Чтение онлайн

— Вы совершенно правы! Это студентка биофака нашего университета Лариса Артамонова! Единственный, горячо любимый и поздний ребенок в семье. Бесконечно избалованная, она считает себя пупом земли и центром Вселенной. Обожающая ее мать, кстати, работает фармацевтом в единственной оставшейся в городе аптеке, где еще изготавливают лекарства. Я просмотрела и прослушала то, что она рассказала Леониду Ильичу о своей дочери и ее женихе Вадиме Гурьянове, показав при этом его фотографию — это тот самый парень, который установил «жучок» в театре…

— Как жених?! — не выдержал Сергеев. — Это же ее брат двоюродный!

— Если вы посмотрите сделанные Леонидом Ильичом записи, то убедитесь, что я права, — пояснила я, глядя на его пунцовое от негодования лицо. — И должна вам сказать, что в каждом слове матери этой девицы не то что сквозила, а прямо-таки перла наружу абсолютная уверенность в том, что ее дочь обязательно будет победительницей. Она даже сказала, что на полученные в качестве приза деньги Лариса и Вадим сыграют свадьбу и отправятся в свадебное путешествие.

— Вот это наглость! — воскликнул возмущенный и немного смущенный Сергеев. — Ну и сволочь! А с виду!.. — Он что-то прошептал себе под нос.

— Внешность обманчива! — сказала я обычную в таких случаях фразу и продолжила: — Считавшая себя неотразимой Лариса тоже была уверена в своей победе. Однако выбыла она из конкурса довольно скоро, и это явилось для нее страшным ударом. Давайте вспомним, как это было! — предложила я. — Вот прошел первый тур, но его итоги объявили лишь перед началом второго, и тогда выбыла Татьяна. По итогам второго тура выбыла Светлана. По итогам же третьего — Лариса, но она узнала об этом только перед началом четвертого, который, как и предыдущие, выиграл Виктор. Она страшно обозлилась, что ее, всю такую замечательную и неповторимую, выгнали, и решила отомстить всем сразу. Она считала, что раз сама не заняла первое место и не получила денежный приз, то его не получит никто. Зная о том, что, если в последнем туре останется лишь один участник, конкурс завершиться не сможет, она решила сорвать его.

— В чем почти что преуспела, — с горечью сказал Светлов. — Если бы у них сегодня получилось отравить Полину, остался бы один Иван, а это против всяких правил, и конкурс можно было бы смело объявлять несостоявшимся.

— Это и была ее цель! — повторила я. — И Лариса приложила к этому немало усилий! Артамонова и ее жених разработали свой план. Он купил и установил «жучок» в кабинете директора, подслушивал решение жюри, а потом передавал все ей. А может, они вместе подслушивали — я не знаю. Всю же остальную работу Лариса взяла на себя. Не могу утверждать это с уверенностью, но не исключаю, что не только потому, что ей это было проще сделать, но и потому, что она, вероятно, испытывала истинное наслаждение в те минуты, когда делала свое черное дело, — она очень мстительная особа.

— Но как она могла это сделать? — воскликнул Тумасян.

— Очень просто, — ответила я. — Какое-то время она жила в гостинице и была знакома с распорядком дня конкурсантов. Она была осведомлена также и о том, кто из персонала когда работает, и о царящих здесь порядках. Во время сериала Лариса проникала в гостиницу, что совсем нетрудно сделать, надевала белый халат, которые здесь носят все поголовно, и незаметно — ведь все увлечены фильмом — проходила в нужный номер.

— Но, как она дверь-то открывала? — никак не мог успокоиться Тумасян.

— Украла ключ от сорок первого номера. В него давно никого не селят, — ответила я. — Дело в том, что в ящике стола дежурной ключи расположены так, что виден только номер комнаты, а вот есть ли ключ в наличии или нет, никто не проверяет.

— Хитрая, шельма! И какая настойчивая! — никак не мог успокоиться Сергеев.

— Да, вы совершенно правы. Она не успокоилась даже тогда, когда мы с Арамом Хачатуровичем приняли дополнительные меры безопасности. В холле этажа начал постоянно дежурить охранник, что явилось полной неожиданностью для Ларисы, которая попробовала вчера зайти на четвертый этаж, но, увидев там охранника, ретировалась. Она была, как всегда, в белом халате, парике и даже в очках, и охранник сначала было принял ее за Эллу, которая работала в тот день на этаже. Другая бы на месте Ларисы призадумалась, но только не она! И вот сегодня они с Вадимом пошли другим путем. Уж не знаю как: через парикмахерскую, сауну или фитнес-центр — они прошли в гостиницу в нужное для них время, то есть тогда, когда опять-таки шел сериал. Вадим остался ждать условного сигнала, а Лариса в своем настоящем и, надо отдать ей должное, весьма привлекательном виде пошла первой и объяснила охраннику свое появление тем, что пришла в гости к Полине и хочет подождать ее в холле. Затем она отвлекла охранника, а Вадим, пользуясь моментом, прошел в коридор, где открыл номер Полины и впрыснул, пока не знаю что на этот раз, в пирожные. За этим подлым делом я его и застала. В случае необходимости можно провести экспертизу, то есть снять со шприца отпечатки пальцев, провести анализ содержимого шприца и все прочее, но это уже на ваше усмотрение. Сама Лариса также задержана, и оба злоумышленника теперь находятся в гостинице, под присмотром господина Пашьяна. Должна вас предупредить, что перспективы уголовного дела меня не радуют. Лариса при хорошем адвокате от всего отопрется, а в том, что ее мать добудет для нее самого лучшего адвоката, я не сомневаюсь, да и улики в отношении ее слабоваты. В этом случае за все будет отдуваться Вадим, которого взяли с поличным, а ведь он всего лишь игрушка в руках Артамоновой. Но их судьбу вы уж решайте сами! Надеюсь, что дело обойдется без трупов и тяжких телесных повреждений. У меня все! — закончила я.

— Решим! — угрожающе сказал Тумасян. — И судьбу тех, кого вы вчера взяли, тоже решим!

— Вы знаете, — переглянувшись с Шишкиным, сказал Самсонов. — Нам было бы все-таки спокойнее, если бы вы провели здесь все то время, что осталось до заключительного тура. Вашу работу мы, естественно, оплатим, но произведем окончательный расчет в понедельник.

— Не возражаю! — согласилась я. — Хотя никаких неожиданностей вроде бы не предвидится. Но если вам так будет спокойнее, то пожалуйста! Никаких новых дел у меня пока нет! — С этими словами я поднялась и сказала: — Если у вас ко мне нет вопросов, то я пойду.

— Да-да! — кивнул мне мрачный Сергеев. — Спасибо вам большое, а мы уж тут сами разберемся.

Я вышла из кабинета и отправилась на четвертый этаж, но по дороге передумала и решила заглянуть к Глахе, то есть к Ольге, чтобы узнать, чем дело кончилось, чем сердце успокоилось. А там царили полный мир и покой!

Я прошла и села в кресло около журнального столика, чтобы потихоньку забрать свой «жучок», а тем временем Ольга и Александр воодушевленно рассказывали мне, что случилось после моего ухода. Эмоции переполняли их, но из всего сказанного я поняла, что Маргарита Федоровна разложила не только Сергея, но и его московского адвоката на составляющие. В результате у Ольги оказались на руках нотариально заверенные документы о том, что она и ее отец являются единственными наследниками Глахи, включая права на творческий псевдоним и все ее движимое и недвижимое имущество.

— Поздравляю вас! — сказала я. — Теперь вам остается только немного подождать, когда истекут полгода со дня смерти Натальи и вы вступите в права наследства.

— Татьяна Александровна! А вы обещали с Леонидом Ильичом поговорить! Вы помните? — спросила Ольга.

— А я прямо сейчас с ним и поговорю, — сказала я.

Я зашла в свой номер за нужными мне вещами и позвонила Светлову, который оказался уже на месте. Я спустилась к нему и увидела, что он ждет меня в дверях.

— Приветствую вас, о победительница! — с шутливой тожественностью воскликнул он, пропуская меня внутрь.

— И вполне заслуженно, — заметила я, прошла в номер и села в кресло. — Ну, что там было? — не без интереса спросила я.

— Ничего особенного! Пашьян привел этих двух мерзавцев, и, вы знаете, Лариса сначала так хладнокровно себя вела!

— Там же был Сергеев, и она явно рассчитывала на его заступничество, — кивнула я. — Ну, а он что?

— А Сергеев влепил ей пощечину и сказал, чтобы она забыла его номер телефона, — кратко проинформировал меня Светлов.

— После чего она, надеюсь, скисла? — с надеждой спросила я.

— Ненамного и ненадолго — спонсоры ведь решили их отпустить, — объяснил он. — Правда, они пообещали устроить им веселую жизнь.

— А что? — сказала я. — Они вполне могут это сделать, и возможностей у них хоть отбавляй. Все-таки перенервничать им пришлось здорово! И полагаю, что, когда ректор университета об этом узнает… а он об этом обязательно узнает, то не видать ни Ларисе, ни Вадиму высшего образования как своих ушей! — уверенно заявила я.

— А вы молодец! — одобрительно сказал Светлов.