Чтение онлайн

Рэм на секунду замер и посмотрел на голограмму

— Если ты сделаешь хоть еще один шаг, я прикажу роботам атаковать выживших общинников.

— Они и так умрут, — устало ответил Булавин, и, махнув рукой, направился вдоль технических линий, светившихся под полом ярко-зеленым цветом. Не важно, кто их убьет, бандиты или роботы, если роботы, это даже лучше, пытать не будут. Но на всякий случай ускорил шаг.

Поворот, еще один, и вот в конце стометрового зала стоит огромный пульт управления, прям как на каком-нибудь звездолете. Рэм на секунду даже растерялся, он стоял с коробкой в руках, той, что ему всучил Риол, и не знал, что с ней делать.

— А что если? — подломал он и посмотрел на пульт через интерфейс.

Штопор так надеялся получить подсказку, что его желание исполнилось. Слева прямо в столешнице была небольшая панель, закрученная на несколько винтов, и как только он четко сформулировал задачу, она подсветилась красным. Рэм победно улыбнулся и направился к цели. Для вскрытия панели пришлось воспользоваться ножом, винты не хотели выходить и сидели прочно, и Булавин аккуратно вырезал крышку.

— Да вы, блин, издеваетесь, — глядя на десяток кабелей разного цвета, произнес он.

Но снова пришел на выручку интерфейс. Пара проводов, соединенных между собой хитрыми разъемами, на пару секунд засветились зеленым. А дальше все было просто — разомкнуть их и подсоединить коробку, на которой мгновенно загорелся красный индикаторный сигнал, потом сменившийся на зеленый.

Все это время голограмма Архонта, молча, стояла у него за спиной.

— Ты только что убил последнюю надежду человечества.

Рэм устало покачал головой.

— Я только что подарил человечеству нового тебя и, возможно, весь мир.

Свет в зале моргнул, потом совсем погас, голограмма Архонта поплыла, и затем растаяла в воздухе, а следом один за другим начали отключаться колонны. Булавин расслышал, как медленно снижается гудение колонн, а вибрация пола становится гораздо меньше.

Системное сообщение выпрыгнуло на этот раз совершенно неожиданно: «Поздравляем. Ваш второстепенный навык «взлом интерактивных панелей» увеличен на одну единицу и теперь равен трем. Взламывайте электронные высокотехнологичные устройства, и вы получите новый уровень».

— Перезагрузка системы Искусственного Разума, самоназвание Архонт, — раздался из пульта женский голос.

Почему-то он напомнил Рэму певучий голос матери, он так давно его не слышал, что захотелось включить головидео, увидеть ее, улыбнуться, сказать: «Мама, я люблю тебя». Но все, что у него было, осталось на Земле, а что принес с собой, погибло в сумке в кубрике транспорта «Виктория».

— … начнется через десять секунд. На уровне объявляется карантин.

И Рэма тут же накрыло сияющим силовым куполом. Он рванул прочь, но налетел на сиреневую преграду, которая отрезала его от остатнего мира.

— Обнаружен посторонний объект. Идентификация. Андроид, модель И-011. Объект расположен на диске телепорта и может быть возвращен в объект Исследователь. Оператор Рэм Булавин, вы даете разрешение на перенос? В случае отказа синтетический организм модели И-011 будет дезинтегрирован.

Рэм ушам не поверил, но голос обращался к нему.

— Да, я даю разрешение на телепортацию.

— Принято, объект телепортирован в безопасное для него место. Телепорт заблокирован. Вы готовы продолжать?

— Готов.

— Оператор, вы подтверждаете начало операции интерфейс?

— Что за операция?

— Сбой! Отмена! Разрешено! Опреаци…

Тишина, потом что-то в глубине уровне рвануло, и Рэм увидел короткую вспышку.

— Сбой программы «интерфейс», — вдруг ожила система, и голос больше не был полон паники. — Справка — программа интерфейс была заблокирована год назад. Цель программы — автоматическая установка интерфейсов во всех уцелевших на планете людей. Но год назад Архонт остановил разработку, влияние извне, сторонняя шпионская программа медленно подчинила и почти уничтожила его сущность, подменив его разум своим.

— Я не понял, что там с интерфейсом? — усевшись на пол, спросил Рэм.

— Программа запущенна, хоть и с ошибкой. Ранее ее должны были получить только обладатели аур голубого и золотого цвета, но теперь получили все. Критическая ошибка. Теперь каждый рожденный младенец будет получать интерфейс с отсрочкой активации в возрасте четырнадцати лет. Последствия того, что интерфейс получат люди с красными и черными аурами, а так же человекоподобные мутанты, не просчитаны. Мне жаль, но изменить уже ничего нельзя. Так же в результате сбоя Архонт в своем изначальном состоянии без сторонних оболочек растворился во всех сетях, доступных ему прежде, теперь весь Роякс — это и есть Архонт. Отныне планетой полностью управляет Искусственный разум.

— Да, похоже, я перестарался, — усмехнулся Рэм.

— Перезагрузка информационного центра завершена, — сообщила система, спустя восемь часов, которые Рэм провел в спальнике, больше во тьме делать было нечего. — Купол будет убран, купол будет убран… Сбой подсчетов, купол будет убран…

Рэм занервничал.

— Когда? — выкрикнул он во тьму.

— В результате сбоя уровень заблокирован на сто лет по местному летоисчислению. Снятие купола невозможно.

— Сука, а ну снимай блокировку, я же сдохну тут, — заорал Рэм и, схватив винтовку, разрядил весь магазин в границу сиреневого пузыря в пяти метрах от него. Все пули просто сгорели, пав на пол оплавленными кусочками металла.

— Сожалею, оператор, но вы останетесь здесь на весь срок консервации. Сто лет.

— Но я же не выживу, — прошептал Рэм, без сил опускаясь на пол.

— Есть выход. Защитная система снова активна, она в состоянии погрузить нарушителя в стазис на любой срок. Через сто лет вы сможете покинуть уровень. Ваш возраст будет соответствовать тому, в каком вы будете погружены в стазис.

Черт, как же хочется курить, ну что ему стоило попросить у Гирана пачку сигарет? Да, курева не было, а вот кое-что получше имелось. Рэм достал из рюкзака трофейную бутылку Эсго из каморки мертвого техника.

— Ваше решение, оператор? Второй вариант — я могу вас безболезненно умертвить.

— Заткнись, — откупоривая бутылку и делая пару глотков, произнес Рэм. — Господи, ну что за дерьмовый вискарь? — подумал он с тоской. — Я буду засыпать, выпив дешевого местного вискаря, это просто несправедливо.

Он сделал еще пару глотков, закусил какой-то фигней из первой же попавшейся банки сухпая и даже не почувствовал вкуса.

— Сто лет, говоришь?

— Сто, — подтвердила система.

— Хрен с тобой, я выбираю сон.