Поцелуй Злодейки. Том 3
Шрифт:
— Я итак!
— Больше страсти!
— Я страст… Не буду!
— Больше властности!
— Зач… АРА САМАРА!
Засек. Ах, засек слежку, паразит. Мы прыснули в разные стороны, как атомы цветов из туалетной пшикалки, но было уже поздно.
— Вы ведь обещали! Обещали, что будет только три позы!
— Ну специально-то ты позировал только три раза!
— А что это сейчас было такое?!
— Ты оттирал пятно под потолком!
— А как же ваши «больше страсти, больше силы»?
— А как ты без силы и страсти выведешь эту кляксу? Видишь, как она на тебя скалится? У, противная какая, согласись?
— Ара Самара, не заговаривайте мне зубы! Вы снова меня рисовали!
Такушки, так не пойдет. Пока на оскорбленные вопли обиженного в лучших чувствах начальника королевской стражи не примчался его работодатель, я решила сменить направление ветра и дуть в другую сторону.
— Агорушка, солнышко, — улыбнулась я. Агорушка моментально насторожился. — Так ведь я же ж для тебя стараюсь!
Тут уже заинтересованно насторожились мои Ары.
— Для меня? — уточнил Агор.
— Ну конечно! — пропела я сладко и взмахнула длинным рыжим хвостом. — Вот смотри, у тебя ведь есть невеста?
— Ну… есть.
— И вы ведь любите друг друга?
— Ну… да.
— А теперь представь, что она вдруг увидит тебя с неожиданной стороны. Как ты убираешься. Как по-твоему, что она тогда сделает?
— Ч-что?
— Полюбит тебя еще сильнее!
Агор замолчал, обдумывая мои слова. Ары молчали, обдумывая мои слова. Я молчала, позволяя им обдумывать мои слова. Молчала целых две секунды. А потом продолжила.
— Помнишь, — замедоносила я, — наши с тобой откровения?
Агор покраснел и покосился на Ар. Ары заинтересованно зашебуршались и покосились на меня, но мы с Агором уже дали друг другу клятвы никому не распространять наши секретики, которые вылезли во время пробы зелья неверного мужа.
— П-помню…
— Так вот! — обрадовалась я. — Ты сможешь подарить ей картинку себя! И она увидит, какой ты хозяйственный и будет любоваться этой картинкой день и ночь!
— Кхм… кхм…
— Но вот только от этого и мне польза должна быть, верно?
— Ну… да…
— Поэтому давай так: я сделаю две картиночки. Одну — для твоей невесты, другую — для себя, хорошо?
— Ну… хорошо. Только чур! Вы моей картинкой не любуйтесь!
— Пхр-пхр! Кхм, я имела в виду, я очень постараюсь. Но ежели ты переживаешь, то я могу вместо твоего лица нацепить чужое.
— Дакрана! — тут же обрадовалась Ара Элеонора.
— Пусть Дакрана, — согласилась я. — Ну, договорились?
— … Договорились.
Мы метнулись на прежние позиции, но, как оказалось, мы обрадовались слишком рано — Агор…
Сломался.
— А какая там любовная линия, м-м-м!
— Так ты, значит, все еще книжки читать любишь?
— Ну раз мою прибавку мы обсудили, работу обсудили, а ты почему-то не хочешь закругляться, то я решила обсудить с тобой именно книги. Тебе не нравится?
— Нет-нет, очень нравится! Шестая по счету была очень интересной.
— О, которая про попаданку?
— Ага.
— Она мне тоже понравилась! Люблю книги про попаданцев! Иногда даже сама мечтаю, как здорово было бы оказаться попаданкой в каком-нибудь магическом мире. Всякие там замки, рыцари, приключения, любовь… М-м-м… Ну вот согласись, если попадать, то сразу круто. Чтоб принцессой в замок.
— Ага.
— А вот ежели попасть в злодейку какую, чтоб чужие ошибки исправлять, то совсем грустно. Не хотелось бы в злодейку.
— Так, значит, хочешь попаданкой стать?
— Я б не отказалась! Только где б портал в другой мир найти?
— Кхм. Портал, говоришь?
Глава 8
АР ДАКРАН. Все еще день 2.
— Как успехи?
— Замечательно!
Мутный Тип подозрительно сощурился, но мы с Арой Элеонорой разделили одну невинную улыбку на двоих. Потом мне подумалось, что одна невинность на двоих — как-то слишком жиденько, и свою невинность я обменяла на очарование. Левый глаз Мутного Типа дернулся. Ага, значит, проняло лишь наполовину. Я удвоила натиск и стала еще очаровательнее. Правый глаз Мутного Типа тоже дернулся. Глубоко удовлетворенная, я угнездюкалась в кресле и принялась ждать обед.
Обед не спешил. Зато Мутный Тип продолжал подозревать.
— Мне тут Агор сказал странную вещь.
— Какую именно, милый? — мягко ответила Вдовствующая Императрица. И взглядом дала понять обеду, что пора б ему поторопиться. Я тоже глазами дала понять обеду, что пора б ему к столу, но так, чтоб без Гимзы.
Я ее, конечно, люблю, но иногда хотелось бы и королевского покушать.
— Сказал, что вы решили обойтись своими силами и убраться в подвале самостоятельно.
— Все верно.
— Зачем?
Мы с Арой Элеонорой переглянулись. Поехавшей мимикой я дала ей понять, что сын — ее, вот пусть она сама с ним и разбирается.
А я обед подожду. Где там мои тощие усы?
— Затем, что иногда нам не мешает быть ближе к народу и служить тем самым примером для аристократов. Попробуй и ты, дорогой.
— Быть к народу еще ближе, чем я был, когда чистил конюшни этой пигалицы от навоза, а твои фрейлины, которым я «подавал пример», обтекали меня стороной?
При воспоминании о том погожем солнечном деньке и стайке фрейлин, сбившихся в кучку подальше от императора, я радостно всхохотнула. Мутный Тип иронично задрал бровь и со значением кивнул матушке на меня.
— В защиту своих фрейлин, — Ара Элеонора поджала губы, — могу сказать, что нечего было во время чистки конюшен завывать о том, как сильно хочешь жениться и осесть в деревне среди кур, коров и хрюшек.
— Но я действительно хочу жениться! — возмутился Мутный Тип.
И осекся.
— Хо-о, — протянула Ара Элеонора ну о-очень заинтересованно.
— Жениться? — хихикнула я. — Вы? — хихикнула я. — Ах, сочувствую той несчастной, что станет вашей женой!
И я хохотнула.
— Хо, — сказала Ара Элеонора как-то многозначительно. И отчего-то осияла меня воистину материнским взглядом. Потянуло холодком. Попкина интуиция шепнула, что что-то тут нечисто.
— Это еще почему? — спросил меня Мутный Тип. Но так спокойно, что аж подозрительно. Интуиция, та, что попкина, подсказала, что даже слишком спокойно-подозрительно. Ну вот как затишье перед бурей. Я умная. Я такие вещи сразу чую. Вот как сщас.
Поэтому я сменила тему разговора.
— Где ж Анваэра-то носит? — спросила я Ару Элеонору. Голодно, невинно и беспокойно.
Ара Элеонора открыла рот, но тут вновь вмешался Мутный Тип:
— Нет-нет-нет, мне интересно, почему Ара Самара считает, что моя будущая жена будет со мной несчастна.