Поцелуй со вкусом крови
Шрифт:
Оболочка моей любимой начала медленно разводить руки в стороны, и что-то подсказывало, нас ждет не самое приятное зрелище.
Треск ткани, хруст костей, жуткий вой… На моих глазах захлебывающийся криком глава клана Дэйнаш содрогнулся, а затем разорвался на части, ошметками разлетаясь по всей комнате.
Кровь брызнула в лицо, и я зажмурился, задерживая дыхание.
Сердце билось в груди словно сумасшедшее. Не знал, как реагировать на все случившееся и происходящее.
«Неважно, кем ты стала и как изменилась твоя внешность… вернись ко мне. Вернись, прошу. Я не смогу жить без тебя!»
Вокруг воцарилась тишина, и лишь всеобщее учащенное дыхание нарушало ее.
Не спешил открывать глаза. Не хотел понимать и признавать, что Ника теперь не та, что теперь она другая. Что теперь она… не моя…
Собственное биение сердца закладывало слух. Хотел кинуться к ней, хотел заключить в свои объятия, но имел ли я право прикасаться к той, кого не достоин…
— Кристиан… — замогильный голос, наполненный властью, коснулся моего слуха.
Распахнув веки, встретился с чужим взглядом черных глаз, из которых сочилась сама тьма.
«Бог… Передо мной темный бог…»
— Ты должен защищать ее…
— Прошу прощения, что не смог, — мотнул головой, низко склоняя ее. — Я виноват как никто другой.
— Должен быть опорой и поддержкой…
Понимал, что он прав. Но еще понимал, что мои силы утеряны.
«Я стал обычным. Как и все. Но… Но даже несмотря на это буду защищать Николь! До последнего вздоха! Пока бьется мое сердце!»
— Верные слова…
— Что? — судорожно сглотнул, решительно вскидывая взгляд на божество, явившееся в теле моей любимой.
— Глупый мальчишка, — уста Ники тронула легкая улыбка, а затем рука монады приподнялась на уровень моего лица, выставляя указательный палец…
«Сейчас будет больно…»
Но боли не последовало. Только легкая щекотка по всему телу, переходящая в тепло.
«Что происходит? Почему… Почему я до сих пор дышу?»
— Потому что она любит тебя.
Эмоции захлестнули через край, за спиной послышались взволнованные вздохи.
— Вы — пара! Помни об этом! — яркая вспышка в глазах Ники, и на ее волосах начали появляться белые пряди, ярко выделяясь на основном, черном цвете. — А изменение во внешности станет для каждого неоспоримым доказательством ваших переплетенных судеб!
Хотелось спросить, что именно бог имеет в виду, но прошла секунда и…
— Кристиан? — любимая моргнула. — Кристиан! — с громким криком Николь кинулась ко мне, падая на колени. — Живой! — шептала она, прижимаясь и целуя щеки, нос, губы. — Живой! А папа?! Брат?! — Ника испуганно вскочила на ноги, замотав головой по сторонам.
— С ними все будет хорошо, монада…
Поднявшись следом, я посмотрел на говорившего.
Магистр, тот самый с нашей академии, кто так радовался, что теперь будет обучать не только парней.
«Значит, все это время ты был на стороне моего отца… Благодарю тебя».
— Монада…
Темные стояли на коленях, приложив ладони к сердцу. Они не спешили подниматься.
— Позволь поклясться в верности…
— Позволь стать теми, кто будет защищать тебя…
— Кто безоговорочно пожертвует собой, если того потребует ситуация…
— Что же вы… — растерялась Николь. — Зачем на коленях-то?
— Потому что так положено, дочка… — хриплый голос отца вызвал улыбку на лице поцелованной темным богом.
— Папа! — с радостным криком любимая бросилась к нему. — Папочка, ты жив!
— Спасибо, сестра, что тоже переживаешь за меня, — прокряхтел Мар из другого угла.
— Братик! — Ника, размазывая слезы радости по щекам, кинулась и к нему.
— Амели с нами, не переживай, — донесся крик Миана из коридора.
— Парни… — Ника, видимо, не выдерживая обрушившихся на нее эмоций, осела на пол, закрывая лицо ладонями. — Спасибо… — шмыгала она носом. — Спасибо, что вы все остались живы… Спасибо, что остались со мной…
ЭПИЛОГ
Николь (два года спустя)
— Вы здесь? Отлично! — с ошалевшим взглядом вампирессы Амели влетела в беседку, за долю секунду усаживаясь в дальний угол и прячась в густой зелени вьюнка.
— Э-э-эм, — протянула Эмбер, в глазах которой плясали смешинки.
— Что? — не выдержала я. — Настолько надоел?
— Да не то слово! — Мел захлебнулась возмущением. — Сил уже никаких нет!
Секунда… две… три…
Наш дружный с Эмбер хохот разнесся по всей округе.
— Вот спасибо! — девушка обиженно насупилась. — Умеете поддержать!
— Не злись на него, — я пересела поближе. — Миан сильно переживает за тебя. За вас, — осторожно опустила ладонь на округлый животик сестренки, получая ощутимое шевеление в ответ.
— Знаю, — Амели мотнула головой, вздыхая, — но сил больше нет постоянно есть и спать!
И вновь мы рассмеялись, только уже втроем, распугивая хохотом расположившихся на ветках птиц.
С того кровавого дня, навсегда отложившегося в памяти каждого, кто находился в поместье, прошло чуть больше двух лет. Не передать словами, как тяжело было первое время. Все эти ужасы не желали выходить из мыслей.
Начнем с того, что совет, те, кто остался в живых, был предан суду. Возле ратуши собралось достаточно вампиров, внимательно слушающих каждое слово Эриона Лэбрена, моего отца, на данный момент возглавляющего темный народ. Никто не посмел ему перечить или перебивать. Мужчины, впитывая информацию, с алыми глазами погружались в атмосферу того кровавого утра, в которое я чуть не потеряла свою семью.
Были приглашены свидетели — братья Дэйнаш и те, кто пришли к нам на помощь. Сказано было многое. А вот двое уцелевших глав помалкивали, не решаясь что-то возразить. Не то чтобы им было стыдно. Нет, в таких тварях никогда не зародится нечто подобное. Просто они боялись, ведь понимали, что ждет их дальше.
Ублюдков казнили. Сожгли заживо. Страшнее участи для вампира не сыскать, но, как по мне, они это заслужили!
Наше родовое поместье было осквернено, поэтому ни у кого не возникло даже мысли продолжать жить в нем. Его превратили в пепел, предавая огню не только ошметки тела Димиана Дэйнаша, но и стены, впитавшие ужас случившегося.
Миан с Тароном тоже не захотели возвращаться к себе домой, ведь со слов парней их поместье сложно было назвать домом, так как Димиан вечно сеял в нем хаос и разруху, издеваясь над служанками на глазах у сыновей.