Поцелуй дождя... Исцели меня, если сможешь...
Шрифт:
– Он в порядке?
– Уже да, – вздыхаю, отпивая напиток. – Камни в желчном. Привезли с острой болью. Камни извлекли, желчный сохранили. Поваляется в VIP-палате пару дней и на неделе домой выпишут.
– Слава Богу, – слышу, как он облегченно выдыхает.
– Алекс, он уже давно не мальчик. Ему бы на пенсию.
– Все вопросы к Майклу, – натянуто меня прерывает.
Сжимаю губы, старательно пытаясь смолчать.
В воздухе повисла неловкая пауза.
– Ты в порядке? – выдавливаю наконец из себя.
– Кроме того, что ужасно по тебе скучаю… в норме… Звонил вчера вечером Миа.
– Аааа… Так это она меня сдала! – усмехаюсь я.
– Я ее пытал, – смеется он. – Хочешь угадаю? Ты сейчас на крыше или на мосту?
– У моста, – поправляю его улыбаясь. Поудобнее умащиваясь на куске камня, вглядываюсь в розовеющее небо. – Я сегодня сбежала пораньше… Хочу проветриться.
– Осенние рассветы в Сан-Франциско самые красивые… Я обещал тебя свозить на тот местный пляж осенью, помнишь? Через несколько недель он опустеет… Кажется, самое время его навестить…
– Вышлешь фото в мессенджер, – язвительно хмыкаю.
Слышу, как он усмехается.
– У тебя все хорошо?
– Устала… Хочу вкусный кофе, а не эту пургу в стаканчиках… И вернуться в Мэнли… Домой хочу…
– Док, ты меня пугаешь… Что за пессимизм?
– Осенняя депрессия, – улыбаюсь.
– Обнять тебя?
– Крепко-крепко… – хмыкаю, закрывая глаза и мысленно представляя его руки на своих плечах, вновь спохватываясь. – Твой отец просил поближе познакомить его с Миа.
– Ты согласилась?
– Попробуем навестить его с детенышем в ближайшие дни… Может быстрее сбежит из больницы от ее болтовни.
Алекс рассмеялся.
– Сколько лет мы с тобой так не разговаривали?
– Как так? С обрыва утеса и другого конца света? Лет семь-восемь… – улыбаюсь, тут же подначивая. – И еще бы столько не разговаривала… Именно с этих дурацких звонков все и началось… Тебя там что, ностальгия замучила? Стареешь, Миллер…
– Тебе домой не пора? – смеясь интересуется он.
– Пора, наверное… – пожимаю плечами, заглядывая в опустевший стаканчик. – Кофе кончился… Сейчас солнце до конца проснется и уйду…
Он молчал, а я, затаив дыхание, наблюдала за красным шаром, поднимавшимся из-за горизонта.
Теплые розовые лучи окутывали город, растворяя клубы тумана... Пробуждая природу от спячки и наполняя мир светом и трепетным теплом.
Дожидаюсь, когда они наконец доберутся и до меня.
– С добрым утром, Миллер, – проговариваю прищурившись. Улыбаюсь, вытягивая перед собой руку и с наслаждением пропуская теплый солнечный свет сквозь пальцы.
– С добрым утром, мелкая, – улыбается он.
Неделю спустя…
– Передай мне багет, пап, – прошу я.
Генерал, не отрываясь от новостной ленты, протягивает мне корзинку с нарезанным хлебом.
– Миллер уже дома? – интересуется, отправляя ложку с супом в рот.
– Сегодня выпишу, – киваю, усаживаясь за стол. – Он довольно-таки быстро идет на поправку, но я решила перестраховаться и обследовать его полностью, пока есть такая возможность.
– Мы вчера были у дедушки Джейкоба, – сообщает Миа.
– И как он тебе? – папа заинтересованно приподнимает бровь, глядя на внучку.
– Он хороший, – пожимает плечами, откусывая хлеб. – Они с папой похожи… Только у дедушки волосы седые.
Мы рассмеялись.
– Слышала, ты был на базе в Саранде месяц назад, – осторожно начинаю я.
Отец оценивающе прищуривается, глядя на меня.
– Мне крестный проговорился, – выдыхаю оправдываясь. – Ты заезжал к Алексу, верно?
– Не к Миллеру, а в военный городок, – бурчит, откладывая телефон. – Нужно было проверить, на что уходят отчисления.
– Почему мне ничего не сказал?
– Ты не хотела слушать, я не рассказывал, – отрезает он.
– И как? – осторожно поднимаю на него взгляд, быстро возвращаясь к изучению содержимого тарелки. – Отчитались?
– В смысле?
– Просто интересно, – пожимаю плечами. – Там, наверное, все изменилось за шесть лет…
– Пару лет назад страну открыли для посещения туристами, – генерал откидывается на спинку стула, внимательно следя за моей реакцией. – Так что там сейчас все тихо, если ты об этом. Курортная зона…
– Это хорошо. Там восхитительные пейзажи… И города выглядят завораживающе. Я могла гулять в этих местах днями напролет… А военный городок… Он тоже изменился?
– Не особо… Но все же… – отец расслабляет взгляд, наконец переключаясь с меня на еду. – Построили несколько жилых квартирных комплексов, для офицерского состава. Есть детский сад, школа, игровые площадки. Городок все еще приграничный, но уже более мирный, семейный… для контрактников…
Я осторожно улыбаюсь, слыша именно то, что хотела.
– Папа…
Озадаченно хмурит брови, уже ожидая подвоха в следующем вопросе.
– Мы ведь не рассоримся с тобой... снова... если я уеду с Миа по программе «Врачей без границ»?
– А я все думал, когда же этот допрос к сути перейдет? – фыркает, откидывая на стол ложку и тяжело вздыхая.
– Пааап… – строю жалобный взгляд, почти как в детстве.
– Думаешь, в твоем возрасте это сработает?
Виновато закусываю край нижней губы. Отец рассмеялся.
– Мне сейчас как никогда нужна твоя поддержка, – обиженно бубню себе под нос.
– У тебя дочь растет от майора, – фыркает он. – Было бы странно, если бы ты наслаждалась свободой дома, без каких-либо угрызений совести. Семья офицера – это его психологический стержень... Я все ждал, когда же тебя прорвет, и ты попросишься свалить из этого города.
– Мы куда-то уезжаем? – Миа заинтересованно переводит взгляд с меня на деда.
– Домой, – улыбаюсь я.
– В Мэнли?!
– Почти… Это сюрприз, потом узнаешь.
– Ура! – она вскакивает с места, крепко меня обнимая. – Путешествие!