Чтение онлайн

Долго бы еще беседовали бойцы, но к костру подошла Галя. Она обходила подразделения и делала перевязки, осмотры. Закончив свое дело, она спросила:

— Товарищи, хотите, я спою вам новую песенку?

Над ущельем взлетели дружные аплодисменты.

Галя пела с большим чувством. При свете костра лицо девушки еще больше похорошело, бойцы приветливо улыбались ей и весело переговаривались. Песня говорила о скорой победе и о возвращении бойца-фронтовика домой, к своей любимой.

— Галочка, — расплываясь в улыбке, обратился к девушке Денисенко, — кончится война — поедем к нам на Полтавщину. Вот где мы с тобой споем так споем!

— После войны Галя поедет к нам в Сибирь, — заявил старший сержант Грешилов, подсаживаясь поближе к девушке. — Верно, Галочка?

— Нет уж, в Сибирь я, пожалуй, не поеду. Я за войну так намерзлась, что несколько лет буду отогреваться в теплых краях, — засмеялась девушка.

— Когда Галя хочет тепло, она приедет к нам, в Ташкент. Я всем женщинам нашим расскажу, как Галя поет карашо. Гостем нашим будешь, барашка резать, шашлык, плов кушать будем, — и боец Юсупов поднес четыре пальца к губам, причмокнув и покачав головой. — Поедем в Ташкент, а? — повторил он.

— Нет, Галиночка, приезжайте лучше к нам, в Киев, — попросил чистивший у костра автомат Юркевич. — К нам ближе, и климат умеренный, а город-то какой, лучше его не сыщешь…

В это время раздался выстрел часового, и эхо пронеслось по ущелью.

— В ружье!

Все быстро вооружились, затушили костер. Несколько бойцов побежали к часовому в глубь ущелья, остальные залегли, заняв оборону.

Через несколько минут к нам привели группу румынских солдат и офицеров. Они заявили:

— Не хотим воевать против русских. Мы знаем, что вы пришли освободить наш народ от фашистов. Русские люди несут счастье каждому румыну. Мы хотим бороться против оккупантов.

— Ну что, видишь? — подтолкнул Осипчук Денисенко, многозначительно подмигнув.

Румын надо было отвести в штаб. Пленный офицер обратился ко мне:

— Мы знаем, что у вас все защищают родину, и мужчины и женщины… У меня были хорошие пушки, вот бы их направить против врага. Я со всей своей батареей пришел. Офицера-немца мы убили, замки от пушек закопали в землю и горами ушли к вам…

Рано утром мы снова двинулись по заросшим лесами горам навстречу дождю и ветру.

— Сычева, тебя вызывают в политотдел дивизии, — сказал мне комбат Бородин, когда я отдала последние распоряжения по оборудованию огневых позиций на окраине одной из горных румынских деревушек.

В политотделе мне вручили кандидатскую карточку Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). Радость наполнила сердце. Я бережно взяла карточку и положила ее в левый кармашек гимнастерки.

Многое хочется сказать человеку, когда у него так радостно на душе. В такие минуты и солнце светит как-то иначе, и все люди кажутся более красивыми. Все поздравляли меня, а я посматривала с гордостью на левый кармашек гимнастерки, и на душе становилось светло и празднично.

Утром мы снова двинулись в путь, преследуя отступающего врага. Машины все выше и выше поднимались по горной дороге. Противник упорно сопротивлялся, почти через каждые пять — десять километров устраивал завалы из толстых деревьев, минировал и взрывал дороги.

Наши саперы, проявляя чудеса изобретательности, быстро устраняли все вражеские препятствия и ловушки.

Мы остановились на ночлег в маленьком горном селе. Поужинали. Спать еще не хотелось. Пришел боец и сказал, что в одной из хат есть гитара.

— Попроси на часок, поиграем, душа скучает без музыки, — проговорил сержант Юркевич.

Собравшись в кружок, бойцы приготовились слушать.

Заиграла гитара.

— Эх, нет здесь нашей Гали!.. — с сожалением произнес Денисенко.

Кто-то затянул родную песню, ее знакомый мотив подхватили все. Подошли румыны и с интересом стали слушать. Но вот они о чем-то заговорили между собой, одна женщина отделилась от группы и убежала вниз по улице. Минут через пять она привела с собой молоденькую румынку. Длинная оборванная юбка, такая же рваная кофта говорили о крайней бедности. Девушка была похожа на цыганку. Когда она подошла к нам, ее блестящие черные глаза искрились, по лицу блуждала радостная улыбка.

— Она хорошо поет, — сказал нам румын, немного говоривший по-русски, — аккомпанируйте ей.

Девушка приготовилась петь. Лицо ее сразу изменилось, стало грустным и скорбным, в глазах появилась печаль. Полился приятный низкий грудной голос. Девушка пела на родном языке, мелодия была полна тоски. Но вот в конце песни в ее голосе появились другие нотки — твердые, четкие, лицо стало суровым, теперь оно, казалось, призывало к мести, к борьбе. Затем она осторожно, как что-то близкое и дорогое сердцу, протяжно произнесла: «Русский… Брат…»

— Я могу пересказать эту песню, — сказал тот же румын, когда девушка кончила петь. — В ней говорится о тяжелой доле народа под игом фашизма, о его нищете под властью бояр, о сиротах, у которых отцы погибли на войне. Песня призывает народ поднять голову и пойти за русскими братьями, за Советским Союзом.

— Откуда она знает ее? Где она могла ее выучить? — удивились мы.

— Ее зовут Марто, она жила с родными в Бухаресте. Отец и мать работали на папиросной фабрике. Один старый учитель пения пожалел талантливую девочку и взялся бесплатно учить ее петь. Учитель рассказывал Марто о России, о русских и научил ее этой песне. Он предупредил девочку, что петь ее она сможет только тогда, когда наш народ избавится от фашизма и станет вместе с русскими строить новую жизнь. Тогда Марто, говорил ей учитель, сможет учиться бесплатно и станет певицей.

Когда началась война, отца Марто забрали на фронт, и больше они о нем не слышали. Мать не могла одна прокормить детей. Пришлось и Марто идти работать на фабрику. А когда умерла от туберкулеза мать, трое детей остались сиротами. Марто вместе с младшим братом отправилась в деревню к бабушке, а старшего взял какой-то купец в работники. Целыми днями ходила Марто по деревням, пела песни. За это ей давали корки хлеба.

— Сегодня первый раз в жизни девушка поет громко песню надежды, песню, которую до сих пор пела только тайком. Вы, русские, освободили румынский народ от фашистов, простые люди Румынии знают, что русские несут нам спасение и мир, — закончил рассказ переводчик.

Марто спросила через переводчика:

— А это правда, что у вас все бесплатно учатся?

Бойцы стали рассказывать о том, как у нас живет молодежь. Марто с восторженными глазами слушала переводчика, и все окружавшие нас румыны удивленно, а некоторые и недоверчиво качали головами. Через несколько часов мы покинули румынскую деревню, но голос Марто еще долго звенел в наших сердцах.

Поспешно оставляя Карпаты, немцы старательно заваливали лесные дороги, минировали обочины, взрывали мосты, безуспешно стараясь задержать стремительный натиск наших войск. Скоро мы вышли к реке Быстрица.