Чтение онлайн

У Бриттани перехватило дыхание, когда зубчатая стрела молнии расколола небо, и ее отблеск отразился в глубине голубых глаз Торна.

– Раскаяние – последнее, что я испытываю в данный момент, Бриттани. Как я могу испытывать что-то, кроме радости, после того, что было между нами? А ты раскаиваешься?

– Я ни о чем не жалею, капитан. И всегда буду беречь как сокровище то, что у нас было. – Ее глаза были большими и невинными. – У тебя было много женщин до меня, а у меня только ты, так откуда же ты можешь знать, что я чувствую?

Его глаза обежали ее идеально сложенное тело, и чувство собственничества завладело им. Ему не хотелось, чтобы кто-то другой прикасался к ней, особенно Симиджин. Ему захотелось знать все о ее жизни с этим человеком.

Торн притянул ее голову к себе на грудь.

– Расскажи мне о своей жизни. Бриттани. Как ты оказалась в доме господина Симиджина?

Ее волосы были завесой ниспадающего черного атласа, и когда она покачала головой, они растеклись вокруг гладкой волной.

– Я не могу говорить об этом, потому что дала клятву молчания. – Она почувствовала боль в сердце, зная, что он никогда не поймет обещания, которое она дала матери.

– Да? А кому ты дала такую клятву? Господину Симиджину?

– Хотя ты и заслуживаешь того, чтобы знать, я многого не могу тебе открыть.

– Если не можешь рассказать мне о своей жизни с господином Симиджином, расскажи что-нибудь о себе.

Его тело было теплым, и она еще теснее прильнула к нему.

– У меня была гувернантка-англичанка и учительница-француженка. Я неплохо знаю математику. Я говорю, читаю и пишу на одиннадцати языках. И умею танцевать народные танцы тринадцати стран. – Она нерешительно взглянула на него. – Как ты сам убедился, еще я знаю некоторые более смелые танцы. Это ты хотел узнать?

– Где ты научилась всем этим танцам?

– В гареме, разумеется. Там ведь женщины из многих стран.

Ему не понравилось напоминание, что она сама из того же гарема.

– Ты совершенно исключительная женщина. Я знаю не много мужчин, которые могли бы похвастаться таким образованием.

– Я слышала, что американские и английские мужчины не слишком любят умных женщин. Почему так?

– К сожалению, это по большей части правда, – с улыбкой признался он. – Но теперь, после встречи с тобой, я больше никогда не подпишусь под этим устаревшим обычаем.

Она вздохнула.

– Я рада, что Симиджин не разделяет это мнение. Он любит умные беседы. Это благодаря ему мое образование так разнообразно. И конечно же, многими своими знаниями я обязана женщинам гарема.

Глаза Торна потемнели, и он ощутил укол ревности.

– Ты любишь господина Симиджина?

– Да, конечно. Я же говорила тебе, что он просто чудесный. Если б ты знал его, то понял бы…

Он резко сел.

– Я не желаю слушать, как ты восхваляешь достоинства своего… – Он оглянулся на нее. – Кто он тебе? До сих пор он, не был твоим любовником. Приберегал тебя на место Английской Розы?

– Нет! Никто никогда не сможет занять ее место… – Ее лицо сделалось замкнутым. – Я бы не хотела обсуждать с тобой Симиджина.

Торн натянул бриджи и бросил на нее сердитый взгляд.

– Удивляюсь, как ты можешь делить его со столькими женщинами. Я нахожу это отвратительным.

На мгновение она была озадачена.

– Я ни с кем не делю Симиджина.

– А с женщинами гарема?

– Он никогда не посещает гарем.

– Я слышал, он любит только Английскую Розу. Говорят, она очень красивая женщина.

– Самая прекрасная из всех, кого я знаю, – и телом, и душой.

– Ты не ревнуешь к ней?

Бриттани подумала о матери, и острое чувство тоски по дому охватило ее.

– Нет, никогда. Она всегда была добра ко мне.

На мгновение у него возникло подозрение, что Бриттани, возможно, и есть эта прославленная Английская Роза, но он отбросил эту мысль, поскольку она слишком юна.

– Ни одна из знакомых мне женщин никогда бы не удовлетворилась жизнью в гареме.

Ее глаза гневно вспыхнули.

– Ну, разумеется! С чего бы им делать это, когда к их услугам может быть такой жеребец, как ты?

Впервые в жизни Торн был настолько ошеломлен, что лишился дара речи. Он никогда не знал женщины, которая высказывалась бы так смело.

– Вижу, что шокировала вас, капитан Стоддард. Простите меня, – проговорила она с сарказмом. – Я забыла, что вы не привыкли к женщинам, которые говорят то, что думают. В вашем мире это не принято?

Торн с усмешкой возразил:

– Я бы сказал, что требуется куда больше храбрости, чтобы быть женщиной в твоем мире. С тех пор как я тебя узнал, турецкий флот все время сидит у меня на хвосте. Ты была похищена и чуть не изнасилована человеком, который прокрался к тебе в каюту, чтобы убить. Остается лишь гадать, какие еще злоключения поджидают тебя на пути.

Она поднялась, потянув на себя покрывало.

– Но я жила вполне спокойной жизнью, пока не встретила вас, капитан Стоддард.

Внезапно его переполнили нежные чувства к ней. Он взял ее лицо в ладони.

– Позволь мне быть твоим защитником. – Его испугали собственные слова, но он обнаружил, что говорит серьезно. – Я позабочусь, чтобы с тобой ничего не случилось. – Его губы легко коснулись ее губ. – Скажи «да», Бриттани.

– Ты просишь меня стать твоей женой? – с надеждой спросила она.

Он взглянул на нее из-под ресниц.

– Нет, из меня не выйдет хороший муж ни для одной женщины.

Печаль окутала ее сердце.

– Я не могу быть твоей женщиной, капитан. В моей жизни есть обязательства, которые я должна чтить. Кроме того, я не хочу быть ничьей любовницей. Очевидно, я ценю себя гораздо больше, чем ты.

Он встал и потянул ее за собой.

– Тебе не обязательно принимать решение прямо сейчас. У нас еще есть время до прибытия в порт. Возможно, ты передумаешь.

– Ни за что, можешь быть уверен, капитан.

Он привлек ее к себе, опустил голову и поцеловал. Бриттани льнула к нему, всем сердцем желая принять его предложение. Не лучше ли иметь хотя бы немного, чем не иметь ничего?

Торн поднял голову и тепло улыбнулся ей:

– Похоже, что тебе предстоит выбрать между тем, чтобы остаться с господином Симиджином в качестве младшей жены, или быть со мной.

– Но не в качестве твоей супруги?

Он покачал головой:

– Нет. Но подумай над моим предложением. А сейчас я должен оставить тебя.