Чтение онлайн

Несколько секунд итальянец молчал. Фрост посмотрел на Джули, но та опустила глаза, глядя в свой бокал, который юноша в белой ливрее уже успел наполнить.

Канаретти кивнул в направлении слуги.

– Он глухонемой и не умеет читать по губам. Мы можем говорить совершенно спокойно. Похитили мою дочь, Фрост. Наверное, вы и сами уже догадались.

– Но ведь в вашем распоряжении есть целая армия, мистер Канаретти. Зачем же...

Итальянец с силой ударил ладонью по столу, его бокал качнулся и вино пролилось. Лакей моментально оказался рядом и принялся вытирать лужу салфеткой. Канаретти теперь уже не был тем добрым, милым, улыбающимся старичком, роль которого пытался играть весь вечер.

– Может быть, лучше я ему объясню?
– спросила Джули.

Ее голос тоже несколько изменился.

– Зачем?
– пожал плечами Фрост.
– Все ясно. Вы наняли ее, а ей нужно прикрытие. Я в такие игры не играю. Можете меня вычеркнуть. Ваш адвокат не сказал...

– Фрост, - глухо произнес Канаретти, - это не имеет никакого отношения к моим делам, это не месть конкурентов и такое прочее. Похитили мою дочь, Господи...

– Позвольте, я объясню капитану, - твердо сказала Джули Пульман, гася сигарету в пепельнице, которую парень в белом - верный своей привычке - тут же заменил.

Фрост покачал головой.

– По-моему, не стоит терять время.

– И все же, выслушайте меня.

– Ну, хорошо, - вздохнул Фрост.

– Что вы знаете о "белых рабынях"?

– В каком смысле?

– Меня интересует, знаете ли вы, кто такие так называемые "белые рабыни"?

– Ну, в общем, да.

Фрост умолк, повернулся и посмотрел на Канаретти.

– Моя дочь, - глухим усталым голосом произнес итальянец.
– На нее накинули мешок и увезли. Это были торговцы "белыми рабынями". Я перепробовал уже все: адвокатов, полицию, моих собственных ребят - никакого результата. Мы не смогли вызволить ее.

– Почему?
– спросил Фрост.

– Объясни ему, - сказал Канаретти Джули Пульман.
– Я не в состоянии.

– Ну, так?
– настаивал Фрост. Женщина посмотрела ему в глаза.

– Луизе Канаретти двадцать пять лет. Она осталась единственным ребенком мистера Канаретти.

Джули подчеркнула слово "единственным".

– Да, - подтвердил итальянец.
– Мой сын Боб погиб пять лет назад от взрыва бомбы. И он закрыл лицо руками.

– Ваш пресловутый "бизнес"?

Канаретти молча кивнул.

– Луиза - это очень одаренная девушка, - продолжала Джули Пульман. Недавно она защитила диплом по палеонтологии, а теперь работает над докторской диссертацией. Некоторое время назад она получила приглашение принять участие в экспедиции, широко разрекламированной экспедиции на Ближнем Востоке, возле границ Акарана. И вот там она внезапно исчезла. Все ее вещи остались на месте, и никаких требований выкупа не поступало. Мистер Канаретти вызвал меня. Признаюсь, у меня тоже были определенные моральные предубеждения, но я скоро убедилась, что это похищение не имеет ничего общего с деятельностью мистера Канаретти. Такое могло случиться с любой девушкой - практически с любой. Здесь играют роль только ее внешние данные. У меня ушло четыре дня, чтобы восстановить картину происшедшего.

– И что же?
– спросил Фрост, прикуривая очередную сигарету и уже не обращая внимания на парня в белом, помешанного на чистоте.

– Ее похитили местные бандиты - специалисты по такого рода работе. Эта группа входит в большую организацию, сети которой раскинуты по всему Ближнему Востоку и части Европы. Обычно они получают заказ, а потом находят подходящую жертву и похищают ее.

– Заказ?
– спросил Фрост.

– Да. Все очень буднично, словно покупаешь автомобиль. А главным заказчиком у этих ублюдков является шейх Акарана. По некоторым сведениям в его гареме содержатся несколько десятков девушек, которые в свое время бесследно исчезли. В основном это американки, есть немки, француженки, итальянки; англичанок мало.

Я выяснила, что внешние данные Луизы Канаретти полностью отвечают вкусам шейха, а мой информатор сообщил, что, по слухам, в его гареме недавно появилась новая женщина.

– А как насчет вмешательства нашего Министерства иностранных дел?

– Они ничем не могут помочь. Государственный секретарь направил ноту, но ведь шейх славится своим воинствующим антиамериканизмом. Он даже не ответил на протест, заявил лишь, что понятия не имеет, о чем идет речь. Правительство не может предпринять более решительных шагов, потому что шейх пользуется большим влиянием в арабском мире и наши союзники на Ближнем Востоке остались бы недовольны.

И этот сукин сын прекрасно понимает ситуацию и выгоду своего положения. Небось сидит теперь спокойно и хихикает в усы. А девушка остается его собственностью, его рабыней.

Пока Луиза нужна ему, она будет жить. Но один мой друг из "Моссад" предупредил, что шейх известен своим жестоким обращением с женщинами. Если кто-то из них разозлит его, он отдает беднягу своим охранникам. Те сначала вволю натешатся ей, а потом провинившуюся казнят. Обычно каким-нибудь варварским способом.

Большинство женщин пытаются продлить свою жизнь и стараются всячески угождать шейху. Это единственный способ выжить.

– Я убью его...

– Подождите, мистер Канаретти, - перебила итальянца Джули Пульман.
– Это не поможет.

Она вновь посмотрела на Фроста.

– Хочу подчеркнуть, капитан, что по характеру Луиза очень похожа на своего отца и это осложняет дело. Обычно при похищениях основное внимание уделяется преступникам, но тут мы обязаны принимать во внимание и личность девушки.

Мисс Канаретти - это прямая, сильная, гордая натура. И я не представляю, как она сможет терпеть унижения в гареме. Надеюсь, она все же поймет, что единственное ее спасение - это тянуть время.

Но если Луиза попытается бежать, - ее убьют, если она окажет хоть малейшее сопротивление, - ее убьют. Думаю, пока она еще жива, но вот как долго ей удастся сохранять жизнь...

Если бы мистер Канаретти не нашел вас, я бы сама отправилась в Акаран через пару дней.

– Я не могу себе представить, - с болью сказал Канаретти, - что моя дочь согласится служить подстилкой у какого-то вонючего погонщика верблюдов, как бы тот ее ни запугивал.

– Ну, а что вы хотите от меня?
– спросил Фрост.

– Мне нужен совершенно другой человек, не такой, как мои парни, - начал Канаретти.
– Они все привыкли к городу, и в пустыне просто заблудились бы без светофоров и указателей. Они хорошие бойцы, но понятия не имеют о такого рода операциях. Вы - другое дело. И я понял - особенно после того приключения в Бирме - что вы никогда не отступаете от задуманного. Даже в том случае, если это является единственным разумным решением. Я правильно выразился?

Фрост молчал несколько секунд. Что ж, Канаретти верно определил, пожалуй, главные черты его характера.