Чтение онлайн

Главным образом на заповедных территориях, в том числе и в некоторых наших заповедниках, в 1966–1972 годах были поставлены работы по Международной биологической программе. Весьма примечательно, что один из выводов МБП, принятый при обсуждении итогов работы, гласил, что постановка исследований любой крупной экологической проблемы современности немыслима без анализа процессов, происходящих на заповедных территориях. В частности, разработка методов управления процессами в антропогенных экосистемах (поля, пастбища, искусственные леса и пр.) и отыскание приемов повышения их биологической продуктивности невозможны без познания законов, действующих в естественных, нетронутых и охраняемых экосистемах. В связи с этим новая программа ЮНЕСКО «Человек и биосфера» придает заповедникам исключительное значение.

Все это повлекло за собой необходимость дополнить и переработать книгу «По заповедникам Советского Союза» для нового издания. Переработка коснулась как очерков о заповедниках, так и особенно общей части и раздела «Краткие сведения о заповедниках СССР». Последнее определялось не только появлением за эти годы новых сведений или уточнением данных, но и новыми теоретическими разработками заповедного дела, ставшими возможными в результате анализа опыта, накопленного в нашей стране и за рубежом.

Первое издание книги получило довольно широкий отклик как со стороны специалистов, так и со стороны широкого круга читателей, от которых получено много советов, замечаний и пожеланий. Автор особенно признателен В. В. Криницкому, В. Л. Рашеку, О. С. Гребенщикову, В. Д. Треусу, Ю. П. Язану, Н. Н. Скоковой, Н. Н. Воложенину за замечания и советы, а также Ю. В. Костину за совместную работу над очерком о Лебяжьих островах А. В. Чумаковой и Д. А. Горину за помощь при составлении раздела «Краткие сведения о заповедниках СССР».

Конечно, и это издание не удовлетворит всех читателей и вызовет новые замечания и пожелания, за которые автор неизменно будет благодарен.

ЗАПОВЕДНИКИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

И ОХРАНА ПРИРОДЫ

Советские заповедники с первого момента их создания предназначались «исключительно для решения научных и научно-технических задач страны», как сказано в первых же постановлениях и декретах, подписанных В. И. Лениным. В этом специфика и принципиальное отличие заповедников от других форм охраняемых территорий как у нас, так и за рубежом.

При организации сети советских заповедников в основу были положены научные принципы, не утратившие своего значения и в настоящее время. Сущность их состояла в том, чтобы: 1) выбираемые под заповедники территории были в наименьшей степени изменены под влиянием хозяйственной деятельности человека, 2) их природные комплексы включали редкие виды животных и растений (или редкие экосистемы), 3) заповедники служили образцами (эталонами) ландшафтно-географических зон (или их подразделений), 4) территории заповедников были достаточны для обеспечения саморегуляции происходящих природных процессов, 5) в первую очередь заповедовались «эталоны» тех ландшафтов, которым угрожала опасность исчезновения.

Следует отметить, что к этим принципам, особенно эталонирования и репрезентативности (типизации), теория заповедного дела за рубежом пришла только в самые последние годы.

Не менее замечательно и то, что советские заповедники для выполнения своей задачи эталонирования естественного хода природных процессов всегда проводили непрерывные стационарные исследования, для обеспечения которых имели свой постоянный штат научных сотрудников.

Советские заповедники имеют и свою предысторию. «Заповедные» или «священные» места издавна существовали в нашей стране. Они не были связаны с религиозными, культовыми отправлениями, как иногда думают, а возникли из тысячелетнего опыта ведения на Руси охотничьего хозяйства. Создание заповедных урочищ, как наиболее удобных для воспроизводства рыб, птиц и зверей участков, диктовалось необходимостью той эпохи, когда охота и рыбная ловля были важнейшей отраслью хозяйства общинного и родового строя; они определяли благополучие, а иногда и возможность существования общины, поэтому нарушение заповедности в те далекие времена каралось смертью.

Позже многие заповедные урочища перешли в монастырские владения или удельное ведомство и во многом утратили свое первоначальное значение. В эпоху феодализма они служили властителям и правителям, в эпоху капитализма оберегали дичь на частновладельческих землях. Все же заповедники всегда способствовали сбережению полезных зверей, птиц, рыб, леса и других природных богатств.

Нельзя не вспомнить один из древнейших заповедников на Соловецких островах, где птицы и звери совершенно не боялись человека. Еще раньше возник заповедник в верховьях рек Конды и Сосьвы на Урале, где сохранялся бобр и соболь. В средние века, а может быть и раньше, была заповедана Беловежская пуща, где обитали зубры, затем были отнесены к заповедникам Семь островов у мурманского побережья, сохранявшие гнездовья соколов.

Элементы охраны природы в древности существовали и в другой форме: ограничение в сроках отлова бобров в Киевской Руси, объявление «заказов» на определенный срок на тех или иных промысловых участках. Однако при немногочисленности населения необходимости в охране природы в целом еще не было. В феодальном обществе государство было заинтересовано в охране охотничьих зверей, главным образом как источника дани (ясыка), а также в связи с поставкой ловчих птиц для соколиной охоты. В это же время были изданы и указы об ограничении добычи соболя и бобра. Охранять зубров в интересах охот великих князей литовских стали уже в 1541 году; в XIII–XVII веках, учреждались также «засеки» — заповедные леса военного значения (с тех пор, например, сохранилось название «Тульские засеки»). В 1676 году была запрещена охота в окрестностях Москвы.

В XVIII веке появилось несколько указов, связанных с охраной тех или иных территорий и животных. Так, во времена Петра I строго охранялись дубравы и сосновые боры, был учрежден Измайловский лесной заповедник под Москвой, издан указ «О нестрелянии лосей в Санкт-Петербургской губернии». Инструкция в 1722 году делила леса на «заповедные» и «незаповедные» и устанавливала водоохранные зоны по берегам рек. В 1763 году был издан закон, запрещающий охоту с 1 марта по 29 июля, и в 1835 году — закон об охране и заповедании рыбных нерестилищ. Указы Петра по охране природы были необычайно обширны, особенно в области лесного хозяйства. Однако с этими мудрыми законами в ту эпоху мало кто считался, несмотря на самые жестокие санкции, которые применялись к нарушителям.

Распад феодализма и развитие капитализма в России повлекли за собой в погоне за наживой и как протест против феодализма почти ничем не ограниченное, беспорядочное и массовое истребление лесов, зверей, птиц и рыб. Закон об охоте 1892 года защищал лишь права землевладельцев, но был крайне несовершенным с точки зрения охраны природы, в частности зверей и птиц.

Катастрофическое уменьшение численности многих видов животных, так же как и резкое сокращение площади лесов, стало очевидным в России к началу XX века. Бобры, соболи, каланы, лоси и многие другие пушные и промысловые звери стали редкостью. Все меньше и меньше оставалось водоплавающей и особенно степной дичи. А. П. Чехов словами доктора Астрова в пьесе «Дядя Ваня» говорил: «Русские леса трещат под топором, гибнут миллиарды деревьев, опустошаются жилища зверей и птиц, мелеют и сохнут реки, исчезают безвозвратно чудесные пейзажи».

В это время заповедников в России не было, и она заметно отстала в деле охраны природы от многих передовых стран Западной Европы и Америки.

Создавшееся положение вызвало движение за охрану природы, необходимость которой стала очевидной для ученых, многих просвещенных людей и наиболее прогрессивных общественных и государственных деятелей. В конце прошлого века В. В. Докучаев одним из первых обратил внимание на исключительную важность изучения заповедных целинных степей для практических целей их правильного использования.