Чтение онлайн

– Так в чём проблема? – воистину не понимая спросил мужчина.

– Проблема в том, что все остальные этого не оценили и более того сказали:

«что данная технология потенциальная опасность всему миру. Что я хочу сделать живых киборгов из бедных людей, это не гуманно, и люди этого не хотят.»

– И даже после того, как я собрал все подписи у действующих бойцов, ветеранов, ветеранов инвалидов, и все они были за (всеми своими оторванными конечностями и сломленными душами). Снова созвал мировое собрание, всё предоставил открыто, но меня даже слушать не стали… – замотал он головой в отрицании. – а более того, выставили посмешищем и сказали:

«что я специально лгу. Что все мои подписи – это наглая фальшивка, и официально запретили мне заниматься этим проектом. У грозив тем, что, если я ослушаюсь, у меня будут ооочень большие проблемы…, что пожалей своего отца он уже не молодой. В итоге мои разработки закрыли силовики, притом – наши. Всё наше оборудование уничтожили, но я тоже был не глуп. Я заранее скопировал всю оригинальную информацию и спрятал её в надёжное место. Но на этом этот дурдом не закончился… Меня продолжили обсмеивать «словно сумасшедшего» по телевидению. Это было самое ужасное время в моей жизни… – отвёл он погрустневшие глаза. – Только мой отец не дал мне пустить пулю себе в голову от отчаянья.

После таких слов, лицо доктора побагровело… Горло сжало, в чашу чувств хлынул коктейль из красной ярости и «ядовито-зелёной» обиды, и только железобетонная выдержка нейрохирурга, и самообладание не дали ему разрыдаться как обиженному младенцу. – Но я не бросил это занятие… Не бросил свою цель и мечту. Я отыскал тех, кто был согласен со мной и разделял моё мнение, и мы начали заниматься этим, в тайне, с самого начала и назло у всех под носом, чтобы не кто и подумать не мог. Спустя время, мы добились некоторых результатов, но, к сожалению, только на животных. Но мы все верим, что, когда не будь, придёт и наш час. Ммм-да… Вот так вот как-то…

Секундная пауза, тяжёлый выдох следователя…

– Я сочувствую вам.

Доктор в ответ развёл руками и произнёс:

– Ну. Как говорил наполеон – «Се ля ви».

– Знаете. После стольких лет работы я уже не удивляюсь… – с болью покачал он головой. – Не чему. Хех. – грустно усмехнулся он. – Если честно, я уже практически и забыл своё настоящее имя. Да именно так. – закивал от. – хотите верьте, хотите нет. Только «москва соло», везде этот «москва соло»… Я уже устал жить ради родины. Отдавать ей всего себя. А она что? Не знаете? А я вам скажу… Только гадит и гадит, жрёт и снова гадит тебе в душу. Я, конечно, не верующий. Я уже не во что не верю, (даже в самом себе уже сомневаюсь), а в судьбу так тем более. – больно усмехнувшись, отмахнулся он. – Но если она есть, то вот именно эта судьба, и именно сейчас: отвернула от вас свой тощий зад, повернулась к вам лицом и разговаривает с вами и готова вам помочь. Не профессионально конечно, но по-человечески. – выдал такой номер «железный человек».

Не кто не ожидал он него такого… Не кто даже и подумать не мог, что такой страшный, покрытый цельнометаллической бронёй и шипами «ёж», сможет открыть свою душу (но, ёж тоже живое существо).

«Но как? Может он лжёт… А может и нет? Зачем ему мне лгать. Нет, не поддавайся эмоциям – они тебя погубят!» – кричало сознание доктора и участок мозга, отвечающего за самосохранение.

Но чувства и эмоции, они ,и только они движут истинным «русским» человеком (и будь, что будет). Доктор, встав из-за стола и плавно ускоряясь, не издав не слова пошёл в сторону мужчины в чёрном. Человек, в ответ поднялся со стула. Доктор подошёл, вытянул руки в перёд схватил мужчину за плечи своими сухими, но аккуратными руками (их взгляды «словно вправились» в друг друга).

– Поклянись честью офицера, что ты не врёшь! – выкинул краткий обрубок мыслей Сидоренко. – Нет… – судорожно затряс он головой. – Честь офицера уже не чего не значит… – нервно добавил он, еле сдерживая накатывающую волну эмоций. – Поклянись семьёй.

– Ммм да… Тут ты прав. – тяжело закивал мужчина. – Клянусь своей матерью. – посмотрев глаза доктора, уверенно произнёс он.

И в этот момент внутри хирурга «словно сорвало последние тросы которые были натянуты до безумного предела» и он крепко, но с каменным лицом, обнял человека (хотя внутри душа билась в истерических конвульсиях сомнений). Последний аж-но растерялся и только что и додумался, что в недоумении похлопать по плечу первого.

– Я в своей жизни, друг, – как-то грустно отвёл глаза следователь. – не когда, и не кому не делал не чего хорошего, а напротив…

Оба понимали чем это им грозит, но если «следак» не сдержит своего обещания, то это будет самая великая подлость и зло, которое он делал за свою долгую и грязную службу: превратившуюся в жизнь.

– Но знаешь… Я видел, как это делали другие и говорят, что это хорошо и очень приятно. Надеюсь это так… Говорят, что в этот момент нужно пустить слезу. Ну уж извини, не получается (все душевные реки уже давно пересохли). – сказал, и маленькая горячая слезинка сорвалась с глаз и упавши на плечо доктора тут-же впиталась в белый халат (не выдавая слабости её хозяина).

Доктор через секунду отпрянул и произнёс:

– Ой, прости, что-то я как дитя горькое. Как-то так накопилось, а тут, вот -так, ну ты понимаешь, я не ожидал… – бормотал он, возвращаясь к себе за стол.

– Да…, ничего… Мы же все живые. – бормотал в ответ следователь, плавно присаживаясь обратно на стул и «словно стыдливо почесав нос» не заметно вытер мокрую дорожку. Но кто как не женщина, это: конечно же заметила. В этот момент он был где-то не здесь, в другом пространстве, вселенной… Он понимал что его ждёт, и куда он вступил. Но понимал он и другое, что добро оно блаженно и невесомо, но за это блаженство нужно заплатить огромную цену и не факт, что летать в не весомом блаженстве будешь именно – ты. А приступать нужно, и прямо сейчас запускать машину перемен, и кроме «тебя» – это не кто не сделает…

Когда доктор совладал с собой, всё-таки уселся за свой стол, собрался с мыслями, тогда – произнёс:

– Ага, это всё прекрасно. Так, что нам нужно. Нам нужен подопытный. – задумался он. – А как нам его достать…, а – коллега? Мы же делаем это всё тайно в тайне. – поставил доктор сам себя в тупик.

«Да, однозначно, нужно действовать, хватит сидеть. Гнилая стабильность – это не действие, а верный регресс.»

– «Москва», вы с нами? – посмотрел пристально на следователя, который застывший «словно камень» уставился в пол.

– А! Что? Да, я здесь, извините. – выйдя из ступора ответил следователь.

– Ай, давайте без формальностей, на ты и по имени. Вы уже и так приступили закон. Как тебя зовут, друг? – спросил Алексей.

– Меня?.. – воистину округлели глаза человека в чёрном. – Ух… – тяжко выдохнул он. – Как только меня не зовут…

– Побочные эффекты профессионализма? – легко и искривлённо засмеялся Доктор.

– Хе, да-да… – криво усмехнулся вспоминая «следак». – О, вспомнил! – плеснул жестом он. – Дима Гончаров! Да, это оно, точно говорю. – ответил и сам пожав плечами нелепо улыбнулся.

– Так как вы думаете, как нам провести подопытного, ибо желающих много. Но вот… – спросил и тут же задумался Сидоренко.

– Триста девятнадцать. – холодно ответил Гончаров.

– В смыс… – хотел спросить, как вдруг, до него дошло. – Так он же еле живой? – снова задал вопрос Алексей.

– Так и вы не студент хирургического курса ветеринарии. Соберёте как не будь, вам не впервой быть в роле «Франкенштейна». – ответил ему Гончаров.

– Я могу конечно всё это устроить под видом какой-то сложной операции. Но мне нужно официальное разрешение от родных, желательно письменное и в рукописном виде. Ну и финансирование конечно, якобы это частный заказ. Если с «первое» и «третье» я возьму на себя, то нам нужна помощь со «вторым». – объяснил доктор.