Чтение онлайн

Так или иначе, но пришлось переселяться. Переход монахинь - это был действительно переход, всю многоверстную дорогу на далекую глухую окраину Москвы шли пешком - совершился 16 октября 1837 г., и с того времени Алексеевский монастырь начал отстраиваться на новом месте. Старую приходскую Воздвиженскую церковь расширили и заново отделали по проекту М. Д. Быковского в 1841 и 1857 гг. (в ней похоронены известные московские благотворители муж и жена Ф. Ф. и М. В. Набилковы); по его же проекту в 1853 г. выстроили в центре монастырской территории церковь Алексия Человека Божьего с приделами иконы Грузинской Богоматери и св. Павла Латрского; в 1879 г. построили больничный храм Архангела Михаила и последней в 1887 - 1891 гг. высокую Всехсвятскую церковь на новом кладбище по проекту архитектора А. А. Никифорова (она была освящена 30 июня 1891 г.). В этой церкви славился беломраморный иконостас, а расписана она была иконописцами Троице-Сергиевой лавры.

На кладбище Алексеевского монастыря были похоронены художник И. М. Прянишников, писатели А. Ф. Вельтман и С. А. Юрьев, публицист М. Н. Катков, скульптор Н. А. Рамазанов, филолог П. М. Леонтьев, мемуарист Ф. Ф. Вигель, историк, издатель журнала "Русский архив" П. И. Бартенев, врач А. Я. Кожевников, физик П. Н. Лебедев, архитекторы А. С. Каминский, В. Н. Кар-неев, А. С. Никитин, основатель народного университета А. Л. Шанявский, нотоиздатель П. И. Юргенсон, декабристы Ф. Г. Вишневский, П. Н. Свистунов и многие другие. Теперь же и следов кладбища нет.

На новом месте монахини устраивались, как видно, теперь уже надолго, но... пришли большевики: монастырь закрыли, часть его порушили, храмы приспособили для разных своих нужд, а кладбище уничтожили. Главный храм обители настолько перестроили, что его теперь совершенно невозможно узнать в обычном учрежденческом здании, в котором помещается Институт рыбного хозяйства и океанографии и "Росрыба" (Верхняя Красносельская, N 17); Михайлоархангельскую церковь снесли и построили жилое здание (дом N 17/2), в Алексеевской церкви устроили "дом пионеров" (он находится позади института), а во Всехсвятской до недавнего времени было архивное хранилище. В 1980-х гг. часть территории кладбища отрезали при прокладке "третьего кольца", и для того, чтобы найти Всехсвятскую церковь, надо зайти за дом N 17, пройти мимо Алексеевской церкви, пересечь новую магистраль, и в парке, за надстроенными краснокирпичными домами бывших келий, можно увидеть эту церковь, в которой в 1991 г. возобновилось богослужение.

Далее по Верхней Красносельской улице, совсем рядом с бывшим монастырем, стоит здание богадельни в память потомственного почетного гражданина И. Н. Геер, вдова которого Наталья Петровна пожертвовала городу обширный участок и средства для постройки богадельни. Богадельню (N 15) и храм во имя св. Иосифа Обручника выстроили в 1895 - 1898 гг. по проекту архитектора Л. Н. Кекушева и передали городу, в знак чего наверху изобразили герб города Москвы.

Участок Геера был действительно большим, но составлял только часть когда-то еще большего. Им, площадью более 13 гектаров, с аллеями, несколькими прудами и огромным садом, в конце XVIII - начале XIX в. владел секунд-майор А. Л. Демидов, потом участок приобрел знаменитый герой Отечественной войны генерал А. П. Ермолов, а у него в 1859 г. купил первогильдейский купец Геер, о котором вспоминал П. И. Щукин: "Часто бывал у моих родителей швейцарский консул, старик, Осип Николаевич Геер, который жил в своем доме близ Алексеевского монастыря, где имел прекрасный сад-парк и водочный завод. В саду созревали груши-дюшесы, а гееровские водки и наливки пользовались заслуженной славой. Однажды отец, стоя у закусочного стола, представил О. Н. Геера какому-то гостю. "Пивал", - сказал гость, вероятно, вспомнив о гееровских водках".

Часть своего большого участка И. Н. Геер в 1869 г. продал за 20 тысяч купцу Владимиру Занегину, выстроившему в 1864 г. особняк (N 7), поставленный с отступом от красной линии, обильно декорированный, с красивым балконом на переднем фасаде и остатками террасы на заднем. От старинной усадьбы остался флигель, очевидно, XVIII в., стоящий торцом к улице. Далее - построенный к 1930 г. хлебозавод, бывший тогда крупнейшим в Москве.

Ближе к концу Верхней Красносельской улицы, на углу Малой Красносельской и Проезжей (ул. Лобачика) можно полюбоваться интересным образцом московского модерна - особняком, находящимся на территории бывшей фабрики Абрикосовых. Это была одна из самых крупных "сладких" фабрик в Москве. Она и еще "Эйнем" на Берсеневской набережной и "Сиу" на Петербургском шоссе держали пальму первенства. Основатель дела, потомок крепостных крестьян Алексей сын Иванов, начал свою аппетитную деятельность в 1840-х гг., и говорят, что самой своей фамилией был обязан необыкновенно вкусным абрикосовому варенью и пастиле. Сначала его заведение было небольшим и находилось в центре города, но постепенно под умелым руководством основателя оно расширялось, и в 1873 г. Абрикосов в прошении московскому генерал-губернатору сообщал, что его заведение "приняло такие размеры и такой оборот по числу рабочих рук, что оно вполне заслуживает переименованию его в фабрику". Тогда же он ходатайствовал о позволении установить "взамен рук рабочих паровую машину в 12 сил". В 1872 г. абрикосовская фабрика выработала 31200 пудов конфет, варенья и пряников на 32500 рублей (заметьте, пуд сладостей стоил тогда 1 рубль). Наследники его - сыновья Николай и Иван - образовали в 1874 г. фирму под названием "А. И. Абрикосова сыновья" и задумали перенести фабрику на новое, более просторное место, где она могла бы свободно развиваться. Они приобрели участок на окраине Москвы и заложили большие фабричные производственные здания, выстроенные в 1885 г. На углу двух улиц построили особняк в модном, несколько разудалом "модерне" (1905 г., архитектор А. М. Калмыков). В 1890 г. на фабрике произвели 53 тысячи пудов конфет и 4,5 тысячи пудов варенья; фирма открыла несколько магазинов в самых людных местах города - на Кузнецком мосту, на Тверской, в Верхних торговых рядах, на Мясницкой. На Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде 1896 г. было отмечено, что "фирма эта первая в России начала приготовлять в Крыму, из местных фруктов, высокого качества глазированные плоды и начала вытеснять привозные из-за границы продукты этого рода".

При большевиках фабрика продолжала действовать, став с 1922 г. Бабаевской - по имени П. А. Бабаева, секретаря Сокольнического райкома партии большевиков.

Нижняя Красносельская улица отходит к юго-востоку от главной магистрали этого района. На правой стороне ее стоит Покровская церковь, здание которой сохранилось в обезображенном виде (Нижняя Красносельская ул., 12). Но хоть сохранилась - ведь в 1932 г. Президиум Моссовета постановил срочно снести ее, т. к. она, видите ли, "затрудняет всякое (!) движение по одной из магистралей города".

Здание церкви Покрова было выстроено в 1701 г., трапезная с двумя приделами и колокольней - в 1751 г., а в 1838 г. построили новое завершение церкви.

За перекрестком с двумя Красносельскими улицами Краснопрудная продолжается до автомобильного путепровода. Левую сторону этого отрезка Краснопрудной улицы начинает приземистое строение наземного вестибюля станции метро первой очереди "Красносельская" (1935 г., архитектор Б. Виленский), а напротив него - пример того, как должна была застраиваться эта улица в довоенные годы - помпезный жилой дом (N 26/1) с отделкой мощным рустом и огромной аркой на несколько этажей. Стоит зайти под эту арку, чтобы понять всю бессмысленность ее: пространства под ней никак не используются, здесь только мерзость запустения (1935 - 1937 гг., проект И. С. Рожина). На доме мемориальная доска: в 1958 - 1978 гг. в нем жил композитор, один из создателей советской музыки, Д. Я. Покрасс, автор популярнейших песен - талантливые люди прославляли сталинскую диктатуру. На той же стороне Краснопрудной улицы в 1952 - 1956 гг. был выстроен огромный жилой дом (N 30 - 34) министерства путей сообщения по проекту архитекторов В. А. Сычева и М. П. Бубнова.

Почти напротив него - фабричные постройки, находящиеся на территории когда-то роскошной дачи московского главнокомандующего во времена Отечественной войны Федора Васильевича Ростопчина. Летом 1812 г. он жил на даче, и к нему сюда съезжались многие москвичи узнать о последних новостях. До Ф. В. Ростопчина дача (он приобрел ее в 1808 г.) принадлежала графине Е. Я. Мусиной-Пушкиной-Брюс, а после него брату декабриста майору Платону Фотиевичу Митькову, купившему весь участок в 1833 г., а потом его сыну, тайному советнику Михаилу Платоновичу. У пруда, довольно близко от дороги, стоял большой каменный двухэтажный дом, выстроенный, вероятно, в последней четверти XVIII в., когда увлекались псевдоготикой. За домом далеко вглубь шел внушительных размеров сад с лугами и огородами с протекавшей по ним речкой Рыбинкой. По рассказам бытописателя Москвы прошлого века, эту дачу "посещали приглашенные, но она не была чужда и для прочей публики, потому что и местность, и устройство ее были прекрасны". В конце XIX в. по этому участку в конце XIX в. стали прокладываться новые улицы, прошла ветка железной дороги и начали строиться дома и фабрики, У самой дороги, которая до 1921 г. называлась Сокольническим шоссе (теперь это часть Русаковской улицы, названной в 1921 г. именем большевика И. В. Русакова, участвовавшего в подавлении Кронштадтского восстания матросов против советской власти), стали возводить строения "Калинкинского пиво и медоваренного товарищества", выпускавшего лучшие тогда напитки. Почти все здания построены в 1892 - 94 гг. по проектам архитектора А. Е. Вебера, в том числе отдельно стоящий с левой стороны двухэтажный дом для конторы (N 13)и производственные постройки справа.

В конце XIX в. на бывшей ростопчинской даче построили еще несколько фабрик и, в частности, большую макаронную на 3-й Рыбинской улице. На этой улице два любопытных архитектурных памятника, стоящих напротив друг друга и представляющих откровенно противоположные направления в архитектуре: с левой стороны - особняк, построенный в стиле модерн архитектором А. М. Калмыковым для владельца фабрики "гамбургского гражданина" Иоганна Динга - соединение живописных объемов, украшенных декором в стиле модерн, и напротив него - произведение архитектора К. С. Мельникова (1927 - 1929 гг.), аскетичное, совсем без декоративных деталей, с акцентом на голые геометрические формы - рабочий клуб фабрики "Буревестник".

За путепроводом по Русаковской улице - комплекс скромных небольших домов (N 7), выстроенных в 1925 г. архитекторами Б. М. и Д. М. Иофанами. Далее улица подходит к оживленной площади у станции метро "Сокольники" (1935 г., И. Г. Таранов и Н. А. Быкова). Все кругом нее перестроено, и везде выросли новые бетонные коробки, среди которых кажется совсем чужим здание церкви Воскресения Господня, чудом пережившей все превратности большевистского господства. Странным и неподходящим соседством стал для нее большой жилой дом, выстроенный почти вплотную - наглядный пример необходимости соблюдения охранной зоны архитектурного памятника.

Воскресенская церковь - любопытный пример поисков образа православного храма, предпринятых в начале нашего столетия многими архитекторами, соединявшими традиционные взгляды с творческим переосмыслением новых представлений. В этих поисках особенно интересных результатов добились И. Е. Бондаренко, А. В. Щусев, В. А. Покровский, но автором церкви в Сокольниках был малоизвестный до того архитектор П. А. Толстых, и здание Воскресенской церкви ему удалось: массы основания выгибают неудержимым напором полукружия сводов, заостряют своды закомар, прорываются свечами восьми маленьких главок, чтобы завершиться пламенем центрального шатра. Прекрасен интерьер ее - простой, почти не украшенный живописью, он очень просторен и светел.