Поцелуй меня [до] смерти
Шрифт:
– Уж извини, не рассчитывали, что придется работать с двумя… американками. – Дэвид потянулся за своей сумкой, выудил из нее амулет и подал его на открытой ладони собеседнице. – Это мой резервный, но я полагаю, что Рокси вряд ли способна сплести сама… Не готов я к режиму «один месяц – один труп». Нужно защитить ее. Как и тебя.
– За меня не беспокойся, – Кэнди поддела амулет на согнутый палец: связанные воедино веточки с сухими листьями и ягодами закачались на шнурке. – Я подготовилась заранее.
Аналогичные амулеты на шнурках уже болтались на шеях парней. Им не нужно было создавать их каждый раз заново, один и тот же защитный знак действовал, пока не осыпался в труху от времени и трения о кожу и одежду. Несколько иных амулетов, хотя и похожих по виду, Тавелл развесил на деревьях возле палаток. Эзотерические книги преувеличивали их силу, и все же некоторую степень защиты подобная простейшая магия давала. От мелких духов, от диких животных… Даже в какой-то мере от людей: блуждающий в поисках добычи охотник, случись ему оказаться поблизости, вдруг решает, что разумнее повернуть в другую сторону, а потом не может вспомнить, отчего так подумал.
Если, конечно, не зазывать его в лагерь специально. Но кому бы пришло в голову подобное? Не мне, мысленно отметила Кэнди, уж точно не мне.
Рокси продолжала изучать найденную в шкафу книжку. Она с детства любила сказки, но давно их не читала, и теперь с удовольствием окунулась в мир волшебных историй. Она чувствовала, как остро в этом нуждается: реальная магия оказалась невпечатляющей и затертой, совсем не такой восхитительной, как в «Гарри Поттере». Роксана наблюдала за тем, как Дэйв доставал из рюкзака проложенные скомканной газетой хрустальные бокалы, пачку детских мелков, совершенно обычных, явно купленных в магазине… Они освящены, пояснил Дэвид, поймав взгляд девушки, но Рокси не стало легче от этих слов. Она страдала от того, как все оказалось приземленно, некрасиво и неинтересно. Хотя бы эту малость она имела право получить от столь разочаровывающей поездки?
Увы, она могла только утешиться книжкой.
«Невинная дева и Юрупари» – гласила первая история.
Водя пальцем по странице, Роксана углубилась в чтение. Сказка оказалась не так уж лихо закручена: простенький рассказ о том, как девушка, торопясь по проселочной дороге в сумерки, повстречала прекрасного всадника, пригожего собой и богато одетого, на чудесном вороном коне. Всадник предложил девушке подвезти ее до города, и та, будучи уставшей и, безусловно, подкупленной импозантностью нового знакомого, согласилась без раздумий.
Рокси перевела взгляд на соседнюю страницу, заполненную иллюстрацией. На темном фоне, где в разливе клубящейся акварельной черноты угадывались абрисы редких деревьев, под светом луны выделялись две фигуры: девушка с огромной корзиной, в искусно выписанном желтом платье, и мужчина… Не всадник, нет. Рокси поняла, что картинка раскрывала секрет истории даже для тех, кто не успел дочитать до конца: и конь, и юноша представляли собой одно целое. Смуглая кожа атлетического торса легко перетекала в спину лошади, нарисованная одним движением кисти художника. Рокси назвала бы это существо кентавром, но от европейских, привычных ей кентавров это сказочное создание отличало отсутствие копыт. В рыхлый песок вминались скорее кошачьи лапы, с огромными, хищными загнутыми когтями. Героиня картинки, очевидно, не различала подвоха: то ли в полутьме, то ли из-за некоего колдовства.
Рокси перевернула страницу и жадно дочитала сказку до последней точки. Разумеется, славный молодой человек был любезен и очаровал свою спутницу. Он назвался принцем, признался ей в любви и позвал замуж. Голова девушки закружилась от быстрой скачки и таких удивительных признаний, так что бедняжка согласилась на все… Когда же глупышку ссадили у ее дома, она была еще в себе, так что оказалась способна рассказать родителям о чудесной встрече. Однако мнимого принца простыл и след, никогда и ни чем он больше не напомнил о себе, не считая того, что через три дня девушка сошла с ума.
Рокси вздрогнула, читая последние строки: «То Юрупари украл ее душу.» Может быть, сюжет истории и не был нов, но все равно от него мурашки побежали у нее по спине. Так что, когда Кэнди встала перед Роксаной, заслоняя ей свет, и откашлялась, Роксана пискнула от испуга, подскакивая на месте.
Впрочем, в ее ситуации, еще неизвестно, кто представлял для нее большую опасность: легендарный лесной дьявол-кентавр или вечно чем-то раздраженная следопытка.
– Библиотека закрывается. Есть задание для самостоятельной работы, практикантка. – Кэнди порылась по карманам и достала темно-красный продолговатый предмет, в котором Роксана не сразу признала швейцарский нож. – Мальчики уже оформили себе по предмету индивидуальной защиты, теперь твоя очередь. Идешь в лес, капаешь на амулет своей кровью, читаешь заклинание. Сразу скажу, я не могу ни сделать это за тебя, ни даже понаблюдать, как ты все выполняешь.
Кэнди протянула нож Роксане и нетерпеливо качнула запястьем: бери же!
– Что это?
– Нож. Не на время, дарю, пусть останется у тебя. – Кэнди сделала это её привычное движение головой, будто разминала шею. Медленно и задумчиво. – Он тебе пригодится куда больше, чем плеер.
Рокси осторожно взяла тяжелый матовый ножик: все лезвия спрятаны, в руке он ощущался приятно и безопасно.
– Если тебе важно, чтобы я извинилась, то: прости. Я бы сказала, что не хотела тебя расстраивать, но… все сложно.
– Но почему ты… накинулась на меня? Чем я провинилась?
Не без изумления Рокси поняла, что Кэнди краснеет.
– Этот… плеер… был одержим…
Рокси растерялась, не зная, что ответить. Кэнди шутила? Хотела поймать ее? Ответь Роксана, что не почувствовала от плеера никакого флера магии, и Кэнди высмеет ее за непрофессионализм. Скажи, что ощутила что-то, и Кандида признается, что решила разыграть напарницу. Рокси показалось, что она задыхается. Какого бы зла ни желала ей Кэнди, она уже достаточно за один только нынешний день насолила ей.
– Ах да, главное: ребята передали. Амулет для защиты. Но заклинание над ним ты должна прочитать сама.
– Какое заклинание?!
Кандида вздохнула. Она в три прыжка сбегала к сваленному у палаток неразобранному скарбу, порылась по рюкзакам, и вернулась назад с листком бумаги, неровно оборванным по краю. Очевидно, весь блокнот был так задавлен другими вещами, что извлечь его полностью пока не удалось бы даже профессиональному фокуснику.
– Хорошо бы, конечно, чтобы ты и сплела его сама, но будем работать с тем, что есть. Пусть хотя бы сейчас, на сегодня: сходим к святилищу, ты всегда будешь вместе с группой. А завтра можешь заняться созданием своего собственного оберега.
Кэнди принялась писать на колене, торопясь и прорывая бумагу острием карандаша. Рокси несмело подала напарнице книжку.
– Вот, подложи. На переплете, конечно, останутся следы, но…
Кэнди не стала уверять, что не будет давить слишком сильно, и прижала сказки к ребру, держа, как планшет. Через минуту-другую заклинание уже легло на бумагу до последнего слова. Кэнди встряхнула листок, точно писала чернилами, и подала его Рокси.
– Просто прочитаешь вслух. Не думаю, что тут принципиально нужно было бы учить слова наизусть. И да, не уходи далеко, чтобы, если что, ты могла бы позвать нас, хорошо?