Чтение онлайн

– Что сказали в Москве, Хашим? – спросил Эль-Абу.

– Терли базар. Как только стали пиньдюжиться, [14] мы их…

– Я не понимаю этих слов, Хашим. Говори по-русски!

– Одним словом, их не очень устраивает, что мы развернули свой бизнес в столице. Хотят встречи на высоком уровне.

– Кто хочет?

– Есть один человек. Очень серьезный и осведомленный.

– Кто?

– Он себя не назвал.

Хашим счел благоразумным подробно о Стекольщике не рассказывать.

– Если хотят говорить со мной… Надо подумать о встрече на нейтральной территории! – обстоятельно произнес Эль-Абу. – Что в городе? Где фээсбэшник?

– Как сквозь землю провалился. А в бильярдную наведывались какие-то… не пойми какой масти, интересовались тяжелыми шпалками [15] и…

– Я же просил тебя говорить по-русски! – вновь осек Хашима Эль-Абу Салих.

– Оружием интересовались, готовы были купить.

– Выкиньте их. Ни в коем случае не связывайся.

Хашим кивнул головой, затем попрощался. Через полчаса он был уже в своем загородном особняке и самолично отправил для Стекольщика сообщение по электронной почте. Там (разумеется, не открытым текстом) он сообщил последнюю информацию. Особо проинформировал о невесть откуда взявшихся «покупателях», подробно описав их внешность со слов администратора. Упомянул и о неизвестном, сорвавшем захват фээсбэшника Булышева… Не прошло и пары часов, как Стекольщик позвонил Хашиму лично. По специально приобретенному для такой связи мобильному телефону с двумя уровнями защиты от прослушиваний.

– Хашим, гостей надо принять и оказать любезный прием, – вынес решение Стекольщик. – В самом прямом смысле этого слова.

– Я понял вас. Можете не беспокоиться.

Сказанное Стекольщиком означало, что Хашим должен пойти на контакт с незваными гостями, выяснить о них как можно больше, по возможности использовать для дальнейших дел.

Получив сообщение от Хашима, Стекольщик тут же стал просматривать свой богатый компьютерный архив. Даже по сбивчивому описанию «покупатели» были неуловимо на кого-то похожи. Стекольщик должен был выяснить на кого, просматривая личные дела бывших и действующих сотрудников ФСБ, ГРУ, других спецподразделений и служб… Конкурирующей фирмы быть не могло. В этом Стекольщик был уверен на все сто. Значит, кто-то вторгся в игру. Булышев, как было точно известно Стекольщику, был одиночкой. На силовую поддержку ФСБ эти ребята не похожи. Стоп! А вот это кто?! По описанию похожи, причем запечатлены на одной фотографии. А рядом кто? Еще два бойца и молодая женщина, всего пять человек. Насколько возможно, подробные данные о каждом. Стекольщик взял телефонную трубку и через полчаса уже знал, что ни одного из этих пяти, изображенных на одной фотографии, в данную минуту нет ни дома, ни на службе… Редкое совпадение! Случайность Стекольщик всегда исключал. Таким образом, не прошло и часа, как Стекольщик вычислил неожиданных персонажей, нагло влезших в его пьесу. Подполковник Вечер, капитан Малышев, прапорщики Аржанникова и Никандров. Плюс отставной майор Сергеев… Да, так и есть – Афганская пятерка. Все они были военнослужащими спецназа ВДВ, точнее, специальной оперативно-тактической разведки. Стекольщик, в недавнем прошлом служивый человек, был прекрасно осведомлен об участии пятерки во многих боевых операциях. Даже в стенах главного штаба ВДВ Вечера, Сергеева и их подчиненных называли «отморозками» и «боевыми псами». Впрочем, штабисты всегда недолюбливали строевиков, тем более спецназовцев, которые, не слишком уважая субординацию, могли послать такого штабиста куда подальше… Групповое фото, оказавшееся в архиве Стекольщика, было редким, разведчики ВДВ не слишком любят тиражировать свое изображение. Тем не менее в архиве Стекольщика эта фотография имелась.

«Ну что ж, – мысленно усмехнулся Стекольщик, – как было сказано в замечательной комедии "Кавказская пленница": кто нам мешает, тот нам и поможет».

Стекольщик выстраивал дальнейший план своих действий с такой легкостью, точно складывал из кубиков игрушечный домик. Теперь получалось, что появление Афганской пятерки играло ему, Стекольщику, на руку. Классный шахматист (коим Стекольщик являлся в прямом смысле слова) с первых ходов заставляет фигуры противника играть по его, гроссмейстера, правилам… Поэтому Стекольщик тут же связался с Хашимом.

Отдохнуть Хашиму в тот день было не суждено. Вскоре после Стекольщика позвонил администратор бильярдной и сообщил, что «покупатели» явились. На сей раз, кажется, со своим «большим». [16]

Хашим так спешил в бильярдную, что даже забыл заехать в парикмахерскую, сделать укладку и побриться. В кабинете администратора уже сидели «покупатели». Здоровенный, коротко стриженный амбал с пронизывающим взглядом глубоко посаженных темных глаз, без сомнений, являлся «большим». Рядом с ним парень пониже ростом, гораздо худее, но с отбитыми, мозолистыми кулаками, худыми, при этом широкими плечами и слегка искривленным боксерским носом. Каждому было лет тридцать пять, и их никак нельзя было назвать безбашенными, отмороженными пацанами. Что ж, новый хозяин Хашима велел обеспечить любезный прием. По возможности затянуть незнакомцев в свои сети. Проверить, разузнать.

Как и было условлено, через два дня мы вновь появились в кабинете бородатого администратора бильярдной. Нас было двое – я и Кентавр. Бородач тоже был не один. Чуть поодаль от него в удобном кресле расположился одетый в дорогой костюм мужчина с усами и двухдневной щетиной на лице. Он прибыл позже, сдержанно поздоровался с нами, а затем слово взял администратор.

– Товар, коим интересовались, у нас есть, – сказал он. – Вполне можем заключить сделку, но… Есть у нас некоторые сомнения.

Кентавр ничего не ответил. Продолжал смотреть на бородача, разминая пальцами сигарету.

– Что молчишь? – не выдержал затянувшейся паузы бородач.

– Если сделка не состоится, поедем в соседний регион, – ответил вместо Кентавра я.

Администратор бросил на меня неприязненный взгляд, ответом не удостоил. Его интересовал Кентавр, которого я представил как нашего «старшого».

– Восемь плевательниц, [17] три картофелебоя с картофелем [18] плюс партия гороха, орехов и семечек, [19] – подал голос из своего угла небритый в дорогом костюме.

Кентавр вновь смолчал, но одобрительно кивнул. В отличие от меня, он сразу понял, о чем идет речь.

– Говорите цену, – сказал я.

Небритый назвал. Нулей было многовато. Кентавр опять же молча покачал головой.

– Сбавить нельзя? – спросил я.

– Ты что, сапог? [20] Возвращайся обратно в свою армию, там тебе бесплатно все выдадут! – ощерился администратор.

– Акча [21] не по нам, – заговорил Кентавр. – Надо съэкваторить, [22] иначе талы-талы [23] завершены.

– Ты с Сибири такой разговорчивый? – спросил небритый.

– Верно. Даль [24] моя родина, – ответил Кентавр. – Но сейчас у меня интерес в другом регионе.

– Ты сам по речи из путевых, [25] – продолжил небритый. – Но под тобой рамзесы с гренадерами [26] ходят… Как называть-то тебя, гость с дали?

– Без погоняла Михаилом Григорьевичем… Будем экваторить? – напомнил о цене Кентавр.

– Нет, – ответил небритый. – Но если бы мы сумели договориться с тобой по одному вопросу, то… за четверть цены пошел бы и картофель, и плевательницы.

– Слушаем тебя, – произнес Кентавр, одобрительно переглянувшись со мною.

– Назови регион, что под тобой.

Кентавр назвал несколько сибирских и центральнороссийских населенных пунктов. Сейчас мы рисковали, так как здешние бандиты вполне могли знать реальных тамошних. Но Кентавр сумел выкрутиться и здесь.

– Некоторые «зоны», правда, еще не поделены. Но скоро под нами будет все, – твердо проговорил Кентавр.