Чтение онлайн

Это был последней попыткой отвернуть исход приближающегося финала. Он думал, что народ такие слова поколеблют. И он сможет избежать того, что тяжелим фатумом, залегло над его головой. И он был так близок к этому.

Но вдруг дело резко получило совсем другом поворот. Дело в том, что многие из тех, кто просто стоял и наблюдал, до сей минуты, вдруг вскрикнули:

– Распни его! А за кровь мы ответим! Пусть его кровь падет на нас и на наших детей!

Такого поворота не ждал никто. Даже первосвященники ужаснулись от таких слов. Но было уже поздно.

Увидев это Пилат понял, что контроль над толпой потерян. И что делать дальше не знал никто.

Тогда он встал и крикнул в ответ:

– Пусть будет по-вашему! – а потом обратился к сотнику и тихо сказал – Иди, сделай то, что они хотят.

Первосвященник

Древний Израиль – земля, текущая молоком и медом. Да, это именно тот обещанный Богом Израиль. Однако, здесь нет ни молока, ни меда.

Здесь только крики и плачь. А еще штандарты римского легиона, которые префект приказал внести в столицу Иудеев.

Уже прошло свыше семидесяти лет с того дня, как Иудея попала под власть Рима. Сделал это некогда известный полководец Помпей 15 . Он присоединил все эти земли к Римскому государству. А также сбросил правящую династию Хасмодеев. Вследствие чего на царском троне оказался чужак. И не просто чужак.

Когда-то еще в свое время Аристобул 16 , Иудейский князь, присоединил к своим землям небольшой народ – Идумею. Он заставил всех принять иудейские традиции и верование. Чтобы таким образом их полностью поглотить и растворить серди иудеев. Но как бы это не выглядело парадоксально, именно идумеец 17 пустил корни на царском троне. А единственные, кто еще почитал, все обычаи была группа правоверных ортодоксальных иудеев – фарисеи 18 .

Первосвященники менялись на посту главного жреца с бешеной скоростью. Так, что простые люди даже и не знали, кто именно несет службу перед их богом. И кто приносит жертвы за народ всемогущему. И вот одним из таких бивших первосвященников бил Анна.

– Доброе утро тебе отец народа – послышалось с порога, и через несколько минут в комнату вошел молодой человек – Смотрю, ты не спишь.

– Да уж, не спится мне. Не спится! – вздыхал тот, который сидел в кресле – Ты слышал о том новом проповеднике из Назарета?

– Да. Слышал. И что с того?

– А то, что он притягивает к себе людей – крикнул, Анна и стукнул кулаком по столу – Надеюсь, ты понимаешь, что если к нему примкнет много людей, будет очень плохо. Кто останется с нами, в конце концов.

– Да брось! – спокойно ответил Каиафа – Разве мало их таких было!? Ходят и народ будоражат. Ну и что потом! А потом раз и чудо не состоялось. Вот и все.

– Смеешься, да! А между прочим сын мой, он куда сильнее все остальных. Разве ты не видишь, какие он собирает толпы людей. И чудеса, говорят, творит. А главное, он утверждает, что будь-то бы он мессия.

– Таких мессий ведь тоже было не мало. Ходили, провозглашали себя мессиями, подстрекая, народ, а потом их казнили. Помнишь Сымона, Иоанна.… Да их много было. И где они теперь? Римляне их распяли. Так и с ним произойдет.

– А если нет! Что тогда? А ты знаешь, как я волнуюсь. Я хочу счастливой жизни тебе и моей дочери Саломеи. И чтобы не было никакой войны в наше время. А теперь представь, что он может захотеть по-другому?! Да, представь! И что тогда!

– Главное, что скоро Пасха!

– Именно! И я об этом же. Он может появиться возле Храма и начнет излагать свои идеи. А народ то темный. Они же не понимают, что такое политика. Что Пилат такое может расценить как подготовку к восстанию. И тогда произойдет самое, что ни есть хуже – римляне введут свои войска в город. Кто тогда нам поможет!

– И тогда опять крести. Много крестов резюмировав Каиафа.

– Собственно да. Сыны Ирода никудышны. И прока с них никакого. Их никто не поддерживает. И даже презирают.

– Но что же тогда делать? Почему все так против нас!

В этот момент в комнату вошла младшая дочь Анны. Гадера – молодая, красивая девушка. Ее длинные волосы спадали на плечи. Одета она была в обычную для своего времени одежду. Ее лицо излучало столько доброты и искренности. Карие глаза, тонкие черные брови, красивая талия. Словно нарисованная принцесса.

– Доброе утро отец! Почему не спишь? Может тебе что-то принести?

– Нет, ничего не надо. Иди-ка еще спать. Мы здесь обсуждаем свои дела.

– Хорошо отец.

– Позволь мне спросить, что ты слышала о новом учителе из Назарета?

– Почти ничего. А почему ты интересуешься?

– Просто так.

– Ну, говорят, что он лечит больных, может творить чудеса. Говорят, его слова обладают какой-то силой. А еще он может воскрешать.

–Знать-таки, правда – тихо сказала Каиафа.

Девушка вышла из комнаты, а за дверью послышались чии-то голоса. Слышно было, как она с кем-то разговаривала. Наверное, с Сусанной, старшей дочерью Анны, женой Каиафы, который, являлся не только первосвященником, но был зятем Анны.

Тем временем в двери появился чей-то облик. Это был Гамалиил, старый и очень авторитетный учитель. Мужчина был старым, имел длинную седую бороду, низкое чело и маленькие глазки.

В целом народе его уважали и чтили самым умным среди учителей закона. Он также вел при Храме особую школу для мальчиков, в которой учил их писания. Его авторитет был на слуху у каждого еврея. И не только здесь. Но и за пределами Иудеи.

– Как хорошо, что ты к нам заглянул учитель – обратился Анна – И с чем же ты пожаловал в такую рань?

– Просто так решил проведать вас и вашего зятя. Кто знает, возможно, завтра уже не смогу этого сделать.

– Да, возможно. Все у руках в Всевышнего – ответил Каиафа – Садись старче. Мы бы очень хотели услышать твое мнение, вот по какому делу.

– Но что я могу сказать. Ведь я старый Гамалиил. И не больше чем. Не думаю, что могу очень сильно что-либо посоветовать. Все это только мысли глупого старика.

– Нет, нет, не бойся сказать – поспешил Каиафа – Ведь дело-то серозное. Думаю, ты слышал о не ком Иисусе из Назарета!

– Конечно, слышал. О нем все слышали. А что, умный молодой человек. Думаю, от бога сей парень.

– Да что ты несешь – зашипел Анна – Он очень опасен. Разве не видишь, как за ним люди тянутся. В крае стает все больше не спокойно. Скоро со своей берлоги явится Пилат. А отвечать будем мы. Или же ты забыл что произошло несколько лет назад. Когда я еще был первосвященником. А теперь может быть хуже!