Чтение онлайн

Юный Давид смотрел на босса команды Никласа Вернера как на божество, как на личного Баббо Натале [7] , готовый соглашаться со всем, что тот говорит. А Вернер отвел его в сторонку и вкрадчивым голосом сообщил:

– Давид, повторю один раз: никаких глупостей с Соней. Это понятно?

– С Соней? Но…

– Ты ей не нужен. Ей еще учиться несколько лет, отвлекаться ни к чему.

Давид пролепетал в ответ что-то нечленораздельное. В услышанное просто не верилось: какое дело боссу команды до Сони?!

– В ином случае мы не сработаемся, – припечатал Никлас Вернер. – Это первый и последний разговор на эту тему, повторять я не стану. Думай.

Порывистая натура требовала бунта, старого хрыча Вернера хотелось послать далеко и надолго. Но случались в жизни моменты, когда Давид брал себя в руки, и это был тот самый момент. Едва он открыл рот, как вспомнил семью, кузенов и братьев. Всех тех, кто в него верил каждую минуту. Вспомнил проданный родителями дом. Если что-то Давид и мог поставить выше безумной влюбленности и гонок, так это семью. Семью он тоже любил, но намного больше. Семье он был обязан всем.

Никлас Вернер выглядел человеком, который слов на ветер не бросает. Позже Давид узнал, что Вернер заменил Соне отца: воспитывал ее, направлял, наставлял. Готовил к будущей роли в команде. Это не было тайной, но почему-то Давид пропускал все слухи мимо ушей, болтаясь в гаражах «Зальто» почти месяц. Им с Соней было не до сплетен. Он считал все побочное песчинками под ногами, забыв, что они имеют привычку набиваться в ботинки и мешать ходьбе.

Давид порвал с Соней и подписал контракт. Что-то умерло в его душе, но это такие мелочи!..

Когда через несколько лет умница Соня Ридель объявилась в команде, размахивая заумным дипломом и поглядывая на всех свысока, отношение Давида к ней переменилось. Она его раздражала. Тем, что напоминала об их разнице, а еще о его слабости. Это же была слабость? Его прогнули, а он прогнулся, словно сырой прут. И даже со всеми чемпионствами его прогнут опять, если понадобится, потому что Никлас Вернер все еще босс команды и человек со связями, а Соня Ридель – взращенный им умненький цветочек, который он не отдаст кому попало. Какому-то нищему (хотя теперь уже совсем не нищему) парню из ниоткуда. Стоило об этом вспомнить, как уязвленное самолюбие начинало царапать что-то внутри, эта рана не зажила даже годы спустя. Словно нанесена была отравленной стрелой и в самое слабое место. Поэтому относиться к Соне Ридель равнодушно не получалось. По крайней мере, пока она маячила рядом.

У Давида жесткий контракт, придется потерпеть еще немного. А потом он свалит… да хоть в «Биалетти». Исключительно чтобы посмотреть на кислую рожу Вайсберга, когда тот увидит, с кем придется гоняться. На такой же машине Давид будет впереди, без сомнений. Вайсберг слишком занудный, чтобы бороться по-настоящему, его удел – нытье в прессе или по радио.

Поскорее бы квалификация – Давиду не терпелось раскатать Вайсберга.

– Minchia! Minchia, minchia [8] ! – орал Давид после квалификации.

Гонщики, занявшие первые три места, отправлялись на короткое интервью, но Давид Моро свирепствовал в боксах, потому что в итоговую тройку не вошел. Он так сильно хотел покрасоваться, что допустил ошибку – на быстром круге выехал всеми колесами за пределы трассы.

К сожалению, командный мостик «Биалетти» оказался внимательным и нажаловался судьям, которые удалили прекрасное время Давида. Пока это происходило, Вайсберг забрал поул [9] , а квалификация закончилась. Давид упал на седьмое место, провалив старт сезона просто потому, что пытался утереть всем нос. Хотя не всем, а конкретно Киферу Вайсбергу, разумеется. Остальных для Давида не существовало настолько, что он и имени своего нового напарника не запомнил, звал его Лори или Ларри.

Но квалификация далеко не гонка, шанс отыграться оставался.

– Minchia! Зачем вы пустили меня последним? – орал Моро на гоночного инженера. – Я бы успел поставить время, если бы стартовал на минуту раньше! На одну минуту! Или даже на тридцать секунд! Так сложно было это предусмотреть?! Или мне самому заняться своей же стратегией?

– Давид, хватит. – Пьер устал выслушивать претензии. – Ты сам так хотел.

– Нам нужен был запас! Эти красные крысы с жалобами… Разве непонятно, что они возьмутся за свое? Только и умеют жаловаться и ныть, жаловаться и ныть… гонять-то так и не научились!

В этот момент на экране в гаражах крупным планом высветилось лицо Кифера Вайсберга. Он широко улыбался, приглаживая белесую шевелюру после шлема, и рассуждал о том, как прекрасно ехала машина и как важно не нарушать правила. Далее он упомянул, что гонки – не просто бои на трассе, а умные и аккуратные сражения, явно кидая камень в огород Давида Моро. Закончилось короткое интервью обещанием взять победу завтра.

– Cretino, – буркнул Давид. – Нытик проклятый.

Его заявление никто оспаривать не решился, но вообще-то жалобы друг на друга – типичное поведение всех команд. Тот же Давид весь прошлый сезон ныл по радио, ныл в интервью и даже в соцсетях упоминал о нечестных приемах соперников… А сколько раз они подавали жалобы на «Биалетти» и просили расследовать инциденты на трассе – не счесть.

Нельзя не подпортить гонку противникам. Потому что «Формула-1» не только демонстрируемые на экране заезды блестящих болидов, это много подковерной борьбы и интриг. Да, интриги – это основа королевских гонок!

– Завтра мы минимизируем ущерб. – Ник похлопал Давида по плечу. – А пока возьми себя в руки, тебе скоро к прессе выходить. – Это он намекнул, чтобы Давид не наболтал лишнего на эмоциях. Его взрывной характер часто выходил боком команде, пиарщикам потом приходилось ночами не спать, думая, как разрулить очередное такое «интервью». Если введут штрафы за ругательства, Давиду придется заклеить рот.

Моро зло отбросил в сторону подшлемник и направился к выходу. Разозлился он порядочно, и это еще никто не намекнул ему, что в потере идеального круга виноват он сам. Жалоба «Биалетти» была обоснованной, Давид правда выехал за пределы трассы. Но команда уже научена горьким опытом, все быстренько «забыли» о случившемся до разбора полетов, который пройдет после гонки, а не перед важным стартом и тем более не перед общением с прессой.

Уже без отеческой улыбки Ник посмотрел на Соню:

– Жду идеи, как это разрулить.

– Машина у «Биалетти» в этом сезоне хороша, будет непросто.

– Это я и сам понял.

– По чистой скорости не обойдем. Дождя завтра не предвидится, условия на трассе близки к идеальным. С базовой стратегией приедем в тройке.

– Нам нужна победа, это первая гонка сезона. Нельзя уступить ее «Биалетти».

– Зато очки наберем. А в Бахрейне победим.

– Или?

– Или… Погода прохладная, есть небольшой шанс вытащить гонку альтернативной стратегией с одной остановкой. Но придется посидеть над расчетами и подумать. И это риск в любом случае.