Поцелуй со вкусом крови
Шрифт:
– Она снова говорит со мной, - поделилась я, понизив голос.
В покоях мы были одни. Я не сомневалась, что за дверью нет подслушивающих. Но все равно признаваться было сложно. Будто говорю не о богине внутри себя, а о разлагающемся разуме.
Хотя кто знает? Может, я действительно схожу с ума.
«Могу сжечь еще кого-нибудь, если не веришь», - сталью прозвучало в мыслях.
– И какого это? – так же тихо спросил Рафаэль, наклонившись ко мне. – Что ты чувствуешь, когда так близка с древним существом? Столько знаний, силы… Нет ощущения, что это может раздавить своей мощью?
Он говорил с трепетом, с придыханием. С непонятным мне восторгом.
Я ненадолго задумалась, а потом слабо качнула головой:
– Наши разумы не сплелись. Я – все еще я. И знаний у меня нисколько не прибавилось.
– Жаль, - сухо бросил он и выпрямил спину.
От возмущения я тоже выровняла осанку и заломила бровь. Очередное унижение? Но Рафаэль вдруг опомнился и добавил:
– Я имею в виду, что было бы неплохо располагать знаниями, какие есть у божества. Это все же высшее создание. Древние боги рождены из звездной пыли. Они старее всего живого. Представляешь, сколько они видели? Сколько знают?
Не представляла. Но от одной мысли о том, что не только говорю, но и ношу в себе кусочек столь древнего существа, ощутила страшное головокружение.
«Наконец-то. Раболепия тебе не хватало».
– В общем, Царица Мечей… Солнцеликая…
«Зови меня Яснара».
– Яснара говорит, что мы должны остановить Валанте. Вой Ночи нельзя вновь пускать в наш мир, - обреченно вздохнула я.
– Яснара?
Я выслушала, что мне скажет богиня, и повторила уже вслух:
– Это имя звезды, из которой она родилась. И ее имя тоже.
Мыслительный процесс был написан у Рафаэля на лице. Вот он задумчиво пожевал губу клыком, затем поджал губы, нахмурился, отвел глаза…
– И что Яснара нам советует предпринять? Как мы должны остановить Валанте? Убьем его?
Его глаза на этих словах блеснули, точно кровь на острие клинка. Внезапный страх ударил в грудь, точно волна. Я чуть отшатнулась и застыла, слушая Яснару:
«У твоего друга пылающее сердце, полное ярости. Это и хорошо, и плохо. У него есть рвение, чтобы помогать, но оно же может погубить нас».
Я кивнула, хотя даже не знала, видит ли это Яснара. А вот Рафаэль, увидев это, радостно потер ладони:
– Что? Богиня одобрила? Убьем Валанте!
– Нет! – вскрикнула я и встала с софы. Ноги казались непослушными, как и все тело. За безумную ночь я сильно устала, но этот разговор отложить не могла.
«Утихомирь его, иначе нам придется избавиться от глупца».
– Нужно действовать осторожно. Мы не знаем сути ритуала…
– Но ты ведь видела книгу, - упрямился Рафаэль.
– И что? Там только текст. Выглядит, как обычная легенда.
– Однако ты пробудила Царицу Мечей. Получила ее покровительство и силу.
«Я убью его».
Я скривилась и шумно вздохнула. Ох, я бы и сама не прочь стукнуть Рафаэля несколько раз, но убивать...
– Я бы не назвала это покровительством. То, что случилось, произошло случайно. И это не полноценное пробуждение, которого наверняка добивается Валанте. Мы должны понять суть ритуала.
– А потом? Предлагаешь подсунуть ему неверное заклинание? Или в последний момент стереть в пентаграмме пару знаков? Смешно, Тиа!
– Куда ты торопишься? – от раздражения и страха я в очередной раз забыла про формальности и уважительное «вы».
– Настолько устал быть рабом, что готов разрушить все непродуманным планом?
Он встал с кровати и приблизился ко мне почти вплотную. Я даже попятилась, напугавшись напора Рафаэля.
– Ты не знаешь, как я жил.
– Ты наместник Розы Гаратиса. Ты живешь, как аристократ.
– Чтобы застилать глаза таким, как ты, - сквозь зубы процедил он. – Закон о свободе отродий не позволяет Валанте цепью привязать меня к ноге. Он готов терпеть меня рядом, только если ползаю на коленях, но он не имеет возможности это осуществить. При Валанте ходит его свита, а я – отброс.
– Отброс в дорогой одежде, с личным замком и троицей красавиц-кормилиц, - напомнила я, стараясь смотреть Рафаэлю в глаза.
Это было сложно. Красные радужки казались ярче обычного из-за злости и жажды крови. Но опустить глаза не позволяла гордость. Во-первых, я не покажу слабость. Во-вторых, Рафаэль все еще не совсем одет.
– Валанте раз за разом пытается убить меня чужими руками. Отсылает на войну, накидывает грязную работу и постоянно, постоянно издевается. В тот раз в его доме ты видела лишь малую часть, Тиа. А я устал быть собачкой на поводке. Устал, что меня могут избить, накормить тухлыми животными, поданными на золотом блюдце, или кинуть, как мясо, на передовую. Я хочу свободы.
– Твои цели сложно назвать благими, но добиваемся мы одного. Мы оба собираемся остановить Валанте. Так что и действовать лучше сообща.
– Еще вчера ты яростно отказывалась вообще принимать во всем этом участие, а сегодня диктуешь условия?
– Еще вчера древняя богиня в моем теле не обещала сжечь меня заживо, если испорчу ее замысел. И тебя, кстати, тоже.
В дверь постучали, и мы с Рафаэлем отпрянули друг от друга.
– Прошу прощения, - послышалось из коридора. – Вы поели? Я могу забрать тележку и посуду?
– Нет, - рявкнул служанке Рафаэль и протащил тележку поближе к софе, на которой и расселся.
Он поморщился от боли, когда потянулся к одному из блюд, чтобы поднять крышку. Под ней по моему заказу оказалось мясо, приправленное розмарином и политое брусничным соусом, и кусочки поджаристого картофеля.
– Вот так завтрак, - с довольным удивлением выпятил губу Рафаэль и переставил точно такую же тарелку в сторону. Для меня.