Чтение онлайн

Выше, от 900 до 1900 метров, произрастают пихтовые леса, занимающие около 2/3 лесной площади заповедника. В подавляющем большинстве это многовековые девственные леса, где с гигантских пихт свисают седые пряди лишайников; в подлеске — зимнезеленая ежевика, малина, кавказская черника, папоротник-орляк, местами густые заросли понтийского рододендрона.

Низменные берега рек в поясе пихтарников, как и поляны, поросли непроходимыми зарослями малины и смородины, огромными лопухами белокопытника, местами мощным высокотравьем, где такие зонтичные, как борщевик, достигают 4 метров высоты, скрывая всадника. Прогалины и поляны с высокотравьем все чаще и чаще начинают встречаться у верхних пределов пихтарников. Здесь, на высоте 1700–1800 метров, пихта начинает уступать место высокогорному клену и рябине.

Наконец, на высоте 1900–2000 метров образуются парковые высокогорные кленовники, окруженные пышным высокотравьем. Высокогорный клен с ровным серым стволом, крупнопальчатыми листьями и ярко-красными крылатками плодов растет здесь «гнездами», в которых группы стволов связаны единой корневой системой.

Еще выше кленовники чередуются, а затем сменяются березовым и буковым криволесьем. Стволы березы, рябины, бука и клена под давлением многометровой толщи снега и зимних ветров приобрели саблевидную форму, наклонились вниз по склону и не поднимаются выше 5—10 метров от земли. На каменистых участках и скалах, чаще южных склонов, растет сосна.

Обширные поляны, опушки, долины рек и ложбины у верхней границы леса покрыты все тем же высокотравьем. Здесь бросается в глаза обилие гигантских, толщиной в руку зонтичных — борщевика, бутеня, лигустикума; повсюду стройные акониты с синими и белыми цветами, живокость с кистями синих цветов, огромные колокольчики с голубовато-белыми цветами, белые валерьяны, высокие желтые васильки, чудесные лилии и много другого разнотравья нередко высотой до 2–3 метров и более.

Еще под пологом березового криволесья начинаются заросли вечнозеленого кавказского рододендрона, который, поднимаясь выше леса, на крутых щебнистых склонах образует непролазные заросли — любимое убежище кавказского тетерева. Белые, чуть розоватые цветы кавказского рододендрона в первую половину лета придают ландшафту кавказского высокогорья особую прелесть.

Широкие и ровные склоны субальпийского пояса на высоте 2300–2400 метров покрыты лугами. Здесь нет такого высоко-травья, цветы и злаки обычно не достигают 1 метра, но луга эти в период цветения, в середине июля, необычайно красочны и пестры: орхидеи, розовые раковые шейки, белые анемоны, липовые буквицы, светло-фиолетовые водосборы, синие васильки, розовые астры, разнообразные лютики, клевера, тмин, полевые мытники, вороника, персидская ромашка и многое другое. Изобилуют эти луга и злаками: душистым колоском, овсяницами, тимофеевкой, тростниковым вейником.

Низкотравные альпийские луга, расположенные еще выше, напоминают персидский ковер своей удивительно яркой и пестрой окраской цветов: синие горечавки-генцианы, малиновокрасные мытники, темно-синий гадючий лук, розовые, палевые и белые анемоны, бело-розовые клевера, лиловые, желтые и розовые примулы. Цветки здесь часто в два раза больше стебля, например фиолетовые колокольчики с громадными цветками и короткими стеблями, пурпуровые одуванчики и многие другие. У бледно-розового безвременника из земли поднимается один большой венчик цветка, а весь стебель скрыт под поверхностью земли. Суровые условия обитания заставляют растения в поисках тепла прижиматься к земле.

На больших высотах, сильно обдуваемых жгучими ветрами, уже нет сплошного травяного покрова. Отдельные «подушки» растений чередуются с голым торфянистым слоем почвы, часто покрытой лишайниками. Лишайники, плотные подушки камнеломок, дриады и некоторые колокольчики поселяются на скалах. Особенно интересна флора на известковых скалах, где найдены эндемичные желтые горечавки, черкесское лыко, особые виды колокольчиков и гравилата.

Изучение исключительно разнообразной растительности Кавказского заповедника с его водоохранными и почвозащитными лесами, орехоносами, кормовыми, лекарственными, витаминоносными и другими видами растений имеет очень большое практическое и теоретическое значение.

Животный мир. Богатая фауна Кавказа формировалась из южноевропейских, частично северо- и горноазиатских видов. Кроме того, за длительный период изоляции Кавказа, когда он был островом, здесь возникли свои эндемичные виды, такие, как тур, прометеева полевка, кавказский тетерев, кавказский улар, кавказская гадюка и др. Таким образом, благодаря своему положению между Европой и Передней Азией, сложной истории и пестроте ландшафтов на Кавказе сложился столь разнообразный животный мир.

На территории заповедника известно 59 видов млекопитающих и 192 вида птиц, из которых 132 вида гнездятся. Наибольший зоологический интерес представляют эндемичные для Кавказа виды, большинство которых живут в верхнем поясе гор.

Гора Чугуш служит западным пределом распространения по Главному хребту нескольких альпийских видов. Уже на Фиште, Оштене и вершинах, лежащих к западу, нет туров, уларов и других альпийских животных.

Некоторые высокогорные животные вообще редки в заповеднике, что определяется снижением Главного хребта в пределах заповедника и исключительной снежностью района. Это касается, например, клушицы, большой чечевицы, альпийского и королевского вьюрков и др.

В высокогорном поясе живет немного видов животных, но они очень своеобразны.

Один из самых замечательных обитателей высокогорья — тур. По внешнему виду туры похожи на других горных козлов, но толстые и мощные рога придают им некоторое сходство с горными баранами. Рога самцов достигают 80 сантиметров в длину и 35 сантиметров в окружности; живой вес самцов — 80, а иногда 100 и даже 150 килограммов. Самки весят 50–60 килограммов, рога у них короткие и тонкие.

Большую часть жизни туры проводят на скалах. По краям копыт, которые у туров могут широко раздвигаться, есть роговые выступы, препятствующие скольжению ноги на крутых склонах. Как дополнительную опору они используют и задние маленькие копытца. Эти приспособления позволяют животным обитать среди, казалось бы, недоступных мест. Туры живут стадами, иногда достигающими ста и более голов. Взрослые самцы предпочитают наиболее труднодоступные места, поднимаются к ледникам и снежникам; ниже по склонам держатся самки с молодыми. Туров можно встретить и на скалистых участках лесистых склонов, и на лужайках, где самки с козлятами живут до половины лета.

По мере того как тает снег, большинство животных поднимаются выше в горы: там свежая трава и меньше докучливых слепней и мошек. Осенние снегопады вынуждают туров спускаться к границе леса или в лес, где они и зимуют, отыскивая корм по крутым малоснежным склонам. Взрослые самцы, как и самки с козлятами, образуют свои отдельные стада; смешанные группы можно встретить только в период гона, в первой половине зимы.

В конце ноября и весь декабрь у туров идет гон. Через 5 месяцев, с середины мая до конца июня, в глухих, труднодоступных местах самки приносят одного, реже двух ягнят. Через день-два после рождения туренок уже ходит за матерью. Первые две недели самки с малышами ведут очень скрытый образ жизни. Месячный туренок начинает щипать траву, но сосет мать до осени и ходит с ней до годовалого возраста.

Ходят туры цепочкой, пользуясь для переходов одними и теми же местами, так что образуются хорошо заметные издали торные тропы. С поразительной легкостью передвигаются они по очень крутым склонам и скалам, используя для опоры едва заметные выступы. На гребнях гор можно часами наблюдать животных, отдыхающих под прохладным ветерком. В жару туры укрываются в тени скал; самцы нередко лежат на снежных пятнах и ледниках, самки же с маленькими любят глубокие ущелья с журчащими ручьями и шумными водопадами. Пасутся туры часть ночи, рано утром и вечером. Малыши постоянно резвятся, скачут, бьют друг друга рогами; взрослые изредка издают резкий и отрывистый свист, призывая к вниманию.