Чтение онлайн

Воин чего-то там мастерил. Я врубила флёр. Ноль реакции. Любопытство заинтересованно задрало на меня голову. Я поднапряглась и усилила флёр. Ноль реакции. Любопытство хлопнуло глазками. Я поскребла по своим сусекам, выжала из уголков всё, что там имелось, собрала в кулак — и шваркнула им в непрошибаемого воина.

Ноль реакции!

Пришлось возмущённо кашлянуть. Воин-урожай вскинул на меня взгляд и квадрат свой челюсти. Я спешно собрала весь шваркнутый на него флёр обратно и тотчас нацепила его на себя.

— Ара желает что-нибудь приобрести? — спросил воин.

— Ах, — пропела я, — да. Я бы хотела взглянуть на эту… блестящую штучку.

И ткнула пальчиков в эту блестящую штучку.

— Кинжал, — сказал воин.

— Кинжал, — согласилась я томно.

Воин взял кинжал и протянул его мне. И вот тут-то пришло время действовать! Я потянулась за кинжалом — и совершенно «случайно» уронила платочек. Прям на землю. Прям под воинственные ноги.

— Ах, какая я неловкая, — сказала я.

И зажмурилась аки сытый Котий Король: ведь вот он, тот трепетный момент, когда он, как джентльмен, припадёт передо мной на одно колено, чтобы поднять платок и передать его мне! Во всяком случае, во всех романчиках, которые я читала и видела, было исключительно так! В общем, я стояла, жмурилась — но не сильно — и готовилась его запамятовать.

А он сказал:

— Надеюсь, у вас есть другие платки.

Мы с любопытством взглянули друг на друга. Потом опять на воина. И я спросила:

— Почему?

— Потому что этот унесло ветром.

Я проводила взглядом ветер. И свой платок. Воцарилась неловкая пауза. Воин стоял и протягивал мне кинжал. Я стояла и в голове был этот звук ветра — вжу-уу-ух. Будь здесь перекати-поле, оно бы промчалось между нами.

А, вот и оно.

— Берёте? — спросил урожай.

Я б взяла. Но денег-то нет. Любопытство любопытно тявкнуло. Я поняла, что не могу ударить перед ним лицом в грязь и воскликнула:

— А можно выхватить его из положения стоя на коленях?

— Можно.

Но показывать не стал. Я предпринята ещё одну попытку.

— Ах, кажется, я обронила свой кошель под ваш прилавок! Вы не посмотрите?

Воин-урожай примерил брови под прилавок. И сказал:

— Там ничего нет.

— Значит, — воскликнула я, — я оставила его в карете! Пойду посмотрю.

Воин кивнул. Я пошла. Любопытство потащилось следом, но тут к нему присоединилось ещё и моё собственное. И я таки спросила:

— Можно вопрос?

— Да, ара?

— Почему вы не встали передо мной на колено?..

АР ДАКРАН. Всё ещё день 11.

— Ничего страшного, — сказала Ара Элеонора, как только я засунула свой нос в карету. Нос был без флёра: тот весело укатился уже по дороге сюда, решив, что нам с ним не по пути. Ну хоть колобочек любопытства остался.

— Вы сделали всё, что могли, — успокоила меня Догадливая Фрейлина.

А Ройза просто спешно сунула мне под нос ещё один пирожок. Я откусила пирожок, прожевала его, погладила любопытство и сказала:

— Колено. У него артрит.

Воцарилась тишина. Я откусила ещё полпирожка и сказала:

— Я пообещала отправить ему целебную мазь. Он пообещал встать на колено, если она поможет. Ну что, поехали за ювелиром?

Ройза хрюкнула. Догадливая Фрейлина хихикнула. Ара Элеонора хохотнула:

— Ах, вы просто чудо!

Я застенчиво напыжилась и куснула пирожок за последний бочок.

— Итак, — уточнила я у Ройзы, — что мы знаем о ювелире?

— Что он талантливый, заносчивый и самодовольный. Разведка донесла, что ары на него засматриваются, но только издалека, потому что засматриваться на него близко себе дороже.

— Почему дороже?

— Уши вянут от его спеси.

— Кхм, — поразилась я, — такие тут тоже бывают?

— Ах, голубушка, — вздохнула Ара Элеонора, — поживите с моё — и не таких увидите!

— И каков, — спросила Догадливая Фрейлина, — будет план действий с подобным персонажем?

Я задумалась. В голове у меня крутилась одна идея.

— Неплохо бы, — сказала я, — прихватить с собой госпожу Таттам.

— Почему? — удивилась Ройза.

— Почему-то мне кажется, — ответила я, — что именно она справится с ним лучше всего.

— Заговорит вусмерть? — предположила Ройза.

— В точку! — ахнула я.

И мы поехали за Таттарой Таттам.

И явилися мы во дворец. И предстал пред нами Тип, что Мутным был. И увидал он нас, и наморщил он лоб свой, и раздул он ноздри свои, и расширил он клеть грудную свою, и открыл он рот свой, и взглянул он на матушку свою, да на меня, да вновь на матушку свою, и пыхнул он огнём из горла, аки дракон свирепый, — да и ушёл по делам своим, ни слова ни сказамши.

Зато матушка его сказала слово кроткое и ёмкое:

— Афигеть.

Мы все с нею дружно согласились и пошли за Таттарой Таттам.

Когда мы появилися в дверях мастерской, началось всеобщее оживление: все побросали свои кисточки, краски, бумаги и пироженки и окружили нас как королевских особ. Самые находчивые и нетерпеливые (Таттара Таттам) сразу перешли к делу:

— Ну, где картиночки?

Я извлекла из хранилища две картиночки и пустила их по рукам. И приготовилась слушать восхищения.

— Хороший, — оценила одна фрейлина. И передала картиночку другой.

— Да, фотогеничный, — подтвердила вторая. И передала картиночку третьей.

— Неплохой, — согласилась третья. И передала картиночку куда-то дальше.

— Эй! — возмутилась я. — Глядите, не лопните от энтузиазма!

— Ах, Ара Самара, — спохватилась Таттара Таттам, — наверное, вы нас чересчур избаловали красивыми мужчинами, и теперь они просто воспринимаются как данность.

— Ну-ну, — проворчала я.

И зависла. Мне кажется, или этот разговор уже имел место быть? Или кажется? Или сбой в матрице? А ежели сбой, то значит, мы в матрице? А ежели мы в матрице, значит, я смогу уворачиваться от пуль? Надобно проверить. Ежели увернусь от пуль, значится, я точно в матрице!