, как я этого раньше не заметила.
Джессика удивилась.
– Правда? Я раньше не замечала.
– Много других профессий, помогающих людям. Никто не говорит, что ты должна быть юристом. Ты спокойно можешь передумать.
Неожиданно, у Джессики, словно камень с души упал. Они и не подозревала, как сильно ее гложет возвращение в университет.
– Думаешь?
– А почему нет?
И правда, почему бы и не передумать.
– Парни через пару минут выйдут на сцену, ты готова?
Джессика улыбнулась Мирне и кивнула. Одна мысль о Седе на сцене вызывала трепет в душе. Особенно сейчас, когда она решила остаться с ним. Он будет в восторге. Будет?
Глава 38
Джессика не знала, как рассказать Седу, что она бросает учебу. И она не знает, как он на это отреагирует. Она надеялась, он поймет ее причины, а не расценит это, как трусость или отказ от своей мечты. Просто теперь у нее другая мечта. Она любит его. И она не готова оставить его после такого долгого и мучительного расставания. Сейчас у нее было все, о чем она мечтала.
Автобус остановился у самого входа в аэропорт. Сед открыл дверь спальни. Джессика сделала глубокий вдох.
– Ты все собрала?
– Я не поеду.
– Что?
Она встала с постели, на которой валялись ее вещи и не собранный чемодан. Она обняла его и посмотрела в его уставшие глаза. Он плохо спал последние несколько ночей. Она часто находила его одного, сидящего за столом в темноте, с бутылкой пива.
– Я не вернусь в университет. Я больше не хочу учиться на юриста. Я хочу остаться с тобой до конца тура, а потом…
– Нет.
– твердо ответил он. Он убрал ее руки и оттолкнул от себя.
Она застыла, его слова резанули прямо по сердцу. Он просто не понял, что она хотела сказать. Она должна все ему объяснить.
– Ты позволишь мне договорить?
– Джессика, мы так не договаривались. Мы же решили, ты будешь со мной до конца лета, а потом уедешь.
Договаривались? Уедешь? Но…
– Я тебе больше не нужна?
– ее голос дрожал, выдавая ее эмоции.
– Игра окончена. Джессика, возвращайся на учебу.
Закончена?
Нет. Она так не думает. Не может. Нет. Он… Он же…
– Я не хочу возвращаться на учебу. Сед, может, ты меня для начала выслушаешь?
– Слезы застелили ей глаза. Дурацкие слезы. Но на Седа они никогда не действовали. Она знала, как сильно они его бесили. Она быстро вытерла лицо.
– Сед, пожалуйста, выслушай меня.
Сед начал скидывать ее вещи в открытый чемодан.
– Нет, и не хочу ничего слышать. Ты не струсишь. Ты вернешься.
– Ты не понимаешь. Я не поэтому…
Он захлопнул ее чемодан и подтолкнул к ней
– Прощай.
– Я еще не договорила, - она пнула чемодан, ноздри раздувались, глаза горели яростью.
– Зато я закончил. Пошла вон!
– Сед! Ты не понимаешь! Выслушай меня!
– не зная, что делать она ударила его по плечу.
– Выслушай!
Он поднял ее чемодан, взял ее руку и пошел в сторону выхода. Он выкинул ее чемодан за дверь. Тот раскрылся, и вещи Джессики разлетелись по тротуару возле аэропорта.
– Сед, не надо…