Чтение онлайн

Американцу явно надоело слушать нашу перепалку, да еще на русском языке, и он заявил, что тоже полезет в пещеру. Может, потому что там явно не было скандала? Двери-то, как я понимала, нет, поэтому если бы наши там ругались, то было бы слышно.

Я взяла фонарик из рук Ричарда и направила луч на ступени. Вася стоял рядом со мной и бурчал. Американец ловко передвигался по склону вверх. Я, признаться, даже поразилась. В его-то возрасте!

Внезапно тишину ночи прорезал выстрел. Ричард вскрикнул, как-то странно дернулся – и рухнул со скалы вниз.

Я мгновенно выключила фонарь.

Не сговариваясь, мы с Васей отпрыгнули назад.

– Огибаем скалу, – прошептала я. – Идем вправо!

Выстрел звучал с противоположной стороны.

Ричард не стонал. Я примерно представляла, где упало его тело. До земли было метров восемь. Конечно, при падении с такой высоты вполне можно выжить, но это смотря как падать и куда… И он мог приземлиться уже мертвым…

Отступая вслед за Васей, я достала из висевшей на плече сумки прибор ночного видения и надела. Вася остановился, коснулся моего лица рукой, хмыкнул и подтолкнул меня вперед.

– Что тут за хрень? – послышался откуда-то сверху голос Разночинного. – Свет включите! Бонни, Вася, вы где?

– Темнота – друг молодежи, – послышался голос Кирилла. – Помнишь, как говорили в годы нашего пионерского детства? На, лучше выпей.

– Да Бонни с Васей друг друга терпеть не могут, – не унимался Роман, голос его гулко разносился по окрестностям. Может, он еще и споет в ночи? Что-нибудь из пионерских гимнов советских времен?

– Ты чего, не знаешь, как оно бывает между бабой и мужиком? – пьяно захохотал Кирилл. – Сегодня ненавидят, а завтра – в загс. Тем более тут такая сваха, как Клавдия Степановна.

– В чем дело? – послышался Клавин голос.

– Клавдия Степановна, вы выдадите меня замуж? – обратился к ней Кирилл.

– Ты что, голубой?

– Да как вы смеете! Если бы не мое врожденное уважение к старшим…

– А как ты смеешь поминать мой возраст?!

– Идиоты, – тихо буркнул Вася, с которым мы теперь держались за руки. Спасение жизни делает партнерами даже тех людей, которые, мягко говоря, не очень жалуют друг друга.

Но ведь мы не могли им кричать и объяснять ситуацию? Должны же они сами соображать? С какой стати нам с Васей рисковать собственными жизнями ради их спасения? Вася, вероятно, думал точно так же.

На скале же шло бурное обсуждение случившегося. Оттуда позвали меня, Васю и Ричарда. Мы по понятным причинам не отозвались.

– Куда ж они все делись-то? – воскликнула Клавдия Степановна. – И фонарь, главное, у них. Этими свечками территорию не осветить.

«Идиотка!» – так и хотелось крикнуть мне. Правда, вполне вероятно, что ни Клавдия Степановна, ни Разночинный, ни Кирилл, ни Анька звука выстрела в реальной жизни никогда не слышали. Они не бывали в Чечне, как я. И не убивали людей, как Вася…

Или им ничего не угрожает, а стреляли именно в американца?

– Может, их мутанты сожрали? – завел любимую песню Кирилл. – Сухопутные?

– Или амфибии, которые по ночам на сушу выходят? – подключился Роман. – Интересно было бы посмотреть на морское чудовище, которое баб ворует.

– Если оно ворует баб, то где тогда Вася и Ричард? – вставила Клавдия Степановна. – Ни одно чудовище не могло принять этих двоих за женщин.

– Значит, в темноте оно приняло Бонни за мужика, – уверенно заявил Кирилл. – Она высокая и… Нет, пожалуй. Все-таки Бонни не похожа на мужчину.

«Спасибо, Кирилл!»

– А, может, оно гермафродит? – предложил Разночинный.

– Ты хоть знаешь, кто такие гермафродиты?! – заорала Клавдия Степановна на всю округу и принялась объяснять. Интересно, как отреагируют убийцы, если все это слышат и понимают русский язык?

Оказалось, что Роман Разночинный имел в виду мутанта-бисексуала, причем способного совокупляться одновременно с мужчиной и женщиной. Если на этом острове все-таки испытывали атомное оружие, то такие вполне могли народиться. Почему-то он вспомнил съемки одного американского фильма в пятидесятые годы прошлого века. Для них выбрали натуру, где недавно испытывали атомное оружие, а потом в Голливуд привезли огромное количество зараженной почвы для продолжения съемок в павильоне. Тревогу забили после того, как у нескольких членов съемочной группы родились уроды.

Мы с Васей тем временем обогнули скалу и устроились в каких-то кустах. Листья были огромными и мягкими на ощупь, никакие колючки или шипы в наши тела не вонзались. Справа до нас доносился сладкий запах каких-то неведомых цветов. Аромат напоминал запах меда. Вполне вероятно, что здесь живут дикие пчелы. Может, подсказать бабке-огороднице поставить здесь улей? Или ее спонсору?

И Вася, и я вслушивались в ночь. Из всей компании он больше всего подходил на роль спасателя в случае экстремальной ситуации. С другой стороны, если потребуется мной пожертвовать, он ни на секунду не задумается. Я, правда, тоже. В общем, я отчетливо понимала, кто находится рядом со мной, и он тоже знал, что я собой представляю. Но пока мы могли быть друг другу полезны.

– Как ты считаешь: они ушли? – спросил Вася, почти прижав губы к моему уху.

Я прекрасно поняла, кого он имеет в виду.

– Подождем еще немного, – так же тихо ответила я.

Но ведь если бы злоумышленники хотели выстрелить еще по кому-то из компании, то уже сделали бы это… Тем более Клавдия Степановна из пещеры со свечкой вышла.

С того места, где мы остановились, наших товарищей видно не было. Но их голоса разносились в ночи. Пьяные мужики спорили со вздорными женщинами.

– Куда пойдем? – спросил Вася.

– Туда, откуда стреляли, – ответила я.

Мне показалось, что стрельба шла из-под деревьев или даже с дерева. Направление мы оба представляли. Навряд ли там кто-то еще остался…

Мы обогнули скалу и увидели отсвет пламени свечей – это наши товарищи собрались на площадке у входа в пещеру и что-то бурно обсуждали.

– Идиоты! – пробурчал Вася. – Какие идиоты!

Там, откуда, по нашему мнению, стреляли, конечно, никто нас не дожидался. Мы не услышали никаких посторонних звуков. В прибор ночного видения я увидела примятую траву – кто-то недавно по ней прошел. Вася попросил включить фонарик, хотя бы ненадолго. Я направила луч на оставшийся в траве след.

– Человека три, если не четыре, – высказал свое мнение Вася.

– Ой, вон там луч какой-то в лесу! – заорала Клавдия Степановна. – Люди! Снимите нас отсюда!

– Пойдем к ним, а то она весь остров перебудит, – сказала я. – Мало ли кто тут еще есть.

А с вершины горы уже скандировали в четыре голоса:

– Лю-ди, спа-си-те!

Мы вернулись. У самой скалы я убрала прибор ночного видения в сумку (не думаю, что Вася будет распространяться о нем) и первым делом направила луч фонаря на то место, где по моим прикидкам должен был лежать американец.