Чтение онлайн

В то время как я… Ну, я не более чем просто я.

Я даже не уверена, когда позволила этому случиться, может, я отдала ему все, что у меня было, и потерялась по пути, потому что мы поженились так рано. И в процессе я потеряла себя.

Для кого я имею значение? Я надеялась, что для моего мужа, но я в этом уже не так уверена. Все между нами казалось чисто деловым.

Больше года назад он в последний раз целовал меня так, словно скучал по мне. И даже тогда это было сделано для камер.

Это его правило номер один. Не ставить его в неловкое положение, особенно перед камерами.

Вот я этого и не делаю.

Меня почти не бывает видно, и я провожу большую часть времени запертой в доме, пока делаю работу для него.

Я опускаю взгляд на белый мраморный пол. Я выбрала его. Вообще-то, я выбрала серый, но Кайлер настоял на белом, а камень и форма были на мне. Стены здесь совершенно белые и мебель почти такого же оттенка со случайными серыми акцентами. Здесь на вид почти как в больнице. Присутствие жизни можно заметить только в моем кабинете.

Кайлер нанял домработницу, которая приходит дважды в неделю, поскольку ему нужно, чтобы все было безукоризненно.

Беспорядок меня не волнует, никогда не волновал.

Я прохожу и намеренно скидываю подушку с дивана, чтобы придать пространству хоть немного жилой вид. Затем я поднимаюсь по лестнице, держась за стеклянный поручень, и иду прямо в свою спальню. Это наша спальня, но ничего связанного с сексом здесь больше не происходит. Мне не вспомнить, когда он в последний раз трахал меня. И иногда жене просто хочется быть трахнутой. Прижатой к стене и удовлетворенной ее мужем.

Когда у нас в последний раз был секс, это ощущалось как обязательство.

Самое грустное? Я все еще люблю его и думаю, что он привлекателен. Он значится третьим в списке лучшей внешности выпуска «самый сексуальный мужчина» журнала People. Все говорят, как мне повезло, что у меня есть он, пока я бормочу себе, как ему повезло, что у него есть я. Я подписалась на эту жизнь, знаю, но от знания, что я сделала этот выбор, легче не становится.

Сняв платье, я смотрю, как оно падает на пол. Я планирую сжечь его, чтобы больше никогда его не видеть.

Затем я вспоминаю кряхтение, и мое тело сжимается, замирая на месте.

Что сделал с другим мужчиной тот мужчина, что спас меня? Мне стоило спросить. Может, я вернусь и спрошу.

Я качаю головой. Нет, нет, я не хочу знать.

Но что, если есть фото? Я чувствую досаду от мысли, что свидетельство случившегося может распространиться.

И затем я говорю себе не быть глупой и что это не моя вина.

Я оглядываю себя в зеркале, запотевшем из-за горячей воды из душа. Мои рыжие волосы представляют собой путаницу из кудрявых локонов, которым требуется хороший уход, а мои зеленые глаза сонные и испуганные.

Как мог Кайлер пройти мимо меня и не заметить, что что-то было не так?

Я отворачиваюсь от своего нечеткого отражения, затем захожу в душ и мочу голову. Когда я делаю это, отшатываюсь и закрываю рот рукой, когда из меня рвется такой громкий крик, что я пугаю саму себя. Мое тело дрожит из-за сдерживаемого истощения и последствий наркотика, который этот ублюдок дал мне.

Затем я вспоминаю о швах.

Решаю не мыть волосы, затем мою остальное тело, прежде чем выйти, взять мягкое белое полотенце и закутаться в него.

На сегодня у меня были планы. Нужно разобраться со множеством рабочих обязательств.

Но когда я смотрю на постель, я знаю, что не смогу функционировать, поэтому забираюсь в нее, зная, что я абсолютно ничего не сделаю.

Я беру телефон и пытаюсь найти мужчину, что помог мне, но понятия не имею, как называется место или даже как его найти. Я помню локацию, на этом все.

Может, я вернусь.

Или, может, я должна позволить всему улечься и никогда не возвращаться в то место.

Последний вариант определенно безопаснее всего.

ГЛАВА 5

ОРИАНА

– Ты готова?

Я надеваю каблуки, когда входит Кайлер, одетый в костюм с ярко-синим галстуком под стать голубой рубашке. Я провела всю неделю в постели, и мой муж ни разу не спросил, что со мной случилось и была ли я в порядке. Если так подумать, я почти не видела его, пока он любезно не напомнил мне вчера о гала, на которое мы идем сегодня.

Я думала отказать ему.

Я хотела отказать ему.

Но я знала, что пора было перестать заказывать еду, лежать денно и нощно в постели, и я должна была вернуться к жизни.

В старшей школе я не сразу влюбилась в Кайлера. Честно говоря, он встречался с другой, когда мы впервые заговорили. Потом у нас был английский вместе, и нас распределили в пару для задания. Я знала, кем он был, но мы в действительности никогда особо не говорили. Я не вращалась в тех же кругах, что и он. Не то чтобы у меня не было друзей, у меня просто не было столько же друзей, сколько было у него. Кайлер был рожден стать знаменитым. Он из тех, кого все любят.

Я рано осознала почему.

Он обладал обаянием.

Харизмой.

Он пленял.

Я могла сидеть и слушать его часами.

К концу выпускного класса Кайлер был одинок и между делом позвал меня на вечеринку. Тогда я подумала, что неправильно его расслышала. Ведь разве мог Кайлер, самый популярный парень в школе, захотеть взять меня, любительницу всего, чем он не являлся, с собой на вечеринку?

Он играл на своей гитаре во время перерывов в школе.

Я сидела в углу и читала книги.

Я хотела стать доктором и училась ради достижения этой цели, но затем я влюбилась в Кайлера и с того дня соглашалась почти на все, о чем он просил.

Даже если это было глупым.

Он был моим первым, в общем-то, во всем.

Когда Кайлер сказал, что хочет переехать в другой штат после выпуска, чтобы развивать свои музыкальные стремления, я сказала, что поеду с ним. Когда он попросил меня помочь управлять его бизнесом и персональными делами, я с радостью согласилась.

Взамен я потеряла себя.