Чтение онлайн

У моста находится всем известное здание, так называемый "Белый дом", который волей случая оказалось связанным с несколькими критическими периодами в недавней истории России.

Быстро привилось это название в Москве, данное в августовские дни 1991 г. Московский "Белый дом" ассоциировался тогда с оплотом демократии в мире - американским "Белым домом" в Вашингтоне, но создателям московского "аналога", наверно, и во сне не могло явиться такое сопоставление. Архитектор Д. Н. Чечулин выстроил к 1980 г. большое здание для Верховного Совета и Совета министров Российской Советской Федеративной Социалистической Республики (РСФСР), до тех пор "ютившихся" в бывшей духовной семинарии в Божедомском переулке (см. главу "Божедомка"). Здесь было выстроено еще одно парадное советское здание, только более помпезное, чем десятки других партийно-советских, выраставших в те времена в разных краях страны.

В этом здании в августе 1991 г. находилась штаб-квартира сторонников Б. Н. Ельцина во время борьбы с узурпаторами власти. После разгрома заговорщиков в "Белом доме" остался Верховный Совет Российской Федерации, ставший на путь конфронтации с Б. Н. Ельциным, которому народ неоднократно выражал свою поддержку. В октябре 1993 г. пришлось применить силу для обуздания толп вооруженных хулиганов, направляемых противниками реформ, и "Белый дом" подвергся обстрелу из танков, расположившихся на Новоарбатском мосту. В здании возник пожар, оно было серьезно повреждено. После дорогостоящего ремонта в нем ныне находится правительство Российской Федерации.

Почти напротив на Конюшковскую улицу выходит странного вида здание - большой куб мрачного темно-красного цвета с частыми проемами окон, огражденный низкими распластанными строениями, образующими замкнутый двор. Это комплекс зданий посольства Соединенных Штатов Америки. Американцы были настолько наивны, что предоставили постройку нашим "специалистам", которые буквально нашпиговали здание подслушивающей аппаратурой. После сдачи здания "жучки" были все-таки обнаружены; советская пресса неистово все отрицала, но американцы отказались въезжать в только что выстроенное здание, на которое были затрачены миллионы долларов. Что теперь с ним делать, так и непонятно - есть предложение все снести и выстроить здание заново из американских строительных материалов и американскими рабочими. Надо сказать, что если при этом и проект будет изменен, то будет только хорошо - этот куб выглядит уж очень неприглядно.

Недалеко отсюда, в Большом Девятинском переулке, находится Девятинская, "что за житным Патриаршим двором" церковь. Ее главный престол освящен в честь девяти мучеников Кизических (т. е. из города Кизик на берегу Дарданелльского пролива в Малой Азии Антипатра, Феогнида, Руфа, Артема, Феостиха, Магна, Феодора, Фавмасия и Филимона, замученных за христианскую веру в 111 в), Посвящение объяснялось тем, что патриарху Адриану прислали с востока частицы мощей этих мучеников, и в 1698 г. он по этому случаю выстроил деревянную церковь. Еще с 1732 г. рядом с ней стала строиться каменная церковь. Деревянная сгорела, а каменную закончили в 1735 гг. Трапезную с придельным храмом св. Варвары (на средства двух Варвар - Нерской и Челищевой) построили заново в 1838 г., а колокольня была возведена к 1844 г. В декоративном оформлении их уже заметны элементы эклектики.

Почти рядом с апсидами Девятинской церкви - здание, обращающие внимание своим пилястровым портиком, перед которым стоят две скульптуры обязательных дворянских львов, но это не произведение архитектора прошлого века, а недавняя имитация классического стиля. На углу Большого Девятинского переулка находится восстановленный дом (N 1/17, это копия деревянного дома, выполненная в кирпиче), в котором в детстве жил Александр Сергеевич Грибоедов. В семью Грибоедовых этот дом перешел в 1801 г., когда мать Александра Настасья Федоровна купила его у своего брата, послужившего прототипом Фамусова в комедии "Горе от ума". В немногие свои приезды в Москву Грибоедов иногда останавливался здесь. Дом продали в марте 1834 г., уже после трагической гибели поэта.

По соседству - невыразительное жилое здание постройки 1960-х гг., а рядом (Новинский бульвар, N II) - одно из самых представительных сооружений предреволюционного строительного московского бума, "дом Щербатова". В плане это П-образное сооружение, с крыльями, выходящими к красной линии улицы и образующими cjur d'honneur, и с поставленным на самый верх одноэтажным особняком.

Богатый любитель искусств князь Сергей Александрович Щербатов задумал выстроить в Москве дом-дворец, соединив в нем и обычный доходный дом и жилище богатого собственника. "Обосновавшись прочно в Москве, горячо любя Москву, - писал Щербатов, - я решил построить в ней большой дом и оставив некую художественную ценность и дав ему после своей смерти особое назначение. Одновременно мне хотелось создать для себя и для жены такую обстановку жизни, которая бы вполне соответствовала художественным вкусам и потребностям". Щербатов просил архитектора, имя которого ранее было мало известно, Александра Таманяна, спроектировать ему такой дом.

Нарочно изучались различные интерьеры (в особенности, английские, норвежские, шведские - "как самые уютные"), у входа были каменные львы и железные фонари "изысканного рисунка, стоявшие со дня основания Московского Университета на входной наружной его лестнице, проданные на слом". Новое здание сразу же привлекло "себе пристальное внимание - многие газеты и журналы отметили его, а на конкурсе лучших городских фасадов этот дом получил первую премию. Автор проекта приобрел известность, после Октябрьского переворота он уехал в Армению и стал основоположником современной армянской архитектуры, построив много замечательных зданий в Ереване.

Свой дом Щербатов собирался завещать городу Москве для "Городского музея частных коллекций". Имея в виду это, внутренняя планировка могла быть легко трансформирована, и квартиры превращались в анфиладу зал, особняк же предназначался им для "культурно-художественного центра объединения художников, актеров и литераторов".

Удобные квартиры в новом доме сразу же стали заселяться. В одной их них жил А. Н. Толстой (с осени 1912 по 1914 г.). После большевистского переворота старых жильцов выгнали, а дом превратился в "коммуну" Трехгорной мануфактуры.

Рядом с этим произведением архитектуры начала XX столетия, так искусно заимствовавшим классические мотивы, стоит барский дом (N 13), выстроенный в конце XVIII в. Владельцами его были князья Оболенские, здесь жил декабрист Евгений Оболенский, в этом доме собиралась Московская управа Северного общества. Дом помещен в альбомы лучших московских строений конца XVIII в. и считался несохранившимся, но благодаря исследованиям москововедов был найден и в 1983 г. искусно реставрирован.

На другом углу Большого Девятинского переулка - основное здание посольства США, находящееся на месте старинного "Патриаршего житного двора", который находился на месте владения боярина князя В. В. Голицына. Современный дом был выстроен в 1952 г. по проекту архитектора Е. Н. Стамо и арендуется посольством с 1954 г.

Еще в сталинском плане реконструкции Москвы 1935 г. была предусмотрена крупная магистраль, ведущая на запад. Прокладывать ее начали со строительства моста (инженеры М. С. Руденко, С. Я. Терехин, М. С. Крючков, архитектор К. Н. Яковлев), который был открыт точно в назначенный срок - 6 ноября 1957 г., к 40-летию Великой Октябрьской революции. Сам проспект начали пробивать сквозь жилую застройку в 1961 г. Тогда были сметены десятки ценных зданий, составлявших гордость города, целый район старой Москвы, созданный после пожара 1812 г. в стиле "московского" ампира, где было много уютных деревянных зданий, так хорошо передававших облик старого дворянского города. Проспект погубил один из самых поэтичных уголков старой Москвы - Собачью площадку.

За Садовым кольцом проспект прошел по трассе Большого Новинского переулка, названного по Новинскому Введенскому Богородицкому, что на Бережках, мужскому монастырю. Новинками обычно назывались выселки, новые поселения, образовавшиеся рядом со старыми. Таким поселением, вероятно, и был митрополичий, позже патриарший, а потом синодальный монастырь.

Монастырь, ставший его домовым, основал митрополит Фотий за городом, на берегу Москвы-реки, близ устья речки Пресни. В отводной грамоте начала XV в. на земли нового монастыря говорилось, что: "...и Фотей митрополит ту землю со всем с тем дал в свой новый монастырь Введения св. Богородицы на Присну и при животе Фотея в том монастыре многая игумены были". При монастыре возникла слободка, где жили слуги монастырские, крестьяне, ремесленники - в 1646 г. в переписной книге монастыря было записано: "Пречистыя богородицы Новинского монастыря вотчина слобода под монастырем, а в ней 72 двора крестьянских". Монастырь часто видел в своих стенах московских иерархов. Вот запись о "хождении" патриарха Иоакима в свой монастырь: "191 (т. е. 1683) года, мая 21, в вечеру, святой патриарх ходил на Пресню и указал, где рыть новый пруд и, осмотря место, в Новинском монастыре слушал вечерни и из Новинского монастыря идучи, зашел в Федоровский монастырь, что за Никитскими вороты и в час ночи пришел в Кремль".