Чтение онлайн

========== Это важнее всего (Томас Реддл), У дружбы бывает конец (Кэтрин), День Рождения Кэтрин (Снейп) ==========

POV Томас Реддл

Мне сообщили, что Кэт и Гарри в опасной ситуации, Дамблдор и МакГонагалл. Я примчался в школу, вместе с учителями двинулся куда-то к лесу. А оттуда вышел, хромая, мужчина в длинной изодранной черной мантии, по лицу стекала струйка крови, на щеке ожог… Он нес на руках Кэт, а рядом плыли носилки с Гарри и Сириусом Блэком.

Снейп остановился. Кэтрин осветила Луна…

– О Мерлин, что с ней? – взвизгнула профессор Стебль.

– Проклята… - хрипло ответил Северус, – ее проклял Петтигрю. Заберите их, а мне нужна мадам Помфри и профессор Дамблдор. И вы, Томас, если хотите, - уже в больничном крыле Северус осмотрел мою дочку при свете свечи. Помфри заставила его вымыть руки, но кровь он и не думал остановить. Свою кровь.

– Жить будет, точно. Но болеть может долго… Принесите из моей лаборатории зелье в синей бутыли на верхней полке. Живее!
– кто-то ушел исполнять приказ, меня позвала Помфри в соседнюю комнату. К Гарри…

Когда я вышел, Снейп растирал синяки Кэтрин каким-то отваром, поил с ложечки чем-то, и все время говорил, что Гарри жив и все в порядке…

Так прошли три дня, Снейп не спал совсем, я едва ли час в сутки проводил в тревожной полудреме, постоянно открывая глаза и уверяясь, что она жива… Чем только не поил девочку за это время Северус. И, надо заметить, она поправлялась, даже обошлось без больницы Святого Мунго. Просыпаясь на миг, Кэт звала Гарри, сквозь бред – Гермиону. Отдать дар… Северус категорически не подпускал к Кэтти женщин…

На третий день я вернулся от Дамблдора – Блэка от тюрьмы спас Гарри с маховиком. Вместе с Гермионой. Блэк просто сбежал, Питера же так и не поймали… А мы теперь отмазывались от приставаний дементоров по этому поводу.

– Тише, родная, я все равно тебя не отдам так просто, я что угодно достану для тебя. Не отпущу… - я замер в двери. Северус прижал к губам руку Кэт, не видя меня. – Я люблю тебя, я не смогу без тебя… Прошу, помоги мне! Я не пущу к тебе Гермиону, никого, пока не поправишься. Кэтрин, ты умничка, ты герой, Солнышко… Но ведь я просил быть осторожнее, просил! Почему я опоздал? Солнышко. Я люблю тебя, слышишь? Ты нам нужна, мне, Гарри, папе… - мне стало стыдно. Я испортил ему жизнь, а он сейчас уговаривает мою дочь жить, борется за нее, не спит четвертые сутки… Совсем.

– Северус… - он резко обернулся, я прошел ближе. – Северус, простите меня за ту сцену зимой… Я был неправ.

– Сейчас не это важно, главное заставить ее жить, она снова звала Гермиону, но правда уже не отдать дар. Однако пока не стоит рисковать…

– Может, поспите?

– Нет, пока не очнется – нет… Зачем ты туда сунулась одна?

– Гарри… - слабо прозвучал голос дочери. Мы с Северусом повернулись одновременно. Кэт открыла глаза, смотрела вполне осмысленно. С души свалился камень при словах Северуса:

– Вот теперь ты точно будешь жить. Умничка! Ты победила проклятье.

– Или ты. Я помню, что ты меня поил чем-то горьким все время… Северус… - она сжала его руку. Я показался себе лишним тут сейчас и вышел. Она жива. И это важнее всего…

***

Кэтрин поправлялась гораздо быстрее, чем можно было ожидать. В первые сутки ей было еще плохо, но уже на вторые Кэт даже шутила. Вот тогда только Северус рискнул пустить к ней Гермиону Грейнджер. Девушки остались наедине, о чем-то долго говорили. И из крыла Гермиона вышла повеселевшей – до того девочка ходила чернее тучи. А теперь улыбалась, причем искренне. Позже Кэт сказала мне, что Гермионе нравился Гарри, и Кэтрин удавалось поддерживать девушку. Для племянника Грейнджер была просто подругой… Позднее первая влюбленность девочки прошла, но тогда ее еще тянуло к Гарри.

Вообще с того мая Гермиона и Кэтрин сильно сблизились. Позднее девушки, уже обе взрослые, стали настоящими подругами. Но тогда, в том возрасте, разница в три года была велика. Одна уже взрослая девушка, встречается с мужчиной, а вторая – еще подросток, еще только становится девушкой из девочки. Это была не дружба, но уже первые ее проблески. По крайней мере ни с кем, кроме Кэт, Гермиона не откровенничала.

Соревнование между факультетами закончилось в том году девятнадцатого мая. Победой Слизерина.

– Итак, - мы сидели за завтраком в Большом Зале, Северус тоже. Он впервые за все время с возвращения из Леса оставил Кэтрин на попечение мадам Помфри. Поспал пару часов и поднялся пообедать. Дамблдор же решил сразу закончить все процедуры учебного года, Снейп еще отказывался продолжать уроки, пока не поставит Кэт на ноги, а ему к тому же через две недели, даже меньше, уже надлежало принимать экзамены. Причем в том числе и Защиту от Темных Искусств, Римус уехал из замка еще семнадцатого мая, он не хотел подвергать учеников опасности. Ему хватило одного раза… Кэт его крестница и закрывала собой от него Гарри и его друзей. Римус, обратившись в человека и узнав об этом, сказал, что уходит из школы.
– Прошу внимания. В связи с некоторыми событиями этого года соревнование мы закончим раньше. А именно – сегодня. На данный момент счет таков, - начал Дамблдор. – Со счетом четыреста семьдесят баллов лидирует факультет Слизерин, – это заявление вызвало за соответствующим столом бурные овации. – На втором месте Равенкло – четыреста десять баллов. На третьем Гриффиндор – четыреста баллов, - еще более бурные овации. – И, наконец, Пуффендуй – триста тридцать баллов. Но теперь, - повисла тишина. Ученики напряглись. – Немало смелости нужно, чтобы в тринадцать лет сразиться с дементором. Немало смелости нужно, чтобы поверить в невозможное. За храброе и достойное поведение я присуждаю Гарри Поттеру шестьдесят баллов! – первое место достанется Гриффиндору, если всех участников событий оценят так же. Увы… Кэтрин огорчится. – Гермиона Грейнджер получает пятьдесят баллов за самообладание и способность вовремя убедить других, что они ошибаются, за то, что мисс Грейнджер не только верит, но и делает невозможное… Рон Уизли – пятьдесят баллов за умение отказываться от дорогого сердцу. Итак… Общее число баллов – пятьсот шестьдесят у Гриффиндора… - гриффиндорцы встали с мест, сияя. Дамблдор улыбнулся… МакГонагалл, аплодируя, недоуменно смотрела на него, - но не торопитесь радоваться. Умение в тринадцать лет сразиться с дементором достойно похвалы. Но многие ли из вас готовы закрыть собой другого от серьезного проклятья взрослого, темного мага? Многие ли смогут найти в себе силы защищать жизни троих человек от смертельной опасности до последнего вздоха? Многие ли смогут поверить человеку, от которого отвернулись почти все? – воцарилась гнетущая тишина, ученики посерьезнели и притихли.
– Наконец, многие ли из вас любят кого-то до такого самоотвержения, что забывают о себе, имея целью его покой и счастье? Многие ли из вас умеют любить до самой последней черты? Не обязательно девушку или парня, можно и брата. Подводим итог, – гриффиндорские флаги затрепыхались. Я уже знал, о ком речь… «Баильядос» Петтигрю был предназначен Гарри, это рассказ самой Кэт. Она сказала, кстати, что дар отдать хотела не чтобы умереть, а потому, что действие он лишь усиливал. Действие проклятья… Баильядос должен был ее медленно убить – сжечь изнутри. Но Северус все сделал, чтобы спасти ее…

Она спасала Гарри, Сириуса и себя от дементоров, мужчин от Петтигрю еще. Речь сейчас шла о Кэт явно.

– Я присуждаю девяносто пять баллов мисс Кэтрин Реддл, Слизерин. За умение в сложной ситуации не терять головы и бороться… И за умение до самоотверженности и самопожертвования любить своих близких. Да, нужно быть осторожнее. Но я искренне уважаю смелость этой девушки, чья мама гордилась бы ей сейчас! Итого с перевесом в пять баллов победил Слизерин! Сменим декорации!

Когда через час Кэт это сообщили, она слабо поднялась от подушки, улыбнулась и легла обратно.

– Здорово! – слабая улыбка давало надежды больше, чем весь смех мира… Мое единственное сокровище, моя единственная дочь.

Вечером этого дня мы с Северусом трансгрессировали к нам, уложив Кэт. И сидели на кухне с чаем и шоколадными магловскими конфетами. Не знаю, зачем я тогда его пригласил, но внезапно меня прорвало. Я рассказал о своем детстве, о ранней смерти мамы, работавшей на трех работах ради прокормления меня. К счастью или к горю, я был на последнем курсе, когда ее не стало. Меня уже не ждал приют, мне было семнадцать, но эту потерю оказалось почти невыносимо пережить, отца же я никогда не видел…

– Она была сквибом, так радовалась, когда мне пришло из школы письмо… Больше чем я, - рассказывал я. В черных глазах мелькнула грусть одному ему ведомых мыслей, - когда мама умерла, я решил, что стану Министром Магии, никак не меньше. И сделаю такой закон, что женщина-маг с ребенком будет получать помощь Министерства, даже если она сквиб… Вот теперь я замминистра, выше вряд ли прыгну. Да и не хочу, я теперь и так могу помогать тем, кому могу помочь. Розалина всегда шутила, что я настоящий министр, а на этом посту так, поддельные, я конспирируюсь…