Чтение онлайн

Все вместе сделали гимнастику, затем пообедали. Крошечная плитка шоколада, признанная профессором годной к употреблению, общим голосованием была передана светящейся от счастья девочке. Откусывая шоколад маленькими кусочками и явно стараясь растянуть удовольствие, примерная ученица, увлечённо пересказывала начало истории. Профессору показалось, что Миррор пересказывает историю слово в слово, стараясь даже повторить интонации рассказчика. "У неё феноменальная память", - не без удовольствия отметил про себя старик.

Когда она закончила, Эфраим обратился к профессору с неожиданным, но вполне логичным вопросом:

– Скажите, а у старого гнома Копасова были конкуренты?

– Естественно! В гильдиях у гномов мастера не переводятся. Гномы ведь живут гораздо дольше людей. Двести-двести пятьдесят лет. Своё совершеннолетие, они празднуют, когда им исполняется ровно пятьдесят. Первые пятьдесят лет своей жизни они учатся. Мастера, представляющие различные гильдии, очень внимательно следят за ними. В двадцать пять, по результатам экзаменов, назначают каждому молодому гному специализацию, определяя в ученики к кузнецам, ювелирам, шахтёрам, чертёжникам-конструкторам и воинам.

– А может гном сразу несколькими профессиями овладеть?
– заинтересованно спросил Эфраим.

– Может! Даже не смотря на то, что каждого специалиста у себя гномы готовят с великим тщанием. Очень сложно добиться, чтобы ученику-гному назначили второго учителя. Гномы - довольно скрытный народ. Свои секреты они очень берегут, надёжно храня их за толстой кованой сталью, снабжённой хитрыми ловушками и механизмами. Но один раз в тысячелетие рождается гном, способный овладеть всеми профессиями.

– И тогда он становится королём?!
– одновременно воскликнули дети.

– Увы, ребята. Тогда гильдии гномов, объединившись, изгоняют его.

– Почему?!

– Слишком умных и тех, кто часто и дерзко нарушает законы и традиции мира гномов, они изгоняют.

– Получается: мастер Копасов - один из тех, кого выгнали, потому что он оказался самым умным и овладел всеми профессиями?!

– Верно!

Доктор Сэрош видел, как дети молча и тяжело переживали внезапно открывшуюся правду.

– Есть ещё вопросы?

– Нет!
– нестройным двухголосьем откликнулись ребята.

– Тогда вперёд, к приключениям...

***

Гринтаун. Лавка старого гнома Копасова. Утро.

Свет солнца, затопив собой восток,

Даря земле тепло прикосновенья,

Ступил на землю, словно сам Пророк,

В мир принеся чудесные мгновенья!

Время от рассвета и до завтрака обычно было самым спокойным. Нечастыми гостями, которые могли заглянуть "на огонёк", были караванщики, охотники всех мастей и немногочисленные путешественники. В общем, все те, у кого была нужда с первыми лучами солнца отправиться в путь.

Старый гном никогда не сидел без дела. Рачительному хозяину, обожающему святое безделье, всегда есть чем заняться: составить список заказов для вольных охотников, городских гильдий и ярла; пересчитать товарные остатки; записать в амбарную книгу пришедшие ночью в голову мысли; количество эля, выпитого давеча покупателями или то, что надысь приснилось. Если же вдруг кто-то из зашедших в лавку гнома приносил какой-то редкий рецепт или чертёж, отсутствовавшие в специальной книге, доступной только гномам (особенно это касалось зелий, доспехов, оружия или механизмов). Такой день Копасовым отмечался особо. Мастер не ложился спать до тех пор, пока копия редкого документа, скопированная с особой скрупулёзностью, не оказывалась на страницах знаменитой на всё Средиземье "Книги рецептов гномов-демиургов". Оригинал, с которого делалась копия, ждала, как правило, судьба незавидная. Сожжение. Кланы и гильдии гномов из различных мест ревностно следили за оборотом рецептов на рынке, выкупая редкие и уж тем более уникальные, отчаянно торгуясь, но не скупясь. Обладание таким рецептом сулило немалую выгоду владельцу. Иной раз руководство гильдий пускалось "во все тяжкие", перекупая не рецепт, а гнома. Случаи такие были весьма редки и требовали особого разбирательства. По всему Средиземью тогда, скакали гонцы, призывая избранных представителей подгорного народа на Большой Совет старейшин. Что и как они там решали, никто, кроме гномов, естественно, не знал. "Сор из семейной избы" они предпочитали не выносить. Копасов же, ставший изгнанником, жил среди людей и потому имел более широкие возможности для манёвра. Ему разрешение "сверху" на изучение и копирование рецептов в собственную книгу, в отличие от гномов, состоящих в кланах и гильдиях, не требовалось. Несмотря на свой особый статус и негативное отношение со стороны подгорного короля и приближённой к нему знати, для большинства мастеров-гномов старый мастер оставался серьёзным авторитетом. Нередко старейшины, естественно негласно, обходя Совет, просили его быть третейским судьёй во "внутрисемейных" спорах.

Копасов с удовольствием оглядел собственные владения и удовлетворённо хмыкнул. Лавка, несмотря на наличие в ней большого количества стоек с оружием, манекенов экипированных в доспехи, шкафов с книгами и чертежами, стеклянных витрин с аккуратно выложенными в них магическими кольцами, браслетами, серьгами, была всегда идеально чистой. Куда девались грязь и пыль, ежедневно приносимые в помещение посетителями, не знал никто, кроме, разумеется, владельца. Кабатчики и лавочники города без устали, снова и снова предлагали старому гному любые деньги и товары в обмен на секрет чистоты, а он лишь отшучивался да загадочно улыбался в густые усы и бороду, с лукавым прищуром глядя на просителей своими искристыми, небесно-синими глазами.

Служкой в его знаменитой лавке был, как ни странно, (нет, не угадали) не гном! Служкой в лавке у старого гнома был гоблин. Самый настоящий. Из мелкой породы. Копасов и сам-то был невелик ростом по сравнению с человеком, конечно. Он с возрастом всё больше вширь раздавался. Так вот гоблин едва доставал ему до пояса, однако был невероятно проворен и силён. Объяснялись между собой хозяин лавки и служка в основном жестами, часто совсем не заметными для постороннего посетителя, что, естественно, рождало сплетни и пересуды. Ни с кем из посетителей гоблин никогда не разговаривал и ничьих приказов, кроме хозяйских, не исполнял. Родственники, покупатели, старые товарищи по гильдии втихаря над старым гномом подшучивали: кто-то с иронией, иные, бывало, и злословили. Однако все рано или поздно шли к старику Копасову, кто за советом, кто за помощью, ну и прибарахлиться, конечно. В этом вопросе, не каждый крупный столичный магазин мог предложить ассортимент, равный Копасовскому.

Прошло уже много времени с тех пор, как в лавке поселился странный помощник. Уй. Так называл его сам старый мастер. В общем, как бы там ни было, но подробности его прошлой жизни и внезапное появление в знаменитой лавке лишь увеличивают и без того бессчётное количество тайн, окружающих знаменитого на весь Север повелителя кузнечного молота.

Утренние солнечные лучи, катающие на своих тонких прозрачных спинах стайки парящих пылинок, безжалостно перерезала тень появившегося в дверном проёме лавки посетителя. Лица за полумаской Копасов не видел, но походку и необычной формы скрещенные ручки клинков, торчащие из-за спины вошедшего, не узнать было просто невозможно.

Физиономия прожжённого торговца просияла счастливой улыбкой, собрав в уголках его отдающих глубокой морской синью глаз сеть лукавых морщинок.

– Наконец-то! Мы заждались! Здравствуй, дочка!

Гостья, на ходу сняв полумаску и скинув капюшон, перегнулась через стол, и крепко обняла старика, поцеловав его.

– Ещё скажи, все глаза просмотрели! Старый мошенник!

Гном, обхватив своими огромными ручищами плечи девушки, обтянутые лёгким, кожаным доспехом, никак не хотел выпускать ее.

– Сколько мы тебя уже не видели?! Пять лет?!

– Примерно так!

– Пять лет назад ты сбежала от нас в военную академию Тёмных эльфов! Даже они перед твоим упрямством не смогли устоять, - с оттенком лёгкой грусти вздохнул гном.

– Семь лет назад ты сменял меня у зашедших в город караванщиков, положив на весы против замарашки, одетой в лохмотья, старый осадный щит и убитый железный нагрудник. Это была неудачная сделка! Похоже, ты уже тогда начал терять хватку!

– Я так хотел, чтобы ты стала помощницей в магазине или выучилась сначала на служительницу храма, потом на ворожею... А ты?! Ты вместо этого таскала мечи, луки и кинжалы из стоек. Тайком снимала с манекенов доспехи!