Чтение онлайн

– Не глупи, капитан, тебе пригодится моя помощь, – Ловкач горячо шептал Терехову, – у вас каждый человек на счету! Дай мне винтовку, родной ты мой, автомат дай!

Терехов ничего не ответил, лишь равнодушно отстранился от уголовника. Свиридов ждал у ворот, и капитану не хотелось подвергать лейтенанта ненужному риску. Отпуская пленных, Терехов не только проявлял милосердие по отношению к ним. Он также выигрывал время – лишние минуты, остро необходимые для проведения последних приготовлений к обороне. Несомненно: немцы не преминут допросить уголовников по поводу количества русских, их расположения и известных оборонительных рубежей. Ну а Терехов, само собой, позаботился о том, чтобы пленные выдали дезинформацию.

Усилия капитана являлись даже не каплей в море… скорее они были совершенно бесполезны. Терехов понимал, что выжить его отряду не удастся. Но любая мелочь, осложняющая немцам штурм, неминуемо вела к увеличению их потерь.

– Ну хоть гранату дай. Гранату дай мне, я скажу, что у меня сведения важные, попрошусь к генералу ихнему! Слышишь?

– Бегом на выход. Если останешься во дворе, я скомандую открыть огонь, – решительно высказался Терехов и скрылся в доме. Ловкач, разочарованно посмотрев ему вслед, уныло побрел к воротам. Туда, где его нетерпеливо ждали остальные собратья по несчастью.

За опутанными колючей проволокой заграждениями заключенных отфильтровали. Ловкача забрал с собой представительный молодой человек в штатском, а остальных едва ли не разорвали на части командиры разномастных отрядов, нанятых Книппелем. Нет никаких сомнений, что несчастным предстояли длительные и подробные допросы.

– Герр Эйсман, не знаю, что и сказать… – Ловкач, может, и не знал, что сказать, но с действиями, похоже, давно определился. Первым делом он набросился на сигареты, которые молодой человек предусмотрительно выложил на стол. Заключенный живо распечатал пачку, чиркнул зажигалкой, без слов предоставленной собеседником, и с наслаждением сделал первую затяжку.

– Черт возьми, этого мне не хватало. – Ловкач закрыл глаза.

– Операцию вы провели достаточно успешно. Признаться, я, как и многие, не верил в успех этого предприятия. Эйзенбург был крепким орешком. Сейчас от него остались одни руины. Работа комбината парализована, Штайнеру предстоят внушительные траты для того, чтобы вновь запустить его. И это… вряд ли получится. – Молодой человек холодно усмехнулся.

– Я профессионал, герр Эйсман. Как и вы.

Не имело смысла запускать столь сложную и рискованную операцию для того, чтобы в итоге ограничиться всего лишь легкой диверсией. Восстание идеально совпало с финансовыми трудностями консорциума. Маловероятно, что компания Штайнера сумеет изыскать необходимые средства для того, чтобы восстановить предприятия Эйзенбурга.

Ловкач прикончил сигарету в несколько затяжек. С надеждой посмотрел на собеседника. Тот щелчком отправил пачку в руки бывшего заключенного.

– Значит, будем работать. Вы впечатлили нас. Не имеете ничего против еще одного задания?

– Нет, герр Эйсман. Но у меня есть одна просьба. Скажите, есть возможность отменить это все? Я имею в виду штурм. Эти люди могут пригодиться нам в дальнейшей работе…

– Исключено, – покачал головой молодой человек. Заметил как вскинулся Ловкач, собираясь что-то добавить, и повторил: – Исключено.

– Прошу, господа! – Безукоризненно одетый официант поклонился, приглашая к столу.

К нам с Настей это приглашение, разумеется, не относилось. Мы стояли в сторонке под бдительной охраной двух военных и смотрели на шикарно накрытый стол, за который усаживались трое немцев.

Высокий, подтянутый, в пошитой по фигуре форме – Йозеф Книппель. Двое гражданских – один нормального телосложения, второй раскормленный, словно свинья на убой. Специалисты и координаторы работ, насколько я понимаю. По крайней мере, толстяк уже совался ко мне с парой вопросов, но Книппель попросил его повременить. Обещал сначала показать замечательное представление, а уж потом заняться делом. Мол, развлечения не могут ждать.

Так что теперь на небольшой пологой возвышенности, с которой открывался вид на Лебеди, я стоял, держа руку Насти, а немцы занимались обедом.

Прекрасно сервированный стол, вышколенный официант. Чистый воздух, прекрасный вид. И на закуску прелестный десерт – шикарное представление. Блюдо, сдобренное кровью и смертью.

– Ваш вкус, Йозеф, всегда был на высоте. – Толстяк выразительно причмокнул, устраиваясь поудобней. Книппель, покачав головой, привлек его внимание, указав вниз, на укрывшуюся в ложбине деревню.

– Сейчас эту часть, занимаемую бандитами, обработают минометы. Затем в атаку пойдут подразделения казаков. И все это на наших глазах!

– Тот отряд наемников, что вы посылали, так и не откликнулся? – Второй гражданский в отличие от толстяка совершенно не спешил к обеду. Напротив, взяв бинокль с края стола, внимательно посмотрел на деревню.

– Нет, к сожалению, – помрачнел Книппель, – после того как они разгромили отряд бандитов и взяли пленных, от них не было ни слуху ни духу. Но я думаю, это всего лишь связь, не более того. Терять столь боеспособный коллектив жаль. Он бы сейчас здесь очень понадобился.

Вздрогнув, я быстро посмотрел на немца. Бандиты, которых они разгромили. Не Бон ли это со своей таинственной группой? Черт возьми, как бы это половчее выяснить? В своего товарища я верил просто на все сто и даже больше процентов. Так что весть, будто эта самая группа захвата пропала без вести, не могла не радовать. Не исключено, что слухи об уничтожении «бандитов» и захвате их в плен несколько преувеличены.

– Со связью огромные проблемы. – Толстяк также взял со стола бинокль и направил его на деревню. – Постоянные перебои. Вчера группа наших изыскателей пропала.

– Верно, верно… – сделав глоток вина, поддержал второй гражданский. – Рации очень ненадежны. Мы потеряли связь со Шплитаром, что уж тут говорить!

Жадно вслушиваясь, я искал подтверждения своему предположению о том, что Бон сумел избежать ловушки либо вырваться из нее.

– Начинается! – прервал обсуждение Книппель, предлагая полюбоваться выдвинутой на позиции артиллерией. Вокруг шестиствольных минометов суетились бойцы. По команде отбегали в сторону, укрываясь за небольшими брустверами.

– Обратите внимание на часть, занятую бандитами. Именно там будет происходить основное веселье, – подсказал Йозеф.

Издавая истошное «ииии-а», поочередно разрядились минометы. Длинные росчерки трасс вращающихся снарядов промчались по небу, завершая свой путь на территории, окруженной буферными заграждениями. Почти сорокакилограммовые снаряды, соприкасаясь с деревянными строениями и землей, вызывали страшные разрушения.

Поневоле подавшись вперед, все трое немцев затаили дыхание. Даже официант, на время забыв о своих прямых обязанностях, развернулся в сторону творящегося действа. Мы же с Настей, будто окаменев, застыли на своих местах. Мне никогда не доводилось быть под обстрелом, однако того, что я видел собственными глазами, вполне хватало, чтобы понять – происходило нечто ужасное.