Чтение онлайн

Через час или больше мертвецов поменяли местами. Землекопы погрузили гроб с бродягой в могилу, закидали ее землей, придали холмику прежний вид, разложили венки и цветы, воткнули крест. Лейбович выплатил им остальные деньги и дал еще сверху по паре монет.

Могильщики едва не подпрыгнули от восторга.

– Напрасно радуетесь, – мрачно молвил профессор, – это не за красивые глаза, а за молчание.

– Проболтаетесь, хоть пьяными, хоть трезвыми, башку оторву! – предупредил Лейбович.

Хейзер посмотрел на друга с удивлением: он не ожидал от друга подобной лексики.

– Что вы такое говорите, воля ваша? – пробасил верзила. – Мы же с понятием.

– В таком случае проваливайте! – сказал Хейзер. – Никто вас больше не задерживает! Вы нас не видели, и мы вас тоже!

– Пошли, Груббер, – сказал верзила притихшему напарнику, – на вокзале еще открыт буфет.

Закинув заступы на плечи, они потопали прочь, чавкая башмаками в раскисшей земле.

Лейбович и Хейзер смотрели им вслед, пока обе фигуры не растворились в темноте.

– Так-с! Открываем! – сказал Хейзер, нетерпеливо потирая руки.

Заговорщики отвинтили шурупы, приподняли крышку, и осветили гроб фонарем. Их взору открылась дикая картина. Руки Гардаша оказались раскинуты в стороны, тело перевернуто на бок, на губах и усах виднелись следы, похожие на пену при бритье.

– Невероятно! – поразился Лейбович.

– Тьфу ты, проклятье! – рассердился Хейзер и даже отвернулся, чтобы его не вытошнило на гроб. – Это следы рвотных масс!

– Значит, он жив? – пробормотал потрясенный Лейбович, едва не уронив фонарь.

– А ты не верил? Признавайся, Питер! Не поверил же мне? Русский ударился в спячку, как медведь зимней порой!

– И куда его теперь, Руди?

– У меня все под контролем, – заверил Хейзер, вытащив из кармана часы и откинув крышку. – Через четверть часа прибудет грузовик. Он отвезет оцинкованный гроб с незаметной глазу вентиляцией на вокзал. Там его погрузят в багажный вагон Бернского поезда. Место уже оплачено.

– А граница? А таможенники?

– Не волнуйся, документы в порядке. Этот сиятельный труп отныне не Гардаш, а Леман, швейцарский альпинист, разбившийся в Карпатах.

– Хочешь сказать, на самом деле, был такой альпинист?

– Чудак ты, Лейбович! Совсем не изменился со времен академии! Какая тебе разница? Ну, не альпинист, а лесоруб, погибший в пьяной драке! Все равно тут комар носа не подточит. Австрийцы это воспримут равнодушно, а швейцарцы, поверь, с гордостью и печалью.

– Я буду молиться, чтобы все получилось, – сказал Лейбович. – Но я волнуюсь за тебя.

– Давай договоримся. Из Швейцарии в случае успеха я отобью телеграмму с условным текстом: например, дядюшка здоров, шлет приветы.

В этот момент из-за поворота мелькнули фары автомобиля, раздалось урчание двигателя.

– Пора, – сказал Хейзер, спешно завинчивая крышку гроба. – Уходи поскорее, нас не должны видеть вместе!

Друзья сердечно обнялись на прощанье.

Молодой барон предпочел не заходить в дом тетушки Шлоссера и остался ждать в машине. И это было на руку Кате, которая, едва отворив двери, бросилась искать бирюзовую шкатулку, купленную у антиквара Отто Вагнера.

Графиня достала из сумочки стопку писем Алекса, перевязанную лентой, разложила перед собой. Сравнивая даты на штемпелях, она нашла те письма, в которых говорилось и о знакомстве с бароном Вебером, и о ночном визите монаха, раскрывшем тайну «небесных посланников». И вырезку из австрийской газеты насчет мертвеца-иезуита, тело которого нашли на откосе. И схему тайника.

Она порылась в кладовке, нашла инструменты и перешла в другую комнату. Там она отсчитала восемь паркетин от окна, подцепила отверткой девятую и вытащила ее. Остальные было вынуть проще.

Катя засунула руку в темную нишу – есть!

Она вынула бирюзовую шкатулку, раскрыла ее, но в бархатном углублении лежали только два модуля. Катя еще раз пошарила рукой в нише и достала тонкую папку. Она аккуратно уложила паркетины на место, и присев к столу, стала изучать содержимое папки, которую так и не обнаружила полиция.

Ее привлек рисунок мотора в разрезе. Этот рисунок Гардаш выполнил не карандашом, как остальные, а цветной тушью, тщательно, стараясь не упустить подробности. В самом «сердце» мотора, под рабочими цилиндрами, Катя нашла что искала: обведенное кружком изображение третьего модуля с иероглифом «Воздух».

Будучи образованной и умной барышней, Катя поняла, что Алекс нашел способ закамуфлировать истинный движитель летательного аппарата – минерал гардарит.

Вот что означают «Безопасные полеты с бароном Бруно фон Вебером» – уцелевшие слова на выцветшей афише в городе. Алекс установил гардарит в мотор аэроплана. Винт помогал ему оторваться от земли, но дальше вступали в силу таинственные свойства модуля из шкатулки, которые создавали невесомость и позволяли лететь куда угодно и как угодно долго.

Довольная собой, Катя забрала только шкатулку, оставив в тайнике оба камня, собрала чемодан и вышла во двор.

Вебер помог ей погрузить вещи в машину и предложил пообедать в ресторанчике.

Она согласилась, но по дороге попросила Бруно показать «Желтую Рыбу», о которой писал Алекс. Вебер был польщен. Он сказал, что не только покажет крылатую машину. Если рабочие успеют собрать крылья, он непременно покажет графине Штирию с высоты птичьего полета.

Глава 6. Бескрылый беглец

Всякая сентиментальная чепуха мелькала в голове Гардаша, продырявленного пулей 9-го калибра, пока он трясся в багажном вагоне Бернского экспресса.

Хейзер сидел в вагоне-ресторане, и доедал Камамбер, запивая вином, когда попросили приготовить паспорта. Поезд приближался к швейцарской границе.

Появился таможенник.

– У вас есть, что предъявить для досмотра? – спросил он Хейзера.

– Чемодан и саквояж. Там личные вещи.

– А багаж?

– Прошу прощения… Вы имеете в виду гроб?

– Да-да, именно гроб, сударь. Сожалею, что отрываем вас от ужина, но вам придется пройти с нами.

– Извольте!

В багажном вагоне среди груды ящиков и сундуков лежал обязанный веревками гроб. Возле него уже стоял австрийский офицер-пограничник с таксой на поводке, украшенном бляхою с государственным гербом.

Собака противно тявкала, нюхая дерево.

– Что внутри? – спросил таможенник профессора.

– А что, по-вашему, может быть в гробу? – попытался отшутиться Хейзер. – Думаете, мертвец сбежал?