Чтение онлайн

Его язык танцует с моим, когда он отстраняется, прикусывает мою губу и проделывает это вновь. Мне каким-то образом удается сохранить осознанность, а не позволить этому поцелую выбить меня из колеи, и я тянусь вниз и ввожу его в себя. Губы Джейка замирают на моих, и когда я полностью опускаюсь на него, он, кажется, вспоминает, где мы и что делаем, а затем вновь целует меня.

Меня целовали раньше.

Прикасались раньше.

Возможно, даже любили.

Но ничто, ничто не сравнится с Джейком.

И эта мысль чертовски меня пугает.

Ориана лежит ко мне спиной и спит рядом со мной. Я тянусь к ней и прижимаю ее к своей груди.

Когда ее теплое тело прижимается ко мне, мне в последнюю очередь хочется двигаться. Но я знаю, что должен. Я не могу рисковать и засыпать рядом с ней вновь, не после произошедшего в прошлый раз.

Она - единственный человек в этом мире, причинять боль которому мне физически больно. Эта боль засела глубоко в моей груди.

Это напоминает мне о моей матери, я ненавидел ее, но любил, несмотря ни на что.

Она была похожа на тех женщин, которых я покупаю.

Вот почему я делаю то, что делаю.

Мой отец, богатый социопат, бросил ее, узнав, что она беременна мной, и она больше не приносила ему пользы. Она делала все возможное, чтобы выжить, даже если это означало позволить самому дьяволу спать в месте, где ребенок должен чувствовать себя в безопасности: дома.

Позволить Ориане думать, что рядом со мной ей небезопасно, - не вариант. Тот факт, что она доверяет мне достаточно, что засыпает рядом со мной, говорит мне об этом. Я поднимаю одеяло и натягиваю его на нее, выбираясь из постели. Ориана издает тихий звук, но не просыпается, пока я выключаю свет и закрываю дверь.

Я подхожу к своему телефону и обнаруживаю несколько пропущенных звонков от Марии. Перезваниваю ей, и она сразу же выругивается на меня, когда отвечает, а затем говорит:

– Твой брат здесь, в баре отеля. Пожалуйста, спустись, - после чего вешает трубку. Я одеваюсь и достаю свой нож, заправляя его в брюки, прежде чем пойти туда.

Между мной и моим братом нет любви. Я бы с легкостью перерезал горло этому человеку, брат он или нет, и не потерял бы ни минуты сна.

Я не всегда выбираю насилие. Есть достаточно людей, которые могут сделать это за меня. Но если дело дойдет до этого, я без проблем справлюсь с этим сам.

Войдя в бар, я вижу Марию с бокалом в руках, сидящей рядом с Грэйсоном. Грэйсон наклоняется и что-то говорит ей, она отталкивает его, и он смеется. Я подхожу к ним, и они оба поворачиваются ко мне лицом, когда я нахожусь всего в нескольких футах от них.

– Тебя выпроводили. Очевидно, ты пропустил знак выхода, - говорю я Грэйсону.

Он поднимает свою выпивку.

– Меня выпроводили с вашего маленького собрания, но это общественный бар, который тебе не принадлежит, брат.

– Мы едва ли братья. Кровь ни хрена не значит, - говорю я ему.

– Я это знаю.

Я скрещиваю руки на груди.

– Знаешь? Потому что ты все еще вьешься за мной, как дурной запах.

Мой брат выбирает игнорировать меня и постукивает пальцами по стойке, заказывая еще одну порцию. Он кивает Марии, а затем взмахивает рукой на меня.

– И ему что-нибудь, - говорит он бармену. Бармен смотрит на меня, и я качаю головой.

– Охотников не впечатлит, если я вернусь с пустыми руками. Они вполне могут посоветовать мне вернуться прямиком в твой город. Думаешь, люди, которые тебя защищают, действительно смогут защитить тебя от них?
– спрашивает он.

Я не знаю охотников, но в рассказы о них трудно поверить.

Но я не сомневаюсь, что все, что о них говорят, правда.

Они - зло.

А еще они любят коллекционировать.

– Чего они хотят?
– спрашиваю я.

Он ухмыляется.

– Им нужны твои женщины.

– Для чего?

Он отпивает свой напиток, прежде чем ответить:

– Для всего, что им угодно. Я не задаю глупых вопросов.

– Почему ты не задаешь вопросов?
– говорю я ему.

– Мне не платят достаточно, чтобы я задавал вопросы, вот почему.

– Значит, дело в деньгах. Вот истинная причина, по которой ты здесь.

– Деньги - властитель этого мира, не так ли?
– возражает он.

– Охотники действительно хотят женщин, или они нужны тебе для твоих клубов?
– спрашиваю я.

Он улыбается.

– Ты меня поймал. Охотникам не зачем связываться с такими вещами.
– Я скрежещу зубами.
– Хотя я хочу собрать несколько женщин, как ты.
– Он кивает Марии.
– У вас обоих есть ресурсы, так что дайте мне женщину.

– Это так не работает, - возражаю я.
– Я не собираю женщин. Я их покупаю…

– Работает. Я заплачу. Ты знаешь, что я способен на это. Называй это как хочешь.

Мария хмыкает, и Грэйсон поворачивается к ней, вскидывая бровь.

– Не смотри на меня, придурок.
– Она рычит, пока я стараюсь не улыбаться, когда она подносит свой бокал к губам.

– У меня есть кое-что для тебя. Думаю, тебе стоит взглянуть на это.
– Грэйсон встает и начинает уходить, но мы с Марией остаемся на месте.
– Джейк, ты захочешь это увидеть. Предлагаю тебе пойти за мной.

Я смотрю на Марию, а она просто пожимает плечами.

– Не моя проблема.
– Она поднимает выпивку.
– Я напиваюсь и, надеюсь, потрахаюсь с итальянским жеребцом. А ты развлекайся со своим сумасшедшим братом.

Покачав головой, я оставляю ее в баре и выхожу вслед за Грэйсоном. Он подходит к машине и сразу же направляется к багажнику, открывая его. Когда он это делает, я вижу Мерседеса, мужика, которому я перерезал горло сегодня ночью.

– Ты забыл убрать за собой беспорядок.
– Он кивает на Мерседеса.
– Теперь я могу отнести это местным властям, или ты можешь дать мне желаемое. Я прошу только одну женщину… Я в отчаянии.

Я скрежещу зубами, глядя на него, а затем хмыкаю.

– Уверен, они с радостью обыщут твою квартиру. Интересно, что бы они сделали с твоей рыжей красоткой? Она ведь была там, верно? Вероятно, на ней даже осталась его кровь.

– Ты не можешь забрать ни одну из них, - говорю я ему.
– Но Авани хочет переехать. Я предложу ей твою должность. Она любит секс. И если ты будешь платить ей как следует…

– Я заплачу ей вдвое больше, чем ты, - говорит он. Я оглядываюсь на тело.
– Сожги его.