Чтение онлайн

Я зажмурилась, будто это могло помочь заглушить мысли, которые мне не принадлежали. Но картинка не растворилась. Наоборот, будто наяву я услышала громкий стон, что вырвался изо рта Сариэль, когда Рафаэль грубо врезался в нее, кончая.

– А что? Ты ведь шаришь в моих мыслях. Вот и смотри, мне нечего стыдиться, - рассмеялся он.

– Это мерзко, - я обернулась, но Рафаэль даже не шелохнулся. – Считаешь, это делает тебя желанным? Ты отвратителен! Думаешь, этим девушкам хотелось бы, чтобы ты показывал воспоминания с ними?!

– Эти девушки, - с явной издевкой в голосе говорил Рафаэль, - сделают все, что скажу, если пообещаю их обратить. Ублажат не только меня, но и половину Гаратиса, если поманить их бессмертием.

Его голос звучал пугающе холодно. Я ни на миг не усомнилась, что Рафаэль действительно способен на нечто такое. Представила, что будет с Найварой, если ее сестра…

– Я не стану, - обрубил мои размышления Рафаэль. – Пока еще все три слишком красивы и старательны, чтобы делиться.

Я бы могла глубже впустить в себя его мысли, чтобы понять, что действительно Рафаэль испытывает. Правда ли он настолько омерзителен?.. Но я не хотела снова нырять в грязь, от которой так просто не отряхнуться. Чтобы заглушить смешавшиеся свои и чужие образы, я спросила:

– Но ты… вы, - исправилась, опомнившись, - не обратите никого из них. Так?

– Так, - сухо отозвался Рафаэль, и внутри меня что-то оборвалось.

Сариэль думает, что продает свое тело за бессмертие, но на самом деле она покупает лишь кров над головой.

– Ты ведь знаешь, что это не так просто, - спустя недолгое молчание снова заговорил он. – Чтобы обратить человека, любой вампир, независимо от статуса, должен собрать совет. Все решает голосование глав всех кругов власти. В моем случае ответ будет отрицательным.

Будто он когда-то в ближайшие годы был другим…

Новых отродий в последнее время почти нет. Обращения позволяются лишь в том случае, если пара между человеком и вампиром обручена или в браке. И я сильно сомневаюсь, что Рафаэль встанет на колено перед Сариэль или другими двумя кормилицами.

Повисло молчание.

Я прекрасно понимала, что Рафаэль в любой момент может читать мои мысли, а потому решила отвести их как можно дальше от библиотеки и запрещенной книги, цитату из которой выписала на запястье. Я специально направляла мысли к безобидным воспоминаниям. Это не только защищало меня, но и не пускало в голову образы от Рафаэля. Хватит с меня его извращений!

В памяти расцветали картинки о детстве и маме. Мне было больно вспоминать о том, как меня забрали из родного дома в школу круга луны, едва вместе с рогами проявилась моя магическая сила, но избежать мыслей об тех временах не вышло. Я вспомнила даже, как до поступления в школу, надо мной смеялись соседские дети. Никто не хотел со мной дружить.

Это сейчас я понимаю причину. Взрослые знали, что я полукровка, еще до моего рождения и оберегали своих детей от связи со мной.

Одиночество тянулось за мной шлейфом с самого детства. И даже когда в школе я подружилась с Антинуа, тяжелое чувство тоски не исчезло. А в Гаратисе навалилось с новой силой.

Если бы не Каян, жизнь в замке была бы невыносимой. Но он…

– Серьезно, рогатая? Ты сохнешь по навознику?

– Что? – не поняла я. Вопрос Рафаэля прозвучал так резко, что меня моментально вышвырнуло из тесного мирка воспоминаний, в который погрузилась с головой.

Сколько я провела в размышлениях? Ни голод, ни усталость не терзали меня. Но, может, в междумирье таких чувств и не существует? Может, не только время здесь ведет себя иначе?

– Я случайно услышал, как ты думаешь о том жреце, который постоянно возится в саду…

– Случайно, - язвительно повторила я и притянула колени к груди, после чего уткнулась в них лицом.

Матушкина библиотека! Какой стыд! Я-то даже себе не признавалась, что Каян мне симпатичен! То, что Рафаэль понял это раньше меня…

– Отвратительно, - протянул он.

Мне захотелось заткнуть уши, лишь бы не слышать его тягучий, как ирис, голос.

– Вы будете смотреться, как брат и сестра. Оба цвета ржавчины, оба чародеи… Или тебе такое нравится? Возбуждает иллюзия запретности?

Я не выдержала. Стянула туфлю и кинула в Рафаэля в надежде, что каблук хорошенько ударит его по голове.

Только вот вампир поймал «снаряд» в полете, когда тот почти достигла цели.

– Что?! – вскинулась я, когда Рафаэль до хруста сжал мою туфлю в ладони. – Если мы здесь останемся навсегда, то я хотя бы душу отведу!

– Ох, рогатая, ты ведь даже не вампир! Откуда такая жажда крови?

– А то ты не знаешь! – снова съехала с уважительного «вы» я и картинно указала на свои виски. – Ты же из моей головы не вылезаешь! Что ты там ищешь?!

– Возможно, если бы я натолкнулся хотя бы на одно восхищение своей персоной, мне не пришлось бы копаться в мусоре, который зовешь мыслями, столь долго.

– Ой, да пошел ты, - простонала я в ответ на его откровенную шутку.

Он смеялся, а я снимала вторую туфлю. Ступню она не грела, так как состояла из тоненьких ремешков и каблука, и удобства не приносила.

– Снова швырнешь ее в меня?

– Нет.

– А что тогда?

– Загляни, сам знаешь куда, и увидишь.

Я специально в красках представила, как луплю Рафаэля туфлей. Он корчится, пытается закрыться от меня, а я не останавливаюсь…

– Какая безвкусица, Тиа, - вздохнул Рафаэль, а потом чужие образы перекрыли мои.

Рафаэль нафантазировал, как я отрываю от туфли самый длинный ремешок и связываю им руки вампира за спиной. Причем затягиваю ремень с силой, но это вызывает на губах наглеца только улыбку…

– Оставь свои желания при себе, - скривилась я и приложила все усилия, чтобы выкинуть из головы образ, заставляющий щеки гореть от стыда.

Вместо этого я снова подумала о Каяне, о наших посиделках в саду. О том, как его волосы походили на огонь в закатных лучах…