Чтение онлайн

– Я думаю, он голоден, – холодно сказал Коул.

– Но он уже съел целую миску каши, сок и кусок тоста! Кроме того, если он хочет еще, тост прямо перед ним.

– Эшли, он еще не умеет пользоваться ножом, – терпеливо объяснил Коул.

– О… – тихо сказала она, подвигая к себе тарелку Кельвина и разрезая на мелкие кусочки его тост.

Она не хотела встречаться со взглядом Коула. Она чувствовала себя абсолютной дурой, и ей нисколько не нравилось это ощущение. В самом деле, для женщины, которая прекрасно управлялась со своей жизнью, эти выходные доставили очень много хлопот, напомнив, насколько некомпетентна и плохо подготовлена она была для того, чтобы справиться с «хулиганами Гаррисона». И она ничуть не усовершенствовалась с тех пор. Возникло даже несколько неловких моментов, когда она была уверена, что Кельвин гораздо лучше смог бы позаботиться о себе сам.

Удовлетворение, мелькнувшее во взгляде Коула, не укрыл ось от Эшли. Он спросил:

– Чем вы оба занимались все эти выходные?

– Играли в триктрак! – торжественно объявил Кельвин.

Коул взглянул на Эшли:

– Это вы научили его игре?

– Ну, не совсем. Мы немного изменили правила. Это было что-то среднее между триктраком и баскетболом. Он получал два очка и печенье за каждую фишку, которая попадала в мусорную корзину.

– Понимаю… Интересный подход. И сколько печений он выиграл?

– Я точно не знаю. Он прикончил коробку к полуночи, но все равно хотел продолжать игру.

– К полуночи… – упавшим голосом повторил Коул. Он обычно укладывал Кельвина в постель в семь часов, так как считал, что распорядок дня и хороший сон – самые важные вещи для ребенка этого возраста.

– Его всегда так трудно уложить спать? – полюбопытствовала Эшли. – Этот дьяволенок был достаточно бодр в два часа ночи.

– В два часа? – Коул сглотнул.

– Да. Только тогда я заставила его лечь в постель.

– Вы имеете в виду, что до двух часов не старались сделать этого?

– Нет. Я просто подумала, что он сам запросится в постель, когда почувствует себя усталым. Как он это сделал в пятницу. – Она не стала говорить, что дети Гаррисона постоянно не спали далеко за полночь, несмотря на ее постоянные намеки их отца на то, что их оценки улучшатся, если они будут бодрыми в школе.

—С детьми это не всегда проходит… Они любят не спать допоздна, особенно если думают, что пропустят что-нибудь интересное или что это пройдет им безнаказанно.

– И вы рассказываете это мне… – пробормотала она.

– Что, прошу прощения?

– Ничего. Не обращайте внимания.

– Чем еще вы занимались?

– Ходили в магазин! – ответил Кельвин.

– Храбрая леди… – промурлыкал Коул, начиная понимать, почему Эшли, приветствуя его сегодня утром, лишь отдаленно напоминала ту женщину, которую он встретил в пятницу. По какой-то непонятной причине сегодняшняя Эшли нравилась ему больше, хотя ее можно было бы сравнить с выжатой тряпкой… Она была намного мягче, намного уязвимей, к ней было намного легче подступиться. Это была женщина, которую он мог бы поцеловать, и он внезапно понял, что хочет этого очень сильно. Неожиданный приступ покровительственности, который он ощутил, как только вошел в дверь, теперь перешел во все возрастающую потребность дотронуться до нее, посмотреть, мягка ли ее бледная шелковистая кожа, подходят ли изгибы ее тела к его так, как он думал, выяснить, бушует ли пламя под этой замороженной наружностью.

Именно такое нерациональное желание когда-то привело его к полностью неудачному браку с Натали…

Эта мысль быстро вернула его к действительности.

– В какой магазин вы его водили?

– В кондитерский… – ответила Эшли и тяжело вздохнула. – Обычно в мой запас еды не входят фруктовые леденцы и печенье.

Коул засмеялся.

– Вы выбрали самое любимое его место. И насколько плохо все это прошло?

Конец ознакомительного фрагмента.