Чтение онлайн

– Не забывай, тебе все равно придется жениться на Дарисе. Не порти принцессе Ионе жизнь, а лучше засунь свою кобелиную натуру куда подальше.

– Дальше уже некуда, - огрызнулся я, демонстративно покрутившись на месте.

– Ты меня понял!
– Виттор не повелся на провокацию и сурово сдвинул брови.

– Несомненно!

И мы разошлись. После торжественного обеда, король Виттор Райан отбыл порталом, сославшись на необходимость срочного возвращения в свое королевство. Как же, так я и поверил. Наверняка побежал докладывать Анне об успехах и требовать допуска в спальню. Вон как глаза горели, когда свояк упоминал имя своей жены. Буду ли когда-нибудь таким влюбленным? Поклонился Ламору Хогниншему и под его пристальным взглядом направился в сторону покоев. По дороге подумал о Дал. Я ведь не спросил Виттора о дальнейшей судьбе бывшей любовницы. В какой-то степени ее поступок - моя вина. Пора и впрямь укротить свою кобелиную натуру и остепениться. Обязательно этим займусь, когда вернусь в свое тело и заодно попробую выдать Дал замуж за какого-нибудь графа с отдаленным поместьем. А пока вечером мне предстоит очередная вылазка в Грязный квартал, а затем думать, думать и еще раз думать. Я обязательно тебя найду, таинственный враг, кем бы ты не был!

Три дня я практически не видела герцога. Ну как не видела. Мы встречались за обедом и ужином, в будуаре Дарисы, но больше он не приходил по ночам, не звал на прогулки, не заходил просто так, чтобы поговорить. И мне его не хватало. К концу третьего дня, когда все начало валиться из рук и наставник посоветовал отдохнуть, я поняла причину своего состояния - тоска. Лорд Саттэр изменил меня, а точнее помог раскрыться. Он оказался удивительным. С его легкой руки среди придворных дамы произошли перемены. Теперь в будуаре не просто сплетничали, а обсуждали историю страны, мира. Некоторые девушки даже заинтересовались политикой, искусством, литературой. Поразительно как за такой короткий срок герцог умудрился расположить к себе многих. Даже лорды не смотрели на лжеДарису как на пустышку, а повариха Марта каждое утро пекла любимые блинчики "старшей Хогниншем". Я проникалась симпатией к Лиаму Саттэру все больше и больше. Теперь мне нравилось носить красивые платья и с некоторыми девушками из будуара мы вроде как подружились. Казалось, вокруг меня менялся мир, но это лишь я позволила себе быть собой. Даже лорд Грегстон начал за мной ухаживать. Все началось с букетов дивных белых роз, потом были несколько прогулок и бесед, не наедине конечно, но похоже объект моих девичьих грез заинтересовался всерьез. Вот только радости это не приносило. Тоска разъедала сердце. Где все эти дни пропадал герцог, я не знала. Не понимаю, как можно было так быстро привыкнуть к тому, что он всегда рядом: поддержит, утешит, рассмешит, а то и вгонит в краску. Сердце начинало биться быстрее, когда лорд Саттэр проходил мимо пусть и в облике моей сестры.

Утром четвертого дня поняла: больше так не могу. Внутри что-то обрывалось и ныло. Я все утро и день проходила сама не своя. Вроде бы отвечала на вопросы, занималась с наставником, но это не приносило облегчения, не помогало отвлечься. Даже примерка платья для бала-маскарада. А ведь наряд получился чудесным. Черный кружевной корсет с треугольным вырезом, от которого, слегка прикрывая плечи, шли узкие черные кружевные переплетения. Грудь в этом обрамлении смотрелась на удивление очень даже завлекательно, спасибо леди Норель и ее таланту. От корсета кружево спадало до линии бедер растительным орнаментом. Атласный подол был белого цвета, а сверху него слой черного шифона. Волосы планировалось убрать в небрежный пучок, выпустив пару прядей, на руки надеть полупрозрачные черные перчатки чуть выше локтя, а на лицо черную кружевную маску. Не могла оторвать от себя взгляд. Я была другой и я была собой одновременно. Так хотелось увидеть реакцию герцога на мой наряд, настоящего герцога, а не в теле сестры.

Пока швеи заканчивали подгонять платье по фигуре, я вдруг поняла что плачу. Можно ведь обманывать себя сколько угодно, а вот сердце нет.

– Ваше Высочество, я Вас уколола? Простите, - одна из помощниц леди Норель тут же взволнованно посмотрела на меня, но я лишь отрицательно помотала головой.

– Все в порядке. Это Вы меня простите.

О чем я вообще думаю? Дариса и лорд Саттэр помолвлены. Они должны пожениться, чтобы герцог в последствии стал королем Ришского королевства. Он будет достойным правителем. Я вижу это даже сейчас. За столь непродолжительное время лорд Саттэр сумел добиться расположения многих и вернуть толику уважения к своей невесте. Если Дариса перестанет глупить и поймет, как ей повезло, они будут счастливы, а я... Я не имею права им мешать.

Поэтому сегодня, несмотря на тоску разъедающую сердце не стала выходить из своих покоев и занялась чтением, вот только строчки размывались перед глазами и страницы почему-то оказывались мокрыми. Отказалась от ужина и смирившись, что книги мне сегодня не помогут, скинула туфли и села на ковер, неотрывно смотря на яркое пламя в камине. Раньше бы никогда не сделала так: нарушила правила приличия и позволила себе немного расслабиться. Только теперь внутри появился какой-то стержень. Спустя наверно полчала поняла, что невольно скопировала позу герцога, когда он вот так же сидел после нашего чаепития с черничным пирогом.

– Цапелька!

Вздрогнула и, поспешно вытерев слезы, вскочила на ноги.

– Иа, что случилось?
– герцог, шурша юбками подошел ко мне и взял за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза.
– Тебя кто-то обидел? Это Ирас Грегстон? Я оторву ему голову и засуну... А не важно. Он расстроил тебя? Распускал руки?

– Нет.

– Но вы ведь сегодня гуляли вместе?

– Да.

– И не рада? Ты ведь влюблена в него и так настойчиво добивалась!

– Лорд Саттэр, пожалуйста...

– Я же просил обращаться ко мне по имени.

– По имени обращаются к близким, - тихо возразила я, и глаза напротив вспыхнули.

– Простите, принцесса. Больше не стану требовать от Вас невозможного.

Мне показалось, что герцога мое нежелание называть его по имени расстроило.

– Я вовсе..., - попыталась оправдаться, но лорд Саттэр меня прервал.

– Никогда не оправдывайся за то, что считаешь правильным. Никогда! Запомнила цапелька?

Кивнула, завороженная этим взглядом. Почему-то сквозь черты Дарисы видела сейчас настоящего герцога и его яркие каре-зеленые глаза.

– Вот и хорошо. Надеюсь, сегодняшний поздний-поздний вечер у тебя свободен?

– Да, а почему Вы спрашиваете?

– Мы с тобой пойдем в одно место. Надень черный плащ и удобную обувь. Лорд Гаилт поможет нам выйти незамеченными.

– Но куда?
– герцог три дня со мной толком не общался, а теперь вдруг решил куда-то отвести. Против воли на губах расцвела улыбка.

– Узнаешь в свое время. Я же обещал, что ты завоюешь своего Грегстона, а сегодняшний визит пойдет тебе на пользу, точнее на пользу твоей дальнейшей семейной жизни с ним.

– Но лорд Грегстон не звал меня замуж!
– воскликнула я излишне категорично.

– Думаю теперь это вопрос времени. Одевайся, цапелька, время не ждет.

Мы покинули замок и отправились в город. Удивилась, когда узнала, что идем в район аристократов, но не стала ничего спрашивать. Вскоре наша процессия свернула в какой-то темный переулок. Дальше шли узкими улочками, большинство которых заканчивалось тупиками. Даже предположить не могла, что в этом благополучном районе есть такие места. Наконец впереди показалась темная дверь, окруженная защитными чарами. Герцог уверенно постучал, и на поверхности тут же появилось два больших оранжевых глаза.

– Нам назначено, - уверенно произнес лорд Саттэр, и дверь без слов открылась.

– Жди здесь, - это герцог уже сказал лорду Гаилту, который тут же подчинился.
– Идем цапелька.

Мы поднялись по устланной красной ковровой дорожкой лестнице. Услышала громкий женский смех, мужские голоса и звуки легкой веселой музыки. Краем глаза увидела большой зал, освященный красным светом, но лорд Саттэр взял мою руку и потянул за собой. Так мы преодолели еще три этажа, потом свернули в коридор и наконец остановились у белой двери.

– Ничего не бойся и помни, я не причиню тебе вреда и делаю все это лишь для твоего блага.

Вот теперь мне стало неспокойно, совсем.

Комната оказалась небольшой, но роскошно обставленной, правда смущало то, что в ней были лишь камин и огромная кровать, на которой сидела видимо ожидавшая нас молодая женщина. Она ослепляла своей красотой: правильные черты лица, длинные кудрявые золотистые волосы мягкими волнами спадавшие на грудь, яркие фиалковые глаза и маленькие пухлые губы, придававшие ей нежный и вместе с тем какой-то порочный вид. Женщина была облачена в чересчур открытое красное платье с длинным разрезом на бедре и в такого же цвета туфли на тонкой длинной шпильке.