Чтение онлайн

Лиза засмеялась.

– Это мне говорят все.

– Тогда, возможно, Ники был не так уж не прав. Ты не хочешь изменить свой гардероб? Лиза пожала плечами.

– Нет времени. Нет денег, – коротко сказала она. Татьяна все поняла.

– Тебе нужно и то, и другое, – согласилась она.
– Или очень хороший совет. – Татьяна заколебалась.
– Я кое-что знаю о бюджете на наряды для балета, пустила она пробный шар.

Лиза печально улыбнулась.

– А что ты знаешь о бюджете тех, кто одевается у Версаче?

– Ммм. Мне нужно подумать об этом.

– Подумай. Дай мне знать, если найдешь ответ, сказала Лиза, посмеиваясь.

Татьяна поняла намек и удалилась.

Теперь Лиза могла расслабиться. По телевизору шел новый научный сериал. Лиза с наслаждением растянулась на удобных диванных подушках и спрятала ступни под одной из них. Раздался звонок. Лиза отложила блюдо с меренгами и, вздохнув, скатилась с дивана и взбежала по ступенькам.

Увидев посетителя, она попыталась захлопнуть перед ним дверь.

– Какое однообразие! – неодобрительно сказал Николай.

Лиза удивилась.

– То есть?

– Вечно ты норовишь захлопнуть перед моим носом дверь, – пояснил он. – Мне это не нравится.

Лиза окинула его взглядом. Он был одет в черные джинсы и жакет из мягкой кожи и выглядел неотразимо. Ей с усилием удалось сохранить хладнокровие.

– Мне нужно войти.

Наступило короткое молчание, в течение которого Лиза оценивающе рассматривала его. Затем небрежно улыбнулась, словно он не произвел на нее никакого впечатления. Она была в бешенстве, но держалась холодно и надменно, стараясь представить себе, что у нее такое же столетнее аристократическое древо и блестящее образование.

– Еще один типичный самец в мою коллекцию, подчеркнуто презрительно произнесла она.

И внезапно ощутила, как ноги отрываются от пола: Николай резко поднял ее. Хладнокровие отказало ей. К своему стыду, она взвизгнула от страха и вцепилась в его жакет.

– Что ты делаешь?!

Он взглянул на нее, прищурив глаза.

– Типичную вещь для самца.

Николай начал спускаться с ней по ступенькам.

– Ты сумасшедший! – в гневе закричала она. Но не шевельнулась, пока он благополучно не спустился с лестницы. Тут она с облегчением вырвалась из его рук.

– Так мы сможем довести наше дело до конца, – невозмутимо сказал Николай и прошел в гостиную. Словно был хозяином. Момент она колебалась, затем пожала плечами и последовала за ним.

Николай выключил телевизор и бросил взгляд на кофейный столик, на котором было блюдо с недоеденной меренгой и кружка горячего шоколада. На лице появилось странное выражение.

– Очень невинно. Никогда не подумал бы, что ты увлекаешься детской пищей. Лиза взорвалась.

– Детская пища! И это говорит мужчина, которого вырастила няня за зеленой дверью! Николай непонимающе поднял брови.

– Что?

– О, забудь.

Она осторожно взяла блюдо и кружку и отнесла их в крошечную кухню. Николай не оставлял ее одну – Объясни, – приказал Николай.

– Я сказала, забудь... – Лиза повернулась к нему лицом, – граф Иванов.

– Граф? Да ты сама типичный сноб! – уколол он ее.

Лиза отвернулась, разозлившись на себя.

– Что у тебя за дело ко мне? Говори. И уходи побыстрей.

Николай встал в дверном проеме, преграждая выход.

– Тебе действительно любопытно?

Он был такой большой, такой властный, такой... Сказав себе, что сможет справиться с собой, Лиза сложила руки на груди и фальшиво улыбнулась.

– Это обычно срабатывает? – любезно спросила она.

– Прости?

– Настоящий кладезь приемов обольщения. Многозначительный взгляд. Хриплый голос. Магнетическая мужественность, – объяснила она. – Ты ищешь товар?

Николай нахмурил брови.

– Какой товар?

– В нашем случае, предполагаю, это я? Он помолчал, словно не находя слов, затем раздраженно произнес:

– Ты очень груба.

– Уж какая есть, – согласилась Лиза. – Называю все своими именами.

Николай пристально рассматривал ее, словно обнаружил новый вид животного.

– Не очень романтично, – наконец произнес он. Брови Лизы поднялись.

– А как сказать романтично, что я отказываюсь быть вещью и не хочу спать с тобой? К ее удивлению, он покраснел.

– Я никогда не говорил этого.

– Нет. Но я могу это предположить? – жестко уточнила Лиза.

Николай не знал, что и ответить. Он провел два хлопотливых и поучительных дня. Еще, правда, не встречался с Алеком Палмером, который получил у нее отставку, но собрал много сведений о Лизе Ромэйн. Она резка и амбициозна; одни утверждали, что она импульсивна и темпераментна, другие считали ее твердой как скала.

– Мне не нравится, когда меня обвиняют в попытке затащить женщину в постель, – пробормотал он наконец.

Лиза кивнула.

– Могу понять, – сказала она с фальшивой симпатией. – Мне тоже не нравится, когда люди пытаются манипулировать мной.

Их взгляды скрестились, словно шпаги. Повисла напряженная тишина. Николай вздохнул.

– Из-за чего мы боремся?

– Ты ворвался в мой дом. Вот и объясни, из-за чего мы боремся. Лично я не хочу тебя видеть, – угрюмо продолжала она. – Мне неинтересно.

Внезапно глаза Николая вспыхнули.

– А почему бы тебе не признать, что нам было бы хорошо вместе? – Он присел на подлокотник старого, покрытого ситцем кресла, которое раньше стояло в комнате Татьяны, и лениво спросил:

– Знаешь, чем я занимаюсь?

Лиза заморгала.

– Кажется, ты современный Тарзан? – с издевкой произнесла она.

– Исследую поведение животных. – Он победно улыбнулся. – Изучаю язык телодвижений.

Лиза сняла с колена ногу и быстро разжала сложенные руки. Улыбка Николая стала еще шире.

– Слишком поздно.

– Я не животное, – резко возразила она. Теперь он громко рассмеялся.

– Хочешь, объясню, что сказало мне твое тело?

– Нет.

Он проигнорировал ее отказ.

– Подавляемая женственность. Недоверчивость. Независимость. Склонность к агрессии. Сексуальность.

Лиза возмущенно хватала ртом воздух.

Он улыбнулся и продолжил:

– Равнодушие к сексу в целом.

Она удивленно охнула:

– Помнится, ты говорил...

– Я сказал – в целом, – мягко повторил Николай. – Например: клуб и праздничный обед. Шумный клуб тебе нравится больше. В обоих местах было много мужчин, которые ухаживали за тобой. Некоторые более искусно, чем другие. – Брови его моментально сдвинулись. – В клубе были двое, которые повсюду следовали за тобой. Ты, кажется, не заметила. Ни намека на ответ.