Чтение онлайн

— Кристиан…

— Ладно, я просто хотел сказать, что мне не важно, что ты со мной сделаешь, Дартер. А важно то, что Рина уже очень далеко от твоего дома. И она уже никогда не захочет к тебе вернуться, потому что всё про тебя поняла. Это ты можешь считать, маг? Рина всё про тебя поняла.

Последние слова Крис кричал в спину уходящего графа. Дартер не дослушал его. Он выскочил из-за стола и бегом направился к авто. Игнорируя все правила, граф сразу же поднял машину в воздух, чуть не задев провода. Он выжал максимальную скорость и направил авто в сторону особняка. Виктор посмотрел на свои руки, вцепившиеся в руль. Их била дрожь. Граф Дартер боялся.

Внутри кабинета графа царил мрак, обволакивающий чёрную мебель. Рина подошла к столу и зажгла лампу. На столе лежал дневник Циммера. «Вторая часть», — подумала Рина и вспомнила, как граф листал его тогда, за завтраком. Девушка раскрыла страницы. Знакомый почерк, знакомые выражения несвязных мыслей. Она медленно листала страницы, и вдруг ей на глаза попалась закладка. Она чуть утопала среди листов, и Рина не сразу заметила её. Девушка открыла помеченную страницу, а то, что было написано, повергло её в ужас. Она стала читать, и жуткое ледяное чувство, что гложило её внутри, разлилось от лба до кончиков пальцев. Циммер описывал обряд. Даже не так — Циммер писал инструкцию о проведении ритуала. «Жертва… Кровь… Круг… До последней капли…»

— Что это всё значит?

Голова закружилась, и Рина невольно схватилась за край стола, пытаясь удержать равновесие. Вдруг что-то щёлкнуло, и один из стеллажей отделился от стены. Рина удивлённо посмотрела на него. Видимо, она привела в действие какой-то механизм, запрятанный под столом.

— Только не это… — простонала Рина, зная, что потайные ходы не сулили ничего хорошего.

Рина убрала закладку, закрыла дневник и вернула его на место. Затем медленно, но верно, направилась в сторону открывшегося потайного хода. Девушка взялась за край стеллажа и потянула его на себя. Она не сразу осознала то, что увидела.

За стеллажом находился небольшой чулан, похожий на тот, что скрывал вход в архив. Вот только вместо вёдер, швабр и тряпок в этом чулане висели ряды женских платьев. Рина осмотрела их — разного цвета, фасона и размера, насчитав не меньше семи. Опустила глаза вниз и увидела женские украшения. Серьги, кольца и браслеты лежали на полках в небольших чёрных коробочках, как той, что подарил ей Виктор. Рина сдержала крик ужаса. Вмиг она вспомнила всё, что говорили о лорде, все слухи о пропавших девушках, все домыслы о его преступлениях, все прочитанные заметки в газетах и слова из них. Все эти странности в поведении графа. Все эти странности по отношению к ней. Паззл за паззлом — всё вставало на свои места, но пока ещё не собиралось в единую картинку. Чьи это наряды, украшения? Что случилось с этой девушкой? Или этими? Сколько их было? Где они теперь? И зачем, чёрт побери, Виктору читать о каком-то ритуале?

Рина трясущимися руками закрыла стеллаж. Выключила свет на столе, вышла в коридор, прикрыв дверь. И рванула, что было сил, к конюшне. Бежать, со всех ног, быстрее и прочь от этого дома. Что бы это всё ни значило, вся её суть ей кричала — «Беги”. И уже на подходе к конюшне Рина вспомнила, что забыла в комнате Ори.

— Чёрт! Чёрт!!

Девушка надеялась, что у неё есть ещё хотя бы минута. Она побежала обратно в дом, пронеслась по коридору, забежала в свою комнату. Рина кинулась к кровати и стала копаться в одеяле. Она так и не успела вернуть Ори на место, и теперь судорожно искала его среди простыней. Наконец рука нащупала маленький комочек.

— В чём дело? — раздался сзади голос графа. Рина похолодела от ужаса.

— Я… я думала, что потеряла Ори.

Девушка медленно обернулась. Граф стоял на пороге её комнаты, глаза его невероятно светились в темноте.

— Почему ты ещё не спишь?

— Я только собиралась… Опять читала допоздна.

— Я же говорил не сидеть долго, — медленно ответил ей граф, не сводя с девушки пристального взгляда. — Завтра важный день.

— Да, ты прав.

— Несомненно.

Рина замолчала. Она медленно опустилась на кровать и невольно прижала к себе медвежонка.

— Ложись, Рина. Завтра будет длинный день.

Рина кивнула ему, скинула обувь и легла. Граф закрыл дверь и сел на край кровати. Он взял её руки в свои и отложил медвежонка.

— Ты вся дрожишь. Замёрзла?

Граф поднёс ладони Рины ко рту и стал греть их губами. Рина вздрогнула. Она вспомнила, что ключ остался на столе в кабинете графа.

— Совсем замёрзла. Зачем ты так?

Рина молча смотрела на графа. Ей уже не удавалось скрывать дрожь ужаса, что разливалась по телу и била изнутри. Граф стал гладить руки Рины, поднимаясь выше запястий, касаясь оголённых плеч девушки. Невольно она подалась к нему, а низ живота потянуло. Рина ужаснулась и этому — её тело отзывалось на ласку, помня всё, что Виктор делал с ним во снах.

— Виктор, не стоит. Мне уже тепло.

Рина хотела отнять руки, но сопротивлялась довольно слабо. То ли от переизбытка чувств и усталости, то ли от нежелания отрывать свои руки. Виктор смотрел ей в глаза и продолжал гладить девушку.

— Разденься.

— Виктор…

— Я тебя не трону. Разденься.

Виктор медленно опустил руки. Рина встала с кровати и направилась в ванную.

— Нет. Разденься тут.

Рина медленно обернулась. Она не понимала себя, и не могла противиться ему. Девушка медленно стянула кофту, затем топ, оставаясь в лифчике. Граф не сводил глаз. Затем расстегнула штаны и стянула ткань. Всё же отвернулась от графа, расстегнула лифчик и достала из шкафа ночнушку. Когда ткань обволокла её голое тело, Рина развернулась и пошла к кровати.

— Ложись, — приказал Виктор, но с кровати не уходил.

Рина залезла на кровать рядом с Виктором и послушно легла. Он потянулся к девушке. Рина стала было сопротивляться, но Виктор нежно обхватил её запястья:

— Тихо. Я же сказал — не трону.

Виктор отпустил её руки. Рина заставила себя успокоиться. Граф опустился к её ногам, заскользил руками по обнажённым бёдрам вверх, к трусам. Поддел ткань и потянул вниз. Он снял бельё с девушки, погладил её бёдра, а после отодвинулся. Рина невольно подалась к нему, но надеялась, что граф не заметит её движения. Она ругала себя, но ей вдруг хотелось, чтобы он не отрывался от неё и не останавливался.

Виктор вздохнул и заговорил:

— Знаешь, Рина, я буду с тобой честен. Я ужасный человек. Просто ужасный. Я делал много ужасных вещей.

— Виктор, я не понимаю…

— Послушай, пожалуйста. Я никогда не причиню тебе вред. Ты веришь мне? Никогда. Я буду заботиться о тебе так, как никто бы не позаботился. Тебе не нужно бояться меня. Всё это время я думаю только о тебе, Рина. Я не жду, что это взаимно, но надеюсь, что ты хотя бы попробуешь довериться мне.

Граф помолчал, ожидая реакции. Но девушка лишь внимательно смотрела на него.

— Почему это происходит? — продолжил граф. — Я закрываю глаза — и вижу тебя. Я пытаюсь отвлечься, работать, вернуться к своим делам. Но каждый раз вновь вижу тебя. Ты моё наваждение, Рина. Но знаешь, что? Я не хочу, чтобы оно проходило. Я сделаю всё, как должен. Но в этот раз я сберегу тебя.

— Я не понимаю… — прошептала Рина.

Граф лишь наклонился к ней и нежно прикоснулся губами ко лбу девушки. Затем посмотрел в её глаза — так близко и горячо — и сказал:

— Сладких снов, Рина. Я тебя не отпущу.