По воле Тьмы
Шрифт:
– Что же ты, продолжай. Все так. Я – лишь безликая тень, ночной кошмар, которым пугают детей. Ты прав, фавн. И так было всегда… Но знаешь, ты прав. Мне нужна оболочка. Мне нужно тело.
И огонь вспыхнул, получив целую охапку сухих веток.
Эпизод пятый.
– Не помешаю?
Аврора чуть обернулась на голос. «Конечно нет, нисколько. Ведь эти места в уютной кофейне как раз для таких одиночек, как мы». Она смерила незнакомца взглядом и не ответила.
Стойка у окна… Что может быть циничнее, чем предлагать посетителям, и так отказавшимся от общества по известным только им причинам, садиться лицом к холодному окну и невольно следить за бегущими по стеклу каплями дождя, провожать взглядом опавшие листья, щуриться от яркого летнего солнца – и не видеть ничего в этом свете. А за спиной, там, в основном зале за столиками смеются парочки и группы друзей, верящих в то, что они смогли найти друг друга в этой толпе, а друг в друге – что-то особенное. Эти места для тех, кто ищет уединения в переполненном людьми мире.
Молодой человек, присевший рядом и пытавшийся нарушить ее уединение, вскоре должен был исчезнуть – так же внезапно, как и появился. Она была полностью в этом уверена. Если его не замечать – его не станет.
– Не возражаете?
Аврора безразлично пожала плечом – да в общем-то, нет.
Он присел рядом, плюхнул на стол перед собой толстую папку, поставил стаканчик с кофе, потом переложил папку на стоящий рядом стул, пододвинул кофе к себе и обхватил стаканчик обеими руками, словно желая согреть пальцы, при этом задел папку, та соскользнула со стула, упала на пол, и из нее посыпались один за другим листы с какими-то рисунками и чертежами. Такая неловкость ничуть не смутила его. Он собрал содержимое папки, снова сел рядом с Авророй и протянул ей руку:
– Александр.
Аврора краем глаза посмотрела на его открытую ладонь и не ответила, снова устремив взгляд за окно. Дождь только что перестал, и солнце играло лучами на мокром асфальте и влажной листве, разбрасывая вокруг искры света.
– Тоже не любишь людей? – неожиданно спросил он.
– С чего ты взял? – не оборачиваясь к нему, отозвалась Аврора. И когда они успели перейти на ты?
– Это понятно по твоему взгляду.
– И что не так с моим взглядом? – она продолжала изучать улицу сквозь искрящееся стекло.
– Ты ждешь, когда я оставлю тебя в покое.
Она снова безразлично дернула плечом.
– Я просто хотел познакомиться, – сообщил Александр. – Я первый день в этом городе, никого не знаю. Думал вот…
Аврора повернулась в его сторону и внимательно посмотрела на него. Он начинал раздражать ее своим настойчивым присутствием.
– Послушай… У меня нет ни малейшего желания знакомиться. Оставь меня, пожалуйста, в покое. Поищи себе стул где-нибудь в другом месте.
На этот раз уже Алекс пожал плечами, однако не сдвинулся с места, а лишь достал смартфон и принялся что-то искать в нем, попивая свой кофе. Аврора открыла ноутбук и погрузилась в работу: до вечера она успеет написать еще пару городских легенд.
Когда Аврора вышла из кафе, на улице уже зажглись фонари, а Алекс все продолжал сидеть у окна, что-то тщательно вырисовывая в своем скетчбуке.
Эпизод шестой.
Аврора проскользнула в темную прихожую своей квартиры, сразу же включила одной рукой свет и захлопнула дверь за своей спиной. Затем огляделась. Она не боялась темноты, но предпочитала не видеть темные тени и пугающие силуэты, которые постоянно мерещились ей в такое время.
Она прошла в кухню мимо плохо освещенной уличным светом комнаты и… вдруг оторопела. Дав задний ход, она краем глаза заглянула в дверной проем и… в кресле, стоявшем у окна, она увидела темный мужской силуэт. Она замерла, всматриваясь в сидящую тень – вдруг ей это только показалось? – и в этот момент фигура опустила руки на подлокотники и положила ногу на ногу. Аврора бросилась к выключателю, судорожным движением нажала заветную клавишу – свет не включился. Продолжая настойчиво щелкать выключателем и прижимая к груди бумажный пакет с купленными для ужина продуктами, она, не отрывая глаз, следила за тем, как силуэт поднялся и медленно направился через комнату по направлению к ней. Аврора больше не пыталась победить предавшую ее систему освещения. Она просто наблюдала за тем, как это нечто медленно приближалось к ней, и все крепче прижимала к себе пакет с продуктами, будто опасаясь, что эта огромная тень могла оставить ее без ужина. Удивительно, но за какие-то пару минут Аврора полностью приняла неизбежность контакта с неизвестностью и смирилась с ней.
Он стоял уже перед ней, совсем рядом, и ей даже казалось, что она слышит его дыхание. Дыхание?.. Это существо способно дышать? Аврора закрыла глаза, а когда снова открыла их, в освещенной приглушенным электрическим светом комнате кроме нее никого не было.
Эпизод седьмой.
«У Кетара была вера. У Пратта была идея. У меня была ты. Когда-то очень давно. И я потерял тебя. Правы были эльфы, любовь делает нас слабыми».
Он медленно шел по ночной аллее, сбивая носы своих ботинок о неровные камни, которыми была вымощена дорожка. Он свернул с главной аллеи и направился вглубь парка, к небольшому пруду. Ночь была темная, беззвездная. Бледная луна нечетким силуэтом время от времени мелькала между размазанными по небу облаками. Он остановился у кромки воды и посмотрел на темную поверхность пруда. Легкий ветерок рисовал прохладную рябь на воде. Он поднял глаза к небу. «Какая далекая, какая высокая луна. Луна давала ей жизнь, давала ей силы. Здесь же луна не способна даже осветить землю».
Он побрел дальше, все углубляясь во тьму и тишину парка. Начиналась гроза. Где-то вдалеке небо освещалось вспышками молнии, над головой трещали запоздалые раскаты грома. На его лицо упала первая крупная капля дождя. Затем еще одна упала на его плечо, за ней еще одна, и еще, и вдруг дождь обрушился на землю плотной шумной стеной, и он медленно растворился в этом ливне.
Эпизод восьмой.
Авроре часто снился один и тот же сон: будто она идет по огромному зеленому лугу, освещенному серебристым светом луны, и кто-то очень большой идет рядом с ней, держа ее за руку. То тут, то там из травы выглядывают яркие светящиеся синие и сиреневые цветы, порхают ночные мотыльки… или это сказочные феи?.. Они подходят к кромке воды – перед ними озеро, воды его черные и неподвижные, и в них отражаются звезды – все небо, вся Вселенная. Кто-то большой сильнее сжимает ее руку, и они входят в воду. Некоторое время они идут по гладкому, ровному дну, как вдруг оно исчезает под их ногами, и они проваливаются, опрокидываются в черную воду, и озеро поглощает их. Ее начинает уносить течением. Ее спутник пытается поймать, удержать ее, но внезапный водоворот вырывает ее из его рук и уносит прочь, оглушает ее, затягивает вглубь, вода попадает в ее нос, рот, легкие – и она просыпается. Она просыпается в этом теле. Снова в этом чужом теле.
В ее квартире только одно зеркало, и из него каждый раз на нее смотрят чужие глаза и чужое лицо. Она привыкла к себе такой, но она не помнила себя такой. Увидев свое отражение впервые, тогда, после аварии, она отказалась смотреть на себя. Она прошла несколько курсов терапии, прежде чем смогла взглянуть на себя в зеркало. И только когда она наконец-то согласилась с тем, что девочка в зеркале – Аврора, а Аврора – это она, ее оставили в покое. Она смирилась с этим, но не приняла свое тело.
Тогда ей было двенадцать. Она оказалась единственной выжившей в ужасной автокатастрофе, в которой погибло более 40 человек. Внезапно, по невыясненной причине, незарегистрированное сейсмологами землетрясение спровоцировало камнепад и стало причиной глубоких расселин на горной дороге. Она лежала на мокром асфальте и смотрела в далекое темное небо. Вокруг мигали синими и красными огнями полицейские машины и реанимация, завывали сирены, что-то кричали спасатели – она ничего не слышала. Над ней склонились чьи-то лица и что-то кричали ей, но она не понимала их. Она закрыла глаза, не желая видеть всю эту суету, но прежде чем закрыть глаза, увидела его – темный силуэт и его темные горящие глаза, смотревшие на нее сквозь толпу, сквозь расстояние, сквозь время.
Аврора открыла глаза. Белые стены, белые своды. Люди в белом. Цветы и мягкие игрушки возле ее постели. Люди, окружившие ее кровать. Они что-то говорят ей, но она не понимает их.
– У нее сильный шок. Серьезная черепно-мозговая травма. Возможно, она не станет прежней. Ей требуется серьезный курс реабилитации. Возможно, она не сможет ходить. Вы уверены, что готовы взять на себя такую ответственность?
Какая-то женщина складывает руки на груди, словно для молитвы, и произносит переполненным трагизма голосом:
– Конечно, ведь мы ее семья.
Рядом с ней стоит мужчина, положив руки ей на плечи, и кивает головой в такт ее словам. Аврора больше не желает слышать эти незнакомые голоса, видеть эти чужие лица. Это тело не ее. Она хочет вырваться из него, но оно не пускает. Оно слишком тяжелое. Оно не дает ей вздохнуть.
Эпизод девятый.
Аврора поставила две тарелки на стол. Положила приборы. Выключила свет в квартире и зажгла свечи. Она поставила свечи таким образом, чтобы часть стола с ее стороны была освещена, а другая – погружена во тьму. Она налила воду в бокал, положила несколько салатных листьев и пару креветок на свою тарелку. Она устала бояться. Устала каждый раз вздрагивать от появления темной тени, блуждавшей по ее квартире. Этому существу что-то было нужно от нее, так не пришло ли время узнать, что именно?